"Брат", 1997г. Режиссер: Алексей Балабанов
Потерянные крылья
Данила, главный герой фильма «Брат», приходит с войны в мирную жизнь и слышит песню «Крылья». Эта песня буквально завораживает его.
Мы все потеряли что-то на этой войне.
Кстати, где твои крылья, которые нравились мне?
(Вячеслав Бутусов)
Парень с потерянными крыльями. Нет, не с потерянными крыльями, с обожженными на войне. Данила прошел войну, хотя настаивает, что отсиделся в штабе писарем. Он не хочет вспоминать о войне, он хочет мирной жизни, но где взять крылья? А были ли они у него?
Холодная мать… От нее хочется убежать хоть куда, даже на войну. Ее слова как меткие выстрелы. Мать призвана дать ребенку принятие. Мать принимает ребенка — мир принимает ребенка. Если нет материнского принятия — в душе война. Мир превращается в что-то угрожающее, с чем необходимо воевать. Чтобы справиться с войной внутри и не погибнуть, нужно найти врага снаружи, в жизни. Тогда появляется надежда победить и жить мирной жизнью.
Данила собирается победить в своей внутренней войне. У него есть брат, который поддерживал его и был ему как отец. Надо ехать к нему.
Питер как возможность исцелиться
Ленинград, превратившись в Питер, не перестал быть метафорой депрессии. И этот город — как возможность исцелиться. Выздоровление всегда через депрессию и печаль… Или через борьбу и победу? Город как метафора внутренней жизни Данилы, пространство его души. Пустынные улицы и набережные Питера отражают пустоту и тоску внутреннего состояния Данилы. Здесь нет людей, событий, чувств… Здесь не разворачиваются события фильма. Главный герой не видит живых людей, которые живут, чувствуют и принимают жизнь вопреки ужасам 90-х годов. Бессознательное Данилы выхватывает места, где бушует война: рынки, сборища наркоманов… Это его мир, его внутреннее пространство, где ему неуютно, но привычно.
На войне есть свои и чужие, никаких промежуточных лиц. Иначе не выжить, не победить. Нужно четко определить врага. Враги — они всегда другие. Чеченцы, американцы, азиаты… Все, кто не русские, для Данилы — враги. Есть свои и есть чужие, то есть другие…
Расколотая душа
Но есть Гофман — он другой (немец), но не враг. Он собирает расколотое «Я» Данилы, не дает ему уйти в психоз. Это символизирует, что окончательного раскола в душе Данилы еще не случилось. Гофман живет на кладбище. Кладбище — место на окраине города, то есть то, что вытеснено Данилой. Кладбище — это символическое место в его душе, где хранится что-то важное, но как будто уже мертвое. Может, это пространство в его душе, где он похоронил все ужасы, пережитые на войне.
Кладбище — это все то, что хочется забыть, с чем не хочется встречаться в жизни. А для Гофмана — это место встречи с прошлым, с его предками. На кладбище Данила в обществе Гофмана думает о смысле жизни, пытается осознать себя и мир, встречается со своими противоречиями. Он становится сложным, противоречивым, живым.
У Гофмана нет денег, но именно он помогает Даниле выжить. Он лечит и успокаивает, принимает его и сочувствует. Это здоровая (мирная) часть психики Данилы, которая оторвана от его силы и энергии. Он ее находит на окраине города, но не может на нее опереться, не может ее оживить, то есть интегрировать. Она кажется ему слабой, он не видит в ней возможности для себя. Примет ли Данила эту часть?
Его брат символизирует его сильную сторону. Он верит, что благодаря ему начнет новую и счастливую жизнь. Но его брат, на которого он так надеется, уже сделал выбор. Он мертв. Для него умерли ценности, он живет в мире «или я, или меня». Он живет в мире психоза, где нет места человеческому отношению к людям, включая родного брата. И нечего ему уже делать в Петербурге — городе депрессии. Ему необходимо в Москву, в город манящих маниакальных радостей 90-х годов.
Везде чужой и лишний
Данила не сдался, он верит, что можно победить, закончить войну и обрести наконец крылья. Но когда он побеждает всех и приходит к Свете, она его отвергает. Нет никакой возможности встретить женщину и быть счастливым, когда в душе бушуют сражения. Он находит женщин, которые идут по жизни как под пулями. Кэт, которая потеряла на своей войне всю свою чувственность и выживает за счет иллюзорной простоты мира. Она уже проиграла в своей войне и, в принципе, уже умерла как женщина, поэтому ей необходимы наркотики, чтобы почувствовать себя хотя бы немного живой.
А вот Светлана еще жива, хотя живет совсем не женской жизнью. Ее жестокий муж — это проекция ее внутреннего тирана, от которого не скрыться и не убежать. Данила стал для нее возможностью почувствовать себя женщиной. Она светится от счастья при встрече с Данилой (когда он нашел ее после ранения), но весь пейзаж их свидания пронизан жуткой разрухой и хаосом. С мужем страшно, но есть определенность. С Данилой еще страшнее, потому что непонятно. Света мечтает о близости, чего не может дать Данила. Они оба ищут, по большому счету, не любимого человека, а маму, которая обогреет и скажет, как жить. Данила приносит деньги — это все, что он может. Он приносит деньги и ждет от Светы того, в чем она сама нуждается.
Кроме кладбища и рынка, Данила попадает еще в один мир — мир песен «Наутилуса Помпилиуса». Там ему легко (ему дают таблетку). Но это не его мир. Он не может находиться долго в этом тихом и уютном пространстве. Этот мир такой прекрасный, расслабленный и такой беззащитный. Его неудержимо тянет вниз. Там он может спасать, убивать, побеждать… Там его место.
Я вижу огни, вижу пламя костров
Это значит, что здесь скрывается зверь
Слышу вой под собой, вижу слезы в глазах
(Вячеслав Бутусов)
Неоконченная война
Данила вернулся с войны, он хочет жить мирной жизнью, но война не отпускает его. Он надеялся на брата, но тот уже побежден в этой войне. Данила прощает брата, потому что не простить и убить — значит убить себя. Ему необходимо остаться в живых, по-человечески живым. Но предательство брата еще сильнее раскалывает внутреннее «Я» Данилы. На кладбище прибавилось мертвых тел, в душе прибавилось мертвых мест. Он просит Гофмана похоронить тех, кого он убил. Сам он не может, ведь похоронить — значит успокоиться, принять, оплакать, понять. Война не закончилась. Кладбище не стало местом, куда можно приходить и набираться сил.
Брат (символически его сильная часть) дает ему деньги, которые не приносят счастья. Это не главное, что ему нужно. Конфликт в душе Данилы не разрешен. Он не получает удовлетворения от своей силы, но и не может принять (интегрировать) свою депрессивную вытесненную часть, где чувства и смыслы. Он отказывается от денег, но и покидает Гофмана. Он уезжает из Петербурга, города, где он мог бы прожить и принять свою депрессивную часть души и объединить ее со своей силой.
В конце фильма Данила идет по заснеженному лесу. Он выбрался из города. Город не забрал его, но и не излечил. Белый снег, холодно… Как выжить в этой войне: не чувствовать, не размышлять, не осознавать… Заморозить, так как нет опоры. Нет брата, того брата, на которого можно опереться, как на отца… И уже не звучат песни «Наутилуса Помпилиуса» по дороге в Москву:
Мы все потеряли что-то на этой войне.
Кстати, где твои крылья, которые нравились мне?
(Вячеслав Бутусов)