— Да, милый, всё готово, — Алина прижала телефон к уху и отвернулась к окну. — Нотариус ждёт в четверг. Нет, он ничего не заподозрит.
Я замерла с подносом в руках. Стояла за дверью кухни и слушала, как моя невестка договаривается о чём-то странном. Сердце забилось быстрее — что за нотариус? О чём Костя не должен подозревать?
— Конечно, дорогой, — продолжала она, и в голосе звучала незнакомая мне нежность. — После оформления сразу встретимся. Да, я тоже соскучилась.
Поднос задрожал в моих руках. Четыре года они с Костей женаты, а она звонит кому-то «дорогому» и скучает? Я осторожно отступила назад, стараясь не шуметь.
— Мам, ты чего застыла? — Костя вышел из комнаты и забрал у меня поднос. — Давай помогу.
— Спасибо, сынок, — я выдавила улыбку, хотя внутри всё переворачивалось.
Алина вышла из кухни с невинным лицом, поцеловала мужа в щёку:
— Костенька, я завтра к косметологу записалась. Ты же не против?
— Конечно, солнышко, — он обнял её за талию. — Хочешь, провожу?
— Не надо, сама доберусь.
Я наблюдала за ними и не узнавала невестку. Обычно холодная и расчётливая, сейчас она излучала какую-то фальшивую сладость. Как будто играла роль.
За ужином Алина вдруг заговорила о ремонте:
— Костя, а давай сделаем перепланировку? Снесём стену между кухней и гостиной.
— Зачем? — удивился сын. — Нам и так хорошо.
— Ну как же, — она погладила его по руке. — Современный дизайн, простор. И вообще, может, пора что-то менять в нашей жизни?
Костя пожал плечами:
— Если хочешь. Только это же дорого.
— Я найду хорошую фирму, — быстро отозвалась Алина. — И кстати, нужно будет документы на квартиру для согласования. Где они у нас лежат?
Тревожный звоночек в моей голове превратился в набат. Документы на квартиру? Нотариус в четверг? Звонок незнакомому «дорогому»?
— В сейфе, как обычно, — спокойно ответил Костя.
После ужина я помогала убирать со стола. Алина унесла посуду, а я задержала сына:
— Костенька, как у вас дела? Всё хорошо?
— Отлично, мам. А что?
— Да так... Алина какая-то странная сегодня.
Он рассмеялся:
— Это ты странная. Всё как всегда.
Но я-то видела — не всё как всегда. За четыре года я изучила невестку. Она никогда не называла мужа «милым» или «Костенькой», всегда только «Костя».
Никогда не интересовалась ремонтом. И уж точно никогда не светилась от счастья, разговаривая по телефону.
Ночью я не могла уснуть. Прокручивала в голове услышанный разговор. Нотариус... Документы... «Он ничего не заподозрит»...
Утром решилась. Нужно выяснить, что задумала эта хитрая лиса.
На следующий день я специально задержалась дома. Сказала Косте, что плохо себя чувствую.
Он поцеловал меня в лоб, пожелал выздоравливать и ушёл на работу. Алина собиралась не спеша — якобы к косметологу.
— Может, тебе помочь чем-то? — предложила я, наблюдая, как она красится перед зеркалом.
— Нет, спасибо, Вера Павловна. Отдыхайте.
Как только за ней закрылась дверь, я выждала пять минут и тихонько вышла следом. Благо, жили мы в центре, и найти такси не составило труда.
— Следуйте за той белой машиной, — попросила я водителя, сунув ему лишнюю купюру.
***
Алина ехала явно не к косметологу. Свернула в спальный район, остановилась у невзрачной пятиэтажки. Я попросила таксиста подождать и осторожно пошла за ней.
Невестка поднялась на третий этаж. Дверь ей открыл мужчина лет тридцати пяти — смуглый, в дорогой рубашке.
Они обнялись так, что у меня перехватило дыхание. Это точно был не косметолог.
Я достала телефон и успела сделать несколько снимков, прежде чем дверь закрылась. Сердце колотилось как бешеное.
Что теперь делать? Сразу рассказать Косте? Но одних фотографий мало — нужны доказательства насчёт квартиры.
Вернувшись домой, я начала искать. Проверила все ящики, заглянула в её сумки, пока никого не было.
И нашла — в кармане старого пальто лежала визитка. «Игорь Мельников, риелтор». На обороте — написанный от руки адрес. Тот самый, куда она ездила.
Вечером Алина вернулась сияющая. Рассказывала Косте про новые процедуры, хвалила мастера. Врала так естественно, что я поразилась её актёрскому таланту.
— Костенька, — промурлыкала она за ужином, — я тут подумала... Может, оформим квартиру на нас обоих? Ну, чтобы я тоже была собственницей. Мы же семья.
Костя удивился:
— А зачем? Ты и так моя жена, всё моё — твоё.
— Ну мало ли что, — она опустила глаза. — Вдруг с тобой что-то случится... Не дай бог, конечно. Но лучше подстраховаться.
— Алин, ты чего? — он взял её за руку. — Всё будет хорошо.
— Просто сделай это для меня, — она посмотрела на него своими большими глазами. — Пожалуйста. Мне будет спокойнее.
Я не выдержала:
— А может, сначала ремонт закончите? Зачем всё сразу?
Алина бросила на меня холодный взгляд:
— Вера Павловна, это наши с Костей дела.
— Мам права, — неожиданно поддержал меня сын. — Давай сначала с ремонтом разберёмся.
Невестка поджала губы, но спорить не стала. После ужина она заперлась в спальне, сказав, что у неё болит голова.
Ночью я услышала, как она тихо говорит по телефону:
— Он сомневается... Нет, старуха влезла... Да, придётся ускориться... В четверг всё равно встречаемся... Конечно, я достану документы...
Я прижалась к стене, стараясь расслышать каждое слово. Значит, в четверг они хотят провернуть свою аферу. Осталось два дня.
Утром я поехала по адресу с визитки. Нужно было узнать, кто такой этот Игорь. В подъезде встретила соседку — разговорились.
— А, Игорь из тридцать второй? — оживилась женщина. — Знаю, конечно. Риелтор. Только тёмный какой-то. У него там постоянно разные дамочки...
— Дамочки? — переспросила я.
— Ну да. Приезжают, уезжают. Говорят, он квартиры богатеньким дурочкам помогает отжимать. Через подставные браки, что ли...
Мозаика сложилась. Невестка попыталась развести моего сына на квартиру, но я остановила гадину — теперь я точно знала, что делать.
В четверг утром я встала раньше всех. Костя собирался на важную встречу, Алина крутилась перед зеркалом дольше обычного.
— Я сегодня к подруге поеду, — небрежно бросила она. — Вернусь поздно.
— Хорошо, солнце, — Костя чмокнул её в щёку.
Когда сын ушёл, я заметила, как Алина полезла в сейф. Достала документы на квартиру, спрятала в сумку. Я сделала вид, что читаю газету.
— Вера Павловна, я пошла, — она накинула пальто.
— Удачи, — кивнула я.
Через десять минут я набрала Костю:
— Сынок, срочно приезжай домой.
— Мам, что случилось? У меня встреча через час!
— Костя, это касается твоей квартиры и Алины. Приезжай немедленно.
— Мам, ты чего несёшь?
— Она сейчас поехала к нотариусу оформлять документы. С другим мужиком. Они хотят отобрать у тебя жильё.
В трубке повисла тишина. Потом Костя выдохнул:
— Я буду через двадцать минут.
Я достала телефон, открыла фотографии. Алина обнимается с Игорем. Визитка риелтора. Скриншот объявления с сайта — «Поможем получить долю в квартире супруга». Всё собрала за эти дни.
Костя влетел в квартиру бледный:
— Мам, что за бред? Алина меня любит!
— Садись, — я усадила его на диван. — Смотри.
Показала фотографии. Рассказала про подслушанные разговоры. Про визиты к Игорю Мельникову. Про то, что узнала от соседей.
— Не может быть, — Костя тряс головой. — Она не такая.
— Костенька, она прямо сейчас везёт документы на твою квартиру к нотариусу. Хочет оформить себя как совладелицу, а потом развестись и отсудить половину. Или продать долю своему дружку.
— Откуда ты знаешь?
— Я слышала их разговор. Они встречаются у нотариуса на Садовой. Кабинет двести пятый.
Костя вскочил:
— Поехали.
Мы поймали такси. Сын молчал, сжимая кулаки. Я видела, как в нём борются любовь и разум.
У здания нотариальной конторы стояла знакомая белая машина Алины. Рядом — чёрный джип.
— Это его машина, — тихо сказала я.
Мы поднялись на второй этаж. В коридоре было пусто. Дверь кабинета 205 приоткрыта — оттуда доносились голоса.
— ...подпишите здесь и здесь, — говорил мужской голос.
— Сейчас, дорогой, — это была Алина. — Игорь, ты гений. Костик даже не поймёт, что произошло.
— Я же говорил, детка, со мной ты получишь всё.
Костя толкнул дверь. Алина сидела за столом с ручкой в руках. Рядом — тот самый смуглый мужчина. На столе — документы.
— Костя! — она побледнела. — Ты что здесь делаешь?
— Правильный вопрос — что здесь делаешь ты? — голос сына дрожал от ярости.
Игорь вскочил:
— Это кто?
— Это мой муж, — прошептала Алина.
— Твой муж? — Игорь попятился. — Ты сказала, он в командировке!
— Я всё слышал, — Костя подошёл к столу, сгрёб документы. — Всё понял. Мама была права.
— Костенька, я всё объясню... — Алина протянула к нему руки.
— Объясни это в суде, — он повернулся к нотариусу. — А вы — соучастник мошенничества. Я подам заявление.
Нотариус поднял руки:
— Я ничего не знал! Они сказали, это обычная сделка между супругами!
Игорь попытался выскользнуть за дверь, но Костя преградил ему путь:
— Стоять! Полицию я уже вызвал.
Это был блеф, но сработало. Алина разрыдалась:
— Костя, прости! Я запуталась! Он меня заставил!
— Да что ты несёшь! — взорвался Игорь. — Это ты ко мне пришла с планом! Сказала, муж — простофиля, легко разведём!
Они начали обвинять друг друга. Костя молча слушал, и с каждым словом его лицо становилось всё жёстче.
— Вон из моей жизни, — наконец сказал он Алине. — Оба. И не появляйтесь больше.
Мы вышли втроём — я, Костя и нотариус, который бормотал извинения. Внизу сын прислонился к стене, закрыл лицо руками.
— Прости, мам. Я должен был слушать тебя.
— Всё хорошо, сынок, — я обняла его. — Главное, мы вовремя остановили эту аферу.
— Как я мог быть таким слепым?
— Любовь слепа, Костенька. Но материнское сердце — никогда.
Через неделю Алина съехала. Забрала только личные вещи — Костя не стал мелочиться.
Развод оформили быстро. Игорь Мельников исчез из города, узнав, что Костя подал заявление в полицию.
А я поняла главное — иногда нужно вмешаться, чтобы защитить своих детей. Даже если они уже взрослые.
Материнский инстинкт не подвёл — я вовремя почувствовала опасность и остановила гадину, которая хотела разрушить жизнь моего сына.
Читайте от меня:
Спасибо за прочтение, мои дорогие!
Подписывайтесь и пишите как вам моя история! С вами Лера!