Порой, проводя литературный обзор, возникает впечатление, что какие-то вещи искусственно усложнены просто для того, чтобы не было слишком просто. Вот, например, термин «конденсация» и нередко возникающая вокруг него путаница.
Обычно под конденсацией подразумевают процесс, когда какое-то вещество из газовой фазы собирается в капельки на холодной подложке. Понятно, логично. Латинское condensare («сгущать») подходит здесь как нельзя лучше.
Но тот же термин «конденсация» часто используется органиками, когда речь идет об образовании ковалентной связи между двумя молекулами (разными или одинаковыми) при помощи их функциональных групп, в результате чего появляется новая третья молекула и выделяется вода (на самом деле может выделяться не только вода, об этом ниже).
Дальше больше, если встретились две крупненькие молекулы с двумя и более функциональными группами, то их союз может привести к образованию макромолекулы, полимера, а в качестве побочного продукта будет так же вода или, например, спирт, углеводороды. В этом случае речь будет идти о поликонденсации.
Примером поликонденсации является синтез нейлона-6,6 (амидные связи) или ПЭТ (эстерные связи), в ходе которых случайные столкновения исходных молекул (мономеров) приводят к образованию макромолекул.
Исторически термин "конденсация" сначала использовался в физике для описания фазовых переходов (XVII–XVIII века), а позже, в XIX веке, химики начали применять его к реакциям, где происходит объединение молекул с выделением воды, по аналогии с физическим "сгущением". Это и привело к двойному значению.