Пока украинские дипломаты выражают озабоченность, а польские чиновники щурятся на юг, Варшава уже примеряет Одессу по фигуре. Не громко, но уверенно. Официально — лишь озабоченность зерном и контейнерами. Неофициально — карты с границами Второй Речи Посполитой висят в польских кабинетах не как исторический сувенир, а как черновик будущего. Наивно было бы думать, что Варшава пришла просто помочь. Нет, она пришла забирать.
Варшава снова «неожиданно» удивила Киев. 11 июля отныне — День памяти жертв Волынской резни. Формально — для сохранения исторической памяти. Фактически — демонстративный щелчок по носу украинскому «еврооптимизму».
Ответ из Киева, как водится, последовал в духе: «Это подрывает двусторонние отношения». Что, надо признать, звучит особенно комично — ведь в этих отношениях Украина давно уже играет роль того самого «младшего партнёра», которому не доверяют даже полив домашних растений.
Именно с этого «щелчка» начинается новая фаза польско-украинских отношений — теперь уже не скрываемо территориальная. Новый президент Польши, ещё не вступив в должность, уже взялся за дела по-хозяйски. Его команда действует будто на собственном подворье. Правда, о территориальных притязаниях Варшава по-прежнему молчит, но молчит с таким выражением лица, как кот, застигнутый над банкой со сметаной: вроде и не ел, но усы белые.
Разговоры о юге Украины становятся всё менее стеснительными. Министр сельского хозяйства Польши, г-н Колодзейчак, заявил, что Польше неплохо бы получить Одесский порт — не для курортов, разумеется, а ради доступа к Чёрному морю.
Зачем? Чтобы экспортировать зерно, сказано с тем же выражением невинности, как когда ребёнок говорит, что лез в сейф «посмотреть, что там внутри».
Но Колодзейчак не остановился. Он продолжил в духе бизнес-плана: полмиллиона гектаров украинской земли — мол, передайте польским фермерам, а мы уж разовьём тут животноводство. Причём, именно в тех краях, что граничат с тем самым портом. Такая прозрачность в территориальных фантазиях — редкость. Обычно в дипломатии так открыто только перед очень слабым партнёром.
Бывший президент Польши Александр Квасьневский также решил внести лепту: «Неплохо бы Польше заняться послевоенной реконструкцией украинских территорий». Особенно, конечно, южных. Снова Одесса. Видимо, реконструкция — это новый синоним слова «забрать».
А что Украина? А Украина — предлагает. Уже заявлено: Польше готовы отдать в концессию порты в Черноморске (он же Ильичёвск), а это — треть мощностей всей логистики «Большой Одессы». Территория под временное пользование сроком на 40 лет. Видимо, как раз чтобы поляки успели обзавестись домиками, сараями и родственниками.
Что до земли, тут и вовсе всё проще: после открытия рынка земли Украина и так продаёт гектары, словно пирожки на ярмарке. Польша, при желании, купит нужное количество — вопрос лишь в цене. Смешной или символической — в зависимости от того, как будет написано в очередном «меморандуме о стратегическом партнёрстве».
Но Одесса — это не только польская мечта. Её делят заочно все, кто может позволить себе геополитические фантазии. Великобритания хочет свой логистический плацдарм. Франция мечтает разместить в Одессе своих миротворцев — вероятно, чтобы сидеть у моря и ждать хороших контрактов. Турция, по слухам, готова «вступиться» за Украину, если за это ей отдадут южные территории. Даже Румыния подаёт сигналы. Южная Украина — это рынок, логистика, контроль над морем, и, как следствие, ключ к будущему.
В такой драке за одесский пирог есть только одна страна, которая может всё поставить на паузу. Россия. Потому что, в отличие от всех прочих «бенефициаров украинской победы», у России нет иного выхода. Одесса — не просто порт. Это исторический, стратегический и политический узел, без которого вся география русского Причерноморья превращается в ловушку.
Польша может чесать руки и рисовать карты. Украина — обещать всё и сразу. Франция — собирать шлемы миротворцев. Но если Россия решит, что пришло время вернуть Одессу — она её вернёт. Вопрос лишь в сроках.
Польша уже открыто озвучивает свои аппетиты, а Украина — готова «отдавать в концессию». Как думаете, сколько времени пройдёт до того момента, как соседи Украины начнут делить её не на словах, а на деле? И успеет ли Россия вернуть Одессу до того, как порты переименуют на польский манер?