Если вы смотрели фильм «В доме» Франсуа Озона, то помните, что он заканчивается потрясающим кадром: герой вглядывается в светящиеся окна соседнего дома. Он наблюдает за жизнью других людей, и в нем рождается желание стать писателем. Какое желание родилось бы у него в сегодняшней Москве?
Во-первых, хочешь или нет, но смотреть в соседние окна придется. Плотность городской застройки так выросла, что большинство из нас вынуждены смотреть друг на друга. Всю свою жизнь я живу в таких домах. Прямо сейчас я смотрю, как на балкон дома напротив выходит сосед и курит. Летом он обычно раздет до пояса и чешет большой живот. Или говорит по телефону так громко, что его можно расслышать через весь двор. Жизнь соседей давно не загадка: здесь живет семья с ребенком, здесь без ребенка, тут алкоголики, на пятом этаже геи. Тайну являют только те, кто наглухо задернул шторы.
В Москве разрешили точечную застройку, «нормы инсоляции» уже не нормы. Солнце и небо буквально забирает тот, кто богаче. Так, рядом с соседним домом поставили огромную новостройку в сорок этажей. Теперь жители старой девятиэтажки смотрят на жизнь жителей апартаментов бизнес-класса. Когда в девятиэтажке от этой стройки пошла по стене трещина, застройщики прибежали и поменяли всем окна. Но только с одной стороны — с той, которая обращена на новое здание, в окнах которого скоро загорится «негасимый свет».
Я вспомнил об этих «воткнутых» друг в друга домах, когда мне нужно было написать заявку на фильм ужасов… Тут я вспомнил знаменитый рассказ «Паук» Ганса Гейнца Эверса. В оригинальном рассказе студент заезжает в гостиничный номер, откуда открывается вид на старый дом. В моей истории это новостройка, которая смотрит на хрущевку под реновацию. И дальше как в оригинальном сюжете. На одном из балконов появляется красивая таинственная девушка, с которой герой начинает обмениваться жестами. Молодой человек посылает знаки, которые девушка повторяет. Но в конце выясняется, что это он повторяет за ней… И у нее страшный план. Вот что бывает, если заглядывать в окна мегаполиса.
Но обращенность друг к другу может быть открытостью. Друзья, которые живут в нидерландском Наймегене, рассказывают, что у них большие окна жилой комнаты выходят на общий балкон. Любой, кто по нему ходит, может увидеть, как они живут. Ну и пусть, потому что никто ничего не скрывает, потому что нечего скрывать. Правда, жителей в Наймегене — 160 тысяч человек.
Если же говорить о Москве с ее миллионами, то здесь большие окна — архитектурный поступок. Такое здание стоит, например, рядом с «Новослободской». Это арбитражный суд, построенный с большими окнами: снаружи и внутри. Так возможность видеть судебный процесс насквозь символизирует его открытость.
И я согласен с тем, что ставку нужно делать на окна, а не на двери. Сами подумайте, как бы звучала «служба одной двери». Политика «открытых окон» гораздо эффективнее «открытых дверей», которые открываются раз в год и тут же закрываются. Дверь всегда хочется закрыть, а окно нет. Его хочется распахнуть, ведь за ним — небо, воздух и все такое.