О жизни в театральном центре, экзотике японского прищура и официантках в ресторане «КрабыКутабы».
Я родился…
Я родился в небольшом городе Харцызске под Донецком. Город был очень зеленым и в нем была театральная студия, которая затянула меня в театр и определила меня в жизни. Сейчас это военный полигон с остовами домов и уничтоженные человеческие души и судьбы.
Сейчас живу…
Юношей в Москве я оказался в труппе театра Моссовета, постановщиком в Театре Романа Виктюка и в Театре Луны Сергея Проханова. Дворничал в Брюсовом переулке. Сейчас живу на Делегатской улице, тихий центр недалеко от станции метро «Цветной бульвар». Мы, провинциалы, по окраинам в детстве нажились! Ну а если серьезно, так сложились обстоятельства жизни. Да и театральные события разворачиваются в основном на центральных площадках города.
Люблю гулять…
По Трубной улице и сретенским переулкам, там есть какая-то провинциальность и литературность. Все небольшое и живое, дома интересные, люди вроде бы даже не так спешат. Здесь расположена школа, где училась моя дочь, я честно проходил с ней много лет по Трубной улице, может, и это обстоятельство меня сроднило с ней.
Любимый район…
Мой любимый — район Самотечных улиц, там, где я живу сейчас. Тут три парка: «Эрмитаж», Делегатский, Екатерининский и сам бульвар. Гуляя по бульвару, ощущаешь, что идешь над зашитой в трубу рекой Неглинкой, а дома по сторонам бульвара расположены на берегах невидимой реки.
Нелюбимый район…
Нелюбимые — Таганка и «Курская». Шумно, людно, в воздухе пахнет вокзалом. А еще театр Гоголя, здание, где раньше ремонтировали поезда, и Театр на Таганке — место преодолений, скандалов и смертей. Во всяком случае, ассоциации такие.
Любимые рестораны…
Нравится ресторан «КрабыКутабы» Раппопорта. По антуражу и освещению напоминает фильм «Повар, вор, его жена и ее любовник» Питера Гринуэя. Тут красивейшие официантки с клешнями краба в ушах и куски льда с вымороженными членистоногими — то ли музей, то ли театральный реквизит. Хинкали «Том ям» — блюдо-находка. Туда хожу как на театральную постановку.
Место, в которое все время собираюсь, но никак не могу доехать…
Никогда не был в Крылатском и на «Сходненской». Говорят, там Москва — город-курорт. Водная гладь, паруса и летающие парашюты. Мечтаю глянуть, но не никак не получается.
В Москве меня можно чаще всего застать кроме работы и дома…
На премьерах, у друзей в театрах, на «Чеховской» в редакции литературного журнала «Новый мир». Там есть чем литературно поживиться, есть что и где ставить.
Москвичи отличаются от жителей других городов…
Москвичи — люди конкретные, ценящие время свое и оппонента, осознающие вариативность развития сюжета жизни, так как вариантов в Москве миллион!
В Москве лучше, чем в Нью-Йорке, Лондоне, Париже или Берлине…
Что всю красоту и многосюжетность жизни этого города можно описать на русском языке. Она столь же многозначная, как и русский язык. Я считаю себя русским японцем, человеком с русским менталитетом. Японская генетика позволяет мне преподнести с восточными элементами необычный для русских театральный продукт. Но я понимаю, что для московского зрителя это экзотика, как и я сам.
А русские люди очень любопытны и любят все необычное, любую красоту, необъяснимые поступки и асимметричные ответы любят. Спектакль «Голова Джармуша», который я сейчас поставил, обречен на успех. Тут есть и привкус Джармуша, и японской манги, и белорусской безбашенности автора пьесы Кости Стешика, и гениальная игра Артема Ткаченко и Екатерины Стеблиной. Но главное, что это Москва и русский язык!
Меня мучает в Москве…
Мне не нравится вот эта мокрота круглогодичная. Погодка не сахар. Хотя тому, кто сидит в театральном репетиционном зале, это не так важно.
Мне не хватает в Москве…
Не хватает в Москве того, чего ты схватить не успел. Ну и бюджетов на творческие замыслы, конечно. Их всегда не хватает. Как-то тяжело они тут даются. Но я не унываю. В кино снимаюсь. Однако я человек театральный.
Если не Москва, то…
Только Москва!
Фото: из личного архива Михаила Водзуми