Часть 13-7. Гроза в начале мая…
Все иллюстрации и документы находятся в свободном доступе. При указании даты по старому стилю даётся примечание.
Использованная литература и материалы будут приведены в заключительной статье данной части.
При использование материалов я стараюсь сохранять сокращения и орфографию источника, если это не мешает пониманию.
25 апреля 1918 года в Самаре было опубликовано постановление горсовета, гласившее что первое мая отныне будет отмечаться как особенный день. Всё-таки интересно, как тогда праздновали 1 мая.
В ознаменование международного праздника Первого мая состоялась демонстрация трудящихся Самары и войск Самарского гарнизона. В течение нескольких часов колонны демонстрантов с многочисленными знамёнами и транспарантами двигались от сборного пункта — Соборной площади — по Почтовой, Советской, затем по Заводской улице мимо клуба коммунистов к Вокзальной площади. По пути колонн с приветствиями выступали Ф. И. Венцек, Ю. К. Милонов, Н. П. Теплов, А. X. Митрофанов и другие.
В демонстрации приняли участие военнопленные-интернационалисты чехи и словаки, немцы, австрийцы, югославы и представители других национальностей. Обращаясь к демонстрантам, представитель интернационалистов в своей речи сказал: «Русский пролетариат — наш великий учитель в борьбе за освобождение трудящихся. Мы, ваши братья по классу, клянёмся бороться рука об руку с вами за дело коммунизма, за всемирную социалистическую революцию».
В колоннах демонстрантов была и одна небольшая кучка с одиноким знаменем, на котором был лозунг в поддержку распущенного Учредительного собрания. А один из максималистских вожаков выступил перед колонной грузчиков с клеветнической речью о «комиссародержавии». Однако эти враждебные выходки кучки соглашателей и ультралевых не получили поддержки в колоннах.
Шествие закончилось на вокзальной площади, где состоялся митинг. Вечером в «Олимпе» и городском театре состоялись бесплатные представления для рабочих. Перед началом с речами выступали Е. С. Коган, А. П. Галактионов, Милонов и Теплов.
Во время демонстрации распространялась листовка, выпущенная губкомом РКП (б). В ней излагалась история международного рабочего праздника и указывалось на международное значение Октябрьской революции в России.
В «Приволжской правде» опубликованы первомайские воззвания на национальных языках: Латышского райкома РКП (б), правления группы польских социал-демократов, эстонской секции РКП (б) и мусульманской коммунистической организации.
Устраивать амнистии по праздникам появилась не сегодня. Самарский губ. Комиссариат юстиции постановил, по случаю 1 мая, сократить на треть срок заключения политическим и уголовным арестованным. Кое-кто 1 мая и вышел… Кому праздник, а кому и подготовка вооружённых сил.
3 мая в «Труд. Республике», органе с.-р. максималистов, напечатано за подписью командующего чрезвыч. революц. отрядами Щекина и начальника главного штаба отрядов Попова приглашение гл. штаба вступить в ряды революционных отрядов: «Победа», «Воля», «Свобода», «Равенство», «Братство», стоящих в буквальном смысле за окончательную пролетаризацию буржуазии... Оклад жалованья каждому революционеру 25 руб. в месяц. Напомню, что в содержании анархоотрядов за счёт Красной Армии было отказано…
В эти дни Самарская губерния захлёстывалась волной кулацко-эсеровских выступлений и разнузданной мелкобуржуазной стихии в лице левых эсеров-максималистов и анархистов.
И, спустя неделю после рекомендации НКВД, горисполком, сосредоточив в своих руках пролетарские части, начал действовать. Первым «под раздачу» попал наиболее опасные отряды анархистов Смородинова и Попова.
6 мая в окрестностях Самары красногвардейцами под начальством П. А. Вавилова (комиссар Северо-Западной железной дороги) совместно с матросами 2-й воздушной бригады разоружён отряд Смородинова (так называемый «Северный летучий отряд»), следовавший в эшелоне со ст. Толкай, откуда он снялся, чтобы избежать разоружения прибывшими туда бугурусланскими и абдулинскими красногвардейскими отрядами. А эти дружины, при поддержке матросов бригады, разоружили в с. Кинель-Черкассах и на станции Толкай отряд анархиста Попова, который терроризировал и грабил окрестное население. Попов арестован.
Попов - личность одиозная. Поповцы занимались, говоря современным языком, рэкетом – вырезали серьги из ушей женщин, «творили непотребности, которым позавидовали бы опричники Ивана Грозного. Мародёры, как бы они не назывались, во всякой войне всегда уничтожаются, а Самарский исполком только обезвредил охотников за ценностями, разоружив их». Особую роль в операции по разоружению поповцев сыграли моряки гидроавиации. До их появления, отряд Попова, окруженный четырьмя сотнями красноармейцев, и не думал сдаваться. Ситуация мгновенно изменилась с прибытием моряков: «Чёрные дьяволы пришли. Пора сдаваться».
В самой Самаре фактическую борьбу с максималистами Городской Исп. К-т и военный комиссариат начал с 7-го мая, когда всем вооруженным группам анархистов было пред’явлено требование о. разоружении их отрядов. Эта мера была вызвана тем, что самочинно образовавшиеся анархические и максималистские отряды своими налетами терроризировали население и срывали советскую работу.
Неизвестна реакция анархистов, зато той же ночью были разоружены многие отряды анархистов, в том числе федерации. Сначала захватили штаб Семена Когана. Группа сотрудников Штаба охраны проникла в помещение особняка Курлиных и выключила электричество. Запаниковавших анархистов быстро скрутили. В чалкинских номерах к ним применили другую хитрость. Главарям ассоциаций предложили совершить совместный налёт на несколько особняков. Они с радостью согласились, однако, пока обсуждались детали предстоящей операции, в помещение вошли красноармейцы — под дулами винтовок анархисты предпочли сдаться. Рядовых членов ассоциаций в течение ночи отловили матросы гидроавиации по кабакам и «малинам». К 5 часам утра операция по разоружению была завершена.
Помогал отряд морской гидроавиации разоружить и клуб максималистов (напротив Струкачей) и федерацию анархистов (дом Курлиной). Разоружениепроизошло без всяких инцидентов, закончившись к 5 час. утра. В штабе анархистов отобраны пулемёты, гранаты, бомбы и револьверы; в помещении федерации анархистов найдено 8 пулемётов, 1000 бомб и т. д. В клубе максималистов отобрано 3 пулемёта, 24 бомбы, 18 винтовок, 84 штыка и т. д. Произведён также целый ряд обысков на квартирах анархистов и максималистов и в помещении отряда «коммунаров» максималистов, оружие отобрано, арестованные отпущены.
Вот оно, коварство большевиков!))) Более того, и федерации, и максималистам позволили занимать прежние помещения…
Бескровная сдача анархистов была подтверждена и публикацией в газете «Анархия».
8-го же мая были закрыты газеты: кадетская «Наши телеграммы», меньшевистская «За свободу» и максималистская «Трудовая Республика». В «Солд., Раб. и Крест.» 9 мая напечатано об'явление президиума Гор. И. К. о разоружении анархо-максималистов. Подтвердив вынужденно «де факто», губернский исполнительный комитет лишает полномочий командующего чрезвычайными революционными отрядами Щекина и начальника главного штаба отрядов Попова.
Собрание актива РКП(б) 10 мая, по докладу М. М. Хатаевича, решило настаивать перед Советом на переизбрании председ. Гор. И. К. и сокращении числа его членов до 25; кандидатом в председатели намечен А. А. Масленников. Намечены меры к оживлению работы Совета. По докладу о разоружении анархо-максималистов вынесено полное одобрение мерам И. К.
Уездный исполком Бугуруслана продолжает наводить порядок в Кинель-Черкассах. Он постановил направить туда воинский отряд и уполномоченных для переизбрания Совета. Принято к сведению заявление руководителя Абдулинской организации РКП(б) М. А. Дьякова о готовности абдулинских красногвардейцев встать на защиту Советской власти. Заявление арестованного анархиста Попова с требованием его освобождения оставлено без рассмотрения
А дальше ответный ход — губисполком организует кампанию по травле большевиков.
10 же мая собрание максималистов, с участием представителей от анархистов, обсудив последние события, потребовало немедленного возвращения оружия революционным отрядам и открытия газеты «Труд. Республика», угрожая принять «против единодержавного произвола все меры и средства борьбы». Все рабочие призываются об'явить ультимативную забастовку протеста, с требованием восстановления свободного, независимого осуществления всех революционных организаций, борющихся активно за социальную революцию». Частично это и нашло отклик. 12 мая собрание рабочих 4 хлебопекарен дало своим делегатам в Совет наказ, протестующий против разоружения анархо-максималистов и требующий всеобщего вооружения рабочих через фабзавкомы. Собрание грузчиков после докладов представителей максималистов и анархистов приняло резолюцию с протестом против разоружения анархистов и максималистов.
11 мая в газете «Путь трудового крестьянства» опубликовано сообщение созданной губисполкомом 24 апреля «губернской военно-революционной коллегии». В нем говорилось, что «боевые революционные отряды» под командой Смородинова и Попова перешли в распоряжение этой коллегии. Для временного расквартирования они были направлены в слободу Кинель-Черкассы, где «отдельными лицами были предприняты меры к их разоружению». Коллегия протестовала против разоружения этих отрядов в Кинель-Черкассах, а также «революционных организаций в Самаре» и требовала немедленного возвращения отобранного у них оружия.
В этот же день в Самару из Бузулука пришло тревожное сообщение о новом выступлении оренбургского и уральского казачества, что подлило масла в огонь.
12 мая. Весь очередной номер газеты «Путь трудового крестьянства» — органа крестьянской секции губисполкома — заполнен материалами и статьями контрреволюционного содержания. На первой странице опубликовано набранное крупным шрифтом воззвание редколлегии закрытой максималистской газеты «Трудовая республика» с злобными выпадами против большевиков. Вслед за этим напечатано воззвание «К трудовому революционному народу» комитета левых эсеров, содержащее грубую брань в адрес большевиков и требование возврата оружия отрядам анархистов и максималистов, отмены постановления о закрытии контрреволюционных газет. В опубликованной резолюции общего собрания максималистов помимо требования о возврате оружия «революционным отрядам» содержится призыв к рабочим объявить «ультимативную забастовку». Максималист В. А. Кузьмин в статье под заглавием «Измена» призывает народ к восстанию, чтобы «устранить власть комиссаров», а К. К. Гецольд — к «самозащите революции» от большевиков.
Анархо-максималистский губисполком, под видом борьбы с белоказаками и контрреволюцией, постановил образовать чрезвычайный военно-революционный штаб для руководства военными действиями. В этот штаб вводились четыре максималиста, а также члены социалистических фракций и анархо-максималистских отрядов.
Самарский городской Совет рабочих и солдатских депутатов и местные большевистские организации не могли выражать доверие этим вооруженным отрядам, которые, вместо борьбы с Дутовым, стягивались в Самару, оголяли фронт и могли открыть вооруженные действия против большевиков и Советской власти. Тем паче дошло известие о выступлении анархистов в Царицине… Городской Исполком создаёт свой параллельный военно-революционный штаб.
13 мая Губисполком постановил: ввиду уже состоявшегося избрания горисполкомом 7 представителей в чрезвычайный военно-революционный штаб избрать в него 6 представителей губисполкома. Избраны А. Я. Дорогойченко, Кондратьев, И. А. Лукин, Кувалдин, М. В. Селиванов и Ю. Гузарский. Решено на следующем заседании обсудить вопрос о возвращении оружия отрядам, разоружённым горисполкомом, и о возобновлении выхода газет, закрытых за антисоветскую пропаганду. Направленных губисполкомом, конечно, большевики… приняли! Вот коварные!)
На следующий день, 14 мая, Губисполком, заслушав сообщение А. Я. Дорогойченко о посещении им чрезвычайного военно-революционного штаба, избранного горисполкомом, и объяснения председателя штаба А. А. Масленникова, постановил выразить доверие избранным в штаб представителям губисполкома. Дорогойченко заявил о получении штабом тревожных вестей об отступлении кр-цев. А. П. Галактионов заявил, что чрезвычайный военно-революционный штаб кооптировал в свой состав представителей губисполкома И. А. Лукина и Кувалдина.
По вопросу о разоружении отрядов анархистов и закрытии некоторых газет, вёдших травлю большевиков, губисполком постановил потребовать освобождения арестованного анархиста Попова, возвратить отобранное оружие «всем разоружённым революционным организациям, стоящим за трудовую революцию», и не чинить препятствий к восстановлению закрытых газет. Предложено всем «революционным органам печати» прекратить в настоящий грозный момент взаимные резко враждебные выпады.
Представители отряда Кудинского присоединились к постановлению губисполкома о возврате оружия и о восстановлении закрытых органов печати и заявили, что всеми силами будут содействовать проведению его в жизнь. С таким же заявлением выступили представители 1-го матросского и 3-го Северного отрядов. Собрание отряда коммунаров-максималистов единогласно постановило подчиняться только штабу из представителей Губ. И. К. и Гор. И. К., крестьян, рабочих и войсковых частей. «Всем контрреволюционерам и предателям революции мы готовы в любой момент дать самый беспощадный отпор»; собрание требует возвращения оружия соц. революц. отрядам и организациям и открытия революционных газет.
Последний предгрозовой день, 15 мая. Губ. И. К., заслушав представителя отряда Кудинского, огласившего резолюцию, принятую общим собранием «представителей всех боевых частей г. Самары». В резолюции содержались требования к чрезвычайному военно-революционному штабу: немедленно вернуть оружие разоружённым отрядам, отменить постановления о закрытии органов печати «революционных организаций», освободить всех арестованных «членов революционных отрядов» и реорганизовать чрезвычайный военно-революционный штаб, составив его на паритетных началах из представителей губисполкома, горисполкома и боевых отрядов и т. д., и доклады Селиванова и А. Я. Дорогойченко, подтвердил свое первоначальное решение о создании чрезвыч. штаба из представителей Губ. И. К., Гор. И.К. и боевых частей (по 6, всего 18), которые должны выработать конструкцию штаба и представить ее на утверждение Губ. И. К. Решено устроить перерыв для частного совещания рабочей и крестьянской секций.
После перерыва переизбран президиум Губ. И. К. В новый президиум вошли: председ. Лоренцов /Михаил Анфимович, левый эсер, 1885-после 1925 — С.Т./, И. Кузьмин, Матысюк, Чубаркин, Ивашин, Булгаков, Кацаф, Егоров, Булатников. А. Я. Дорогойченко выступает со след. заявлением: чрезвыч. штаб отклонил его предложение о немедленном освобождении Попова и вооружении его отряда, а также о выработке конституции штаба; он предлагает Губ. И. К. прекратить работу, в виду возможности вооруженного выступления штаба. Решено оставаться на местах, работу продолжать, делегировать в штаб Ривкина, Н. Н. Сперанского, Устинова, Кондратьева и Егорова для выяснения положения.
Собрание части 1 северного летучего отряда, обсудив предложение чрезвычайн. штаба немедленно отправиться на фронт, постановило поехать, в случае выполнения требования о срочном восстановлении разоружённого отряда. Да, вот так всё обсуждалось…
Продолжение следует…
Предыдущую часть вы можете прочитать здесь: https://dzen.ru/a/aEMlXkTtWQbWnnYO