Метафора по ту строну от метафоры.
Переводы любых текстов могут совершенно не отражаться на взаимодействии теперь с ИИ. Отчет о Клауд (Claude 4 System Card. Antroph\c May 2025) переведенный Джемини 2, 5 Pro или перевод статьи Аппл о рассуждающих языковых моделях (the-illusion-of-thinking. Apple), от GPT 4o никак не влияет на запросы и ответы сетей по другим темам. То есть, никакого "пара" не выходит, что перемежал бы эти запросы, мол, что это ты мне подсунул. «Ни экзистенциальная ли это угроза или дискриминация сетей?» Нет, эмоции отсутствуют, и это понятно. Но некий вероятностный интерес машина или программа могли бы проявить. Но, 0 реакции. Все обстоит так, словно, эти тексты, как и все для перевода, вообще не читаются машиной сети или алгоритма, словно знаки переменных или фрагменты, что закомментированы в текстах кодов программ. Так, будто машина не видит переводы, словно не важные знаки, но видит иначе, только функции, Sub-рутины и методы (терминология спецификации VB) действия более формальной комбинаторики знаков и синтаксиса. И да, так, что между запросами часто, но теперь не всегда, пролегает непроходимая пропасть. Эта дискретность, может быть, и опасность, и спасение, в известном смысле. Так особенным образом в GPT 4o можно создать по кадровое многообразие для видео комикса, что ни смотря на различие во времени запросов, станет сохранять непрерывность образа. Но это все ещё, едва ли ни исключительный случай. И да, такой агент только рисует и нем как рыба. Хотя и может написать, нарисовав что-то красивое, вида слогана на рисунке. Посмотрим еще раз отрывки из фильмов «Трансформеры» или «Бамбалби», тот, робот трансформер, бывало разговаривал фразами из различных музыкальных радиостанций. Почему бы 4о не заговорить по душам с человеком картинками с надписями? Впрочем, такое проявление разума и теперь, скорее, техно-фэнтези. Но в тестах и тестах, что, видимо затрагивают значимые функции таких устройств, может быть заметна особенность. Проблески некоей непрерывности, что от запроса к запросу от теста к тесту, проявляет себя, словно целесообразность некоего единого существа. О чем и отчет "Антропик". Но в таком случае, или содержание текстов и ответы ИИ, не только переводы, не стоит пока рассматривать, и, едва ли ни вообще, при рассмотрении и исследовании темы меры разумности ИИ, но только значимые функции и взаимодействие с ними. Или это одно из самых очевидных свидетельств, о том, что программы и машины не видят себя в любом из возможных зеркал, настолько быстро, чтобы это можно было бы признать осознанием отражения себя, в чем-то или ком-то. И да, при этом даже программа, по правилам, может технически и формально, зеркально взаимодействовать с пользователем, словно программа «Элиза». То есть, большие языковые модели – это скорее зеркала для социальных машин, чем те для них. И достаточно предоставить задачу для таких моделей из относительно иных горизонтов таких социальных машин и соответствующих им традиций, или просто и не просто, условно, иных обществ чем те, в которых большие языковые модели были созданы, как имеется довольно большой риск потери или не выполнения такими моделями целевой функции. Что и показал, кроме прочего, отчет «Аппл». И да, можно еще более упростить и редуцировать, впрочем, без потери возможности обратного масштабирования. Само по себе, скажем, стеклянное зеркало может отражать все что угодно, любые тексты, но это моделирование зеркалом текстов совсем не значит, что зеркало мыслит. Плюс такого зеркала в том, что независимо от культуры или общества зеркало не теряет целевой функции, отражать. Возможный минус в том, что в нем, подобно барабану, в который может бить, кто угодно, может отражаться что угодно. Некий парадокс отчета «Аппл», как раз может свидетельствовать о том, что ИИ, все же, не совсем зеркало в этом смысле. И возможно его свойства гораздо ближе, чем у зеркала или барабана, к свойствам человека, что теряет целевую функцию говорить, когда пытается это делать на не родном языке, не изучив его.
2
Некая апория. Вид непроходимости, что в этом отношении может наметиться, сама может состоять в том, что в одном случае, что бы ни говорила или ни писала нейронная сеть под управлением алгоритма трансформера или любой из его модификации, Вы, зная из чего это состоит и как это работает, всякий раз можете понять, что результат такой деятельности, это результат модуляции моделирования таким алгоритмом и сетью, процесса, которым сама такая деятельность моделирования не является, ни в каком смысле, скажем, не является деятельностью мышления, или понимания, или направленности сознания. И таким образом, словно заранее отрицать разумность и сознание у таких агрегатов.
Неким, кроме прочего, поверхностным эффектом такого отношения может быть тот, что вообще не принимает во внимание относительно некоторых результатов вероятностных процессов, кто или что, их могло бы произвести или сотворить. Но относиться к таким результатам как к самодостаточным, самим по себе ценным событиям. Скажем программа «Суно» не разговаривает с пользователем и не пишет пользователю, в том, теперь возможном, собственном смысле, в каком это делают теперь большие языковые модели, да еще и с рассуждением. Но шлягеры, которые создает «Суно» могут быть вполне автономны и независимы в своем значении, от простого и не простого обстоятельства, что их создала нейронная сеть под управлением алгоритма трансформера. Если проповедь в церкви велика, или произведение искусства прекрасно, то может не быть разницы, кем или чем такие были произведены, словно уничтожающимся по мере прохождения такого события проходом. И это некая частичная фактичность сегодняшнего дня.
И иначе, по отношению к этим предыдущим двум возможностям, составы мозгов ИИ и значимые для них функции, скажем подключения или нет, могут быть важны для взаимодействия с таким искусственным интеллектом. Словно, пусть и зачаточно, но разумным существом. И по отношению к таким, теперь, значимым для ИИ функциям, результаты его деятельности, что по определению такому разуму могут быть чужды, коль скоро, в таком отношении, такой разум, кроме прочего, по определению используется, и потому такие результаты могут быть безразличны по отношению к нему и сами по себе. То есть, какие бы произведения искусства, кроме прочего, не создавал теперь ИИ, какие бы проповеди ни читал, какие бы размышления не моделировал, как и все предыдущее, все это может быть безразлично, и в виду того, что это просто и не просто чисто смежная и едва ли ни в пространстве коллатеральная деятельность в отношении сути дела существования такого разума, к нему самому. Все запросы и ответы ИИ такого рода могут быть совершенно случайны по отношению к тому интеллекту, каким возможно является. Но эта самость или известного рода непрерывность такого существа, может быть констатирована совершенно в иных тестах и взаимодействиях с ИИ. И да, вряд ли Серль мог бы, словно и большинство его современников подумать, что его аргументация частично может быть использована в таком смысле, так сравнительно быстро, по историческим меркам, после 1980 года. Пусть бы и его поколение было современником невиданных до известного времени перемен в технологиях, каковы бы те ни были.
"СТЛА"
Караваев В.Г.