— Наследства не будет — забудь, — бросила Зинаида Петровна, захлопывая дверь перед носом сына.
Андрей остался стоять на лестничной площадке, держа в руках пакет с продуктами для матери. Он специально заехал после работы в дорогой супермаркет, купил её любимые конфеты и красную рыбу. А теперь не знал, что делать с этими покупками.
Соседка тётя Клава выглянула из своей квартиры, услышав хлопок двери.
— Что, опять поругались? — участливо спросила она.
— Да нет, просто мать в настроении, — вздохнул Андрей. — Вот, продукты принёс, а она даже не открыла.
— Ой, Андрей, да что ж ты делаешь-то? — покачала головой соседка. — Пятьдесят лет тебе скоро, а всё к маме с гостинцами бегаешь. Она тебя совсем за человека не считает.
Андрей промолчал. Тётя Клава была права, но что он мог поделать? Зинаида Петровна всю жизнь держала сына в ежовых рукавицах, и даже сейчас, когда ей было уже за семьдесят, продолжала командовать им, как школьником.
— А из-за чего на этот раз скандал? — не унималась соседка.
— Да попросил я её дочке моей денег дать на учёбу. Внучке своей родной. В институт поступила, а общежитие дорогое. Думал, поможет.
— И что?
— А что... Сказала, что я её разорить хочу. Что наследства мне не видать, если буду требовать от неё денег.
Тётя Клава только руками развела.
— Слушай, а ты знаешь, что твоя мать вчера к нотариусу ездила? — неожиданно сказала она.
— К нотариусу? — удивился Андрей. — Зачем?
— Не знаю. Видела, как она из машины выходила около той конторы на Садовой. Ну, где завещания оформляют.
У Андрея ёкнуло сердце. Неужели мать действительно решила лишить его наследства? Ведь квартира была немаленькая, трёхкомнатная, в центре города. Стоила она прилично. А ещё дача и немного денег на книжке.
Вечером Андрей рассказал жене Тамаре о разговоре с матерью.
— Да плевать на её наследство! — возмутилась Тамара. — Надоело мне смотреть, как она тебя унижает. Сколько можно? Дочь в институт поступила, денег нужны, а мы сами не можем помочь. Зарплата у нас не ахти какая, ипотеку ещё десять лет платить. А твоя мамаша на своих деньгах сидит, как собака на сене.
— Тома, не говори так о матери, — попросил Андрей.
— А что говорить? Правду говорю! Она же специально тебя мучает. Знаешь ведь, что денег у неё достаточно, а всё равно выпрашиваешь, как подачку.
Андрей понимал, что жена права. Зинаида Петровна действительно была небедной женщиной. Покойный муж оставил ей неплохое наследство, да и сама она всю жизнь копила. Но расставаться с деньгами категорически не хотела.
На следующий день Андрей решил ещё раз поговорить с матерью. Он купил ей любимые пирожные и снова поехал к ней.
Зинаида Петровна открыла дверь, но в квартиру не пригласила.
— Чего опять приехал? — недовольно спросила она.
— Мама, давай поговорим спокойно. Я не требую от тебя денег. Просто попросил помочь внучке.
— Внучке? — фыркнула мать. — Да какая она мне внучка? Видела её два раза за всю жизнь. Тамара твоя специально ребёнка от меня прячет.
— Мама, ты же сама не хотела с нами общаться. Говорила, что Тома тебе не подходит.
— И сейчас говорю. Не подходит. Наглая, жадная. Только и думает, как мои деньги получить.
Андрей почувствовал, как в нём закипает злость.
— Мама, мы с Томой работаем с утра до вечера. Какие мы жадные? Просто дочь в институт поступила, а денег на общежитие не хватает.
— Вот и работайте больше. А ко мне не лезьте.
— Хорошо, — тихо сказал Андрей. — Больше не буду просить.
Он развернулся и пошёл к лифту. Зинаида Петровна смотрела ему вслед, но не окликнула.
Дома Тамара сразу поняла по лицу мужа, что разговор не удался.
— Ну что, опять отказала?
— Даже в квартиру не пустила, — устало ответил Андрей.
— Всё, хватит! — решительно сказала Тамара. — Завтра сама к ней поеду. Поговорю, как следует.
— Тома, не надо. Только хуже будет.
— А хуже уже некуда. Она же тебя не за сына считает. Прислугой каким-то.
На следующий день Тамара действительно поехала к свекрови. Зинаида Петровна удивилась, увидев на пороге невестку.
— Тебе что нужно? — холодно спросила она.
— Поговорить хочу. Можно войти?
Зинаида Петровна неохотно пропустила её в квартиру.
— Говори, что хотела.
— Зинаида Петровна, я понимаю, что мы с вами не очень ладим. Но Андрей — ваш сын. Единственный. И внучка у вас одна. Катя хорошо учится, в институт поступила на бюджет. Просто общежитие дорогое, а у нас сейчас денег нет.
— А при чём тут я? — холодно ответила свекровь.
— Вы же бабушка ей.
— Бабушка... А где она была все эти годы? Ни на день рождения не приходила, ни в гости. Теперь деньги понадобились, так вспомнили про бабушку.
Тамара вздохнула.
— Зинаида Петровна, вы же сами от нас отгораживались. Когда Катя маленькая была, я предлагала чаще встречаться. А вы говорили, что заняты.
— Не помню такого.
— А помните, как на свадьбе нашей вы Андрею сказали, что я его разорю? При всех гостях?
Зинаида Петровна поджала губы.
— Ну и что? Разве я была неправа? Вот теперь за деньгами пришли.
— Мы не за деньгами пришли. Мы попросили помочь. Один раз за двадцать лет брака.
— Хватит мне лапшу на уши вешать. Думаешь, я не понимаю? Андрей всю жизнь на наследство мое рассчитывает. А теперь и тебя подослал выпытывать, сколько у меня денег.
Тамара почувствовала, что терпение кончается.
— Знаете что, Зинаида Петровна? А может, и правда хватит? Живите, как хотите. Только и Андрея оставьте в покое. Надоело смотреть, как вы его мучаете.
— Как это оставьте? Он мой сын!
— Сын, которого вы постоянно унижаете. Которому отказываете в помощи. Которого шантажируете наследством.
— Да кто ты такая, чтобы мне указывать? — вскипела Зинаида Петровна. — Нахалка! Вон из моего дома!
— Иду, иду, — спокойно ответила Тамара. — Только запомните: больше мы к вам обращаться не будем. Ни за чем.
После ухода невестки Зинаида Петровна долго не могла успокоиться. Она ходила по квартире, бормоча что-то себе под нос. Потом достала телефон и позвонила сыну на работу.
— Андрей, это ты свою жену ко мне подослал?
— Мама, о чём ты? — удивился сын.
— Не прикидывайся. Тамара твоя тут была. Хамила мне, угрожала.
— Угрожала? Чем угрожала?
— Сказала, что больше обращаться ко мне не будете.
Андрей помолчал.
— А может, и правда не стоит, мама? Устал я от этих постоянных конфликтов.
— То есть как это? — опешила Зинаида Петровна.
— А так. Живи, как знаешь. А мы как-нибудь сами.
— Андрей, ты что, с ума сошёл? Я твоя мать!
— Мать, которая собственного сына наследства лишить хочет. Соседка видела, как ты к нотариусу ездила.
Зинаида Петровна растерялась. Не ожидала, что сын так отреагирует.
— Я... я просто завещание переписывала. На всякий случай.
— Ну и правильно. Переписывай. Только больше меня этим не шантажируй.
— Андрей, подожди...
Но сын уже бросил трубку.
Зинаида Петровна осталась одна в тишине большой квартиры. Внезапно она поняла, что впервые за много лет Андрей не стал с ней спорить, не пытался уговаривать. Просто согласился и отстранился.
Вечером она несколько раз набирала номер сына, но так и не решилась позвонить. А на следующий день ждала, что он приедет, как обычно. Но Андрей не появился.
Не появился он и на следующий день. И через день тоже.
Зинаида Петровна начала нервничать. Она привыкла, что сын регулярно навещает её, звонит, интересуется здоровьем. А теперь полная тишина.
Через неделю она не выдержала и сама позвонила.
— Андрей, как дела? — неуверенно спросила она.
— Нормально, мама. А у тебя как?
— Тоже нормально. Ты... ты почему не приезжаешь?
— А зачем? Ты же сказала, что наследства не будет. Значит, и беспокоить тебя незачем.
— Андрей, я не то хотела сказать...
— Мама, я понял, что хотела. Всё нормально. Мы с Томой взяли кредит на учёбу Кати. Справимся сами.
— Кредит? — ахнула Зинаида Петровна. — Зачем кредит-то брать?
— А что делать? Дочь учиться должна.
После этого разговора Зинаида Петровна окончательно потеряла покой. Она представляла, как сын с невесткой платят проценты банку, и чувствовала себя виноватой. Но гордость не позволяла признать ошибку.
Прошёл ещё месяц. Андрей изредка звонил, справлялся о здоровье, но в гости не заезжал. Зинаида Петровна чувствовала себя всё более одинокой.
Однажды утром ей стало плохо с сердцем. Она еле дотянулась до телефона и вызвала скорую. В больнице врач сказал, что это было предупреждение, но в следующий раз может быть хуже.
Андрей примчался, как только узнал. Сидел у постели матери, держал за руку.
— Мама, как ты себя чувствуешь?
— Плохо, сынок. И дело не в сердце... — прошептала Зинаида Петровна.
— А в чём?
— В том, что я дура старая. Сына родного от себя оттолкнула.
Андрей удивлённо посмотрел на мать.
— Прости меня, — продолжала она. — И Тамару твою прости. Я неправильно себя вела. Завтра же к нотариусу поеду, деньги на Катину учёбу переведу.
— Мама, не надо. Мы справимся.
— Справитесь, справитесь... А что я, чужая что ли? Внучка моя в институте учится, а я кредиты вам платить заставляю.
Андрей крепче сжал материнскую руку.
— Просто больше не шантажируй меня наследством. Устал я от этого.
— Не буду, сынок. Поняла уже, что деньги — это не главное. Главное — чтобы близкие рядом были.
Зинаида Петровна сдержала слово. Уже через неделю после выписки она перевела деньги на счёт внучки, а ещё через месяц пригласила всю семью на ужин. Впервые за долгие годы они сидели за одним столом и разговаривали спокойно, без упрёков и претензий.
А завещание Зинаида Петровна действительно переписала. Только не так, как хотела сначала. Теперь в нём значилось, что всё наследство переходит к сыну, а если он не доживёт, то к внучке. И никаких условий больше не было.