Уже неделю моя бабушка лежит в реанимации. Это тяжёлый текст, который требует написания.
Этот пост я опубликовал полтора месяца назад в Телеграмме, но не решился в Дзене. На сегодняшний момент бабушка уже ушла из жизни (о чем пост уже есть на канале и скоро будет на Дзене), так что я выкладываю и этот.
Мои постоянные подписчики знают, что в детстве, в раннем возрасте, родителям потребовалось отправить меня подальше из-за болезни младшего брата. На этот период, с трёх до восьми лет, моими родителями по духу были именно бабушки и дедушка. Так как отец по выходным приезжал, отцовская роль за ним всё-таки оставалась, а вот материнская сильно съехала к бабушке.
Бабушка — невероятно сильная женщина. Она всю жизнь работала на стройке, была бригадиром. Сейчас ей 93 года, и до каждого последнего дня в сознании она вела активную жизнь — летом занималась огородом, весной готовила рассаду, также фоново следила за загородным домом и дедушкой.
Именно бабушка дала мне самые лучшие части — внутреннюю силу, стойкость, тягу к деятельности, упорство и несгибаемость. Именно бабушка всегда давала мне то, что ближе всего было к безусловной любви. Она всегда вставала на мою сторону и поддерживала.
Ночью в пятницу ей стало плохо, и она позвала маму (родители на тот момент были вместе с ними в загородном доме). Мать через какое-то время вызвала скорую, так как начали появляться признаки инсульта. Отец сопроводил бабушку утром до больницы. Бабушка, по его словам, вела себя нервно, уже с трудом изъяснялась. Днем я приехал в загородный дом, чтобы отвезти маму в больницу и вместе проведать бабушку.
Я взял с собой газеты и журналы — именно так я проявлял свою любовь к бабушке, привозя ей свежую прессу для чтения. Когда мы пришли в палату, бабушка «спала». Мы ещё не знали, что она уже впала в кому. Подождав полчаса, мы отправились обратно с намерением вернуться утром следующего дня.
Но на следующий день в палате койка уже была пустая — её перевели в реанимацию и подключили к ИВЛ.
Современная медицина — странная вещь. Человек, который раньше уже был бы точно мёртв, сегодня может поддерживаться в неком подобии жизни. Смысл такого поддержания в том, что есть некий шанс на «восстановление». Но при этом ни один врач не даст никакой гарантии на то, что это «восстановление» хоть сколько-то возможно. Остается только ждать исхода, внутренне себя готовя к чему-угодно.
Пока я сидел во дворе больницы, меня внезапно пробила мысль о том, что, как бы ни сложилась текущая ситуация, бабушка уже не сможет быть тем самым человеком, всегда поддерживающим меня. И теперь эта роль переходит ко мне. Теперь поддерживать, любить и уважать себя нужно мне — потому что больше уже никто не сможет это делать так, как делала бабушка.
Возможно, именно сейчас я становлюсь по-настоящему взрослым. Человек остаётся ребёнком, пока может делегировать любовь и заботу о себе кому-то другому. Неделю назад я такого человека потерял — и нашёл заново в себе самом.
И в этой новой тишине я чувствую, что моя бабушка в любом случае со мной останется. Ее часть теперь живёт во мне — в моей способности держаться, заботиться о себе, идти дальше, даже когда страшно. Жизнь продолжается, и я продолжаю её и для себя, и для неё. В каждом своем шаге, в каждом выборе быть живым, любящим и верным себе — я остаюсь с ней рядом.
Узнавайте о новых постах первыми - подписывайтесь на мой Telegram-канал "Цветы для Элджернона"