- Начало
— Так… мясо на блюде, салат в вазочке, приборы разложены… Всё? — я окинула взглядом празднично накрытый стол. И тут хлопнула себя по лбу. — Ой! Свечи! Совсем вылетело из головы.
Я метнулась на кухню, вытащила из ящика две тонкие витые свечи, установила их в стеклянные подсвечники и аккуратно поставила в центр стола. На фоне белоснежной скатерти они выглядели как декорация из журнала.
— Ну вот, теперь уютно, — шепнула я, разглядывая итог своих стараний. От теплого света свечей и тишины в квартире стало даже немного щемяще.
Праздничный ужин в честь восьмого марта для нас был не просто поводом — это была особенная дата. Именно в этот день, два года назад, я впервые встретила Геру.
Он появился в моей жизни стремительно — словно из другого мира. Прямо как в кино. Букеты, звонки, сюрпризы. Он не ухаживал — он ослеплял. Мои подруги в один голос заявляли, что таких мужчин не бывает. А я молча улыбалась и думала: «А вот и бывает. Мой».
Предложение он сделал во Франции, на высоте нескольких сотен метров — в стеклянной капсуле над ущельем. Я до сих пор помню, как дрожали колени, как блестело кольцо и как громко я крикнула «Да!». Там, среди ветра и туристов, он поднял меня на руки, а я даже не помнила, как мы спустились обратно. Только губы потом болели — от поцелуев.
Два года пролетели незаметно. Они были почти идеальными. Почти… кроме одного очень болезненного исключения. Но я решила не думать об этом. Не сегодня. Не в праздник.
Да, тогда мне казалось, что всё кончено. Казалось, я никогда больше не смогу простить. Но со временем сердце оттаяло. Мы поговорили, мы сделали выбор. Новый старт, без упрёков и без прошлого.
Я поверила, что он изменился. Захотела в это верить.
Подошла к зеркалу, вынула шпильку, распустив локоны, и оглядела себя. Платье цвета морской волны мягко обтягивало талию, плечи казались тоньше, а глаза — ярче. Именно это платье он когда-то назвал моим «праздничным оружием».
На шее сверкал изумруд — подарок на годовщину. Я выпрямила спину, улыбнулась своему отражению.
— Устоит ли он сегодня? — прошептала я и снова взглянула на часы.
Половина седьмого. Обещал быть к шести…
Я взяла телефон. Последний его звонок — два часа назад. Сказал, что выехал с последнего адреса. Почему же его до сих пор нет?
Набрала номер.
— Алло? — голос был тихий, почти шепот.
— Гер, ты где? И чего шепчешь?
— Подожди, милая, сейчас, секунду…
Слышались какие-то звуки, шаги, скрип дверей. Затем голос стал громче, отозвался с эхо.
— Поль, у Макарова тут потоп. Я подвез его, а у него трубу прорвало. Вся квартира под водой. Ждём аварийку. Как только приедут — сразу к тебе.
— А он сам не может справиться? — я почувствовала, как раздражение пробирается сквозь заботу.
— Ты серьёзно? Там всё плавает. Мне что, оставить его одного?
Я замолчала. Конечно, я бы не бросила подругу в беде. Но и сердце моё сейчас сжималось от тревоги.
— А ты почему вышел на площадку? — прищурилась я.
Он вздохнул.
— Потому что соседка орёт как сумасшедшая! Подняла крик из-за потолка. Я вышел, чтобы не услышать, как лопаются барабанные перепонки.
— Ты не злишься? — мягко спросила я.
В ответ — раздражение:
— А ты что, не веришь мне? Серьёзно? Хочешь, я ей дам трубку?
— Нет-нет, прости, — спешно ответила я. — Просто… я ждала тебя. И очень соскучилась.
Он замолчал. А потом буркнул:
— Скоро буду.
Я отключилась и опустилась в кресло. Сняла туфли, помассировала пальцы. Босиком стало легче, но в сердце всё ещё щемило. Я вздохнула и пошла в гостиную.
На тумбочке стояла фотография — папа, улыбающийся, добрый, с глазами, в которых было столько тепла… Черная лента пересекала рамку.
— Ты бы понял, — прошептала я. — Ты бы меня обнял.
После смерти мамы мы остались вдвоём. Он стал мне всем: и поддержкой, и другом, и наставником. Он открывал автосалоны, строил бизнес, и всегда находил время для меня.
Дом, квартира, отдых, школа — всё, о чём можно было мечтать, у меня было. А потом — свадьба. И в качестве подарка отцу захотелось сделать нечто особенное. Он купил эту квартиру в центре Москвы и отдал нам с Герой.
Помню первую ночь здесь: мы стояли на балконе, пили шампанское, и город под ногами казался волшебным.
Позже папа предложил Гере работу. Начать с менеджера, учиться, расти. Зарплату он сразу поставил «не как у всех». Через год Гера стал директором.
Сейчас он — Герман Андреевич. Уверенный, статусный. Папа гордился бы им. Правда.
— Он тебя не подведет, пап, — шепнула я, гладя рамку с фото.
И тут раздался звонок в дверь.
Он вошёл уставший. Без цветов. Без улыбки.
— Привет, солнышко, — короткий поцелуй в щеку — и сразу в ванную. Я слышала, как шумит вода, как долго он там остаётся.
Я снова зажгла свечи, поставила еду подогреваться, поправила волосы.
«Вот и вечер», — подумала я. — «Сейчас всё исправится».
Я прошла в комнату и заметила на подоконнике его телефон. Он вибрировал, экран мигал.
«Выключу. Пусть хоть сегодня поест спокойно», — решила я, подходя ближе.
На экране высветилось: Лёня бухгалтерия.
Я нажала зелёную кнопку.
— Алло, ты когда приедешь? — прозвучал мягкий женский голос.
Я застыла. Сердце ухнуло в пятки.
Это был не Лёня. И не бухгалтерия.
Это была женщина.
И она звала моего мужа. Голосом, в котором не было ни капли бухгалтерской строгости.
Продолжение:
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
«Дорогая, я не изменю(сь)», Елена Попова
Содержание:
- Часть 1
