— Светик, я хочу тебя с мамой познакомить, — Максим так нежно сказал это, обнимая меня за плечи. — Она уже давно просит встретиться с тобой.
Я кивнула, но сердце как-то сжалось. Полгода мы встречались, и всё это время он рассказывал про свою маму. Нина Петровна. Учительница литературы. Строгая очень. Одна растила сына, муж умер рано. Ну, понятное дело, сын для неё всё.
— Когда думаешь? — спросила я.
— А что, в выходные съездим? Мама уже жаркое готовить собирается. Говорит, твоё любимое блюдо.
Странно. Я Максиму никогда не рассказывала про любимые блюда. И жаркое ем редко, если честно. Но ладно, не суть.
В субботу поехали к ней. Обычная трёшка в старом районе. Пахнет пирогами и играет классика какая-то. Нина Петровна встретила нас — женщина лет шестидесяти, аккуратная такая, с проницательными глазами. Сразу видно — из тех, что всё замечают.
— Ну вот и познакомились наконец-то, — сказала она, окидывая меня взглядом с головы до пят. — Максим столько про вас рассказывал. Проходите, проходите, всё готово уже.
За столом она меня буквально допрашивала. Работа, семья, увлечения. Вопросов тьма. Максим кивал одобрительно на каждый мамин вопрос. Как на экзамене себя чувствовала.
— А готовить-то умеете? — спросила Нина Петровна, подавая какой-то торт домашний.
— Да, умею. Не сказать что идеально, но стараюсь.
— Хорошо это. Мужчину кормить надо сытно и вкусно. Максим у меня к домашней еде привык, никаких полуфабрикатов из магазина не признаёт. Я его правильно воспитала.
Смотрит на меня так оценивающе. Будто проверяет, подхожу я или нет каким-то её критериям. Ну ладно, держусь дружелюбно, отвечаю на всё.
Когда уехали, Максим просто светился от счастья.
— Мама говорит, ты ей очень понравилась! Такую девушку она мне и желала. Умную, красивую, воспитанную.
Я улыбнулась, но что-то меня насторожило. Слишком активно она интересовалась моей жизнью. И советов много давала.
Через неделю Максим предложил съехаться. У него двушка хорошая, логично вроде бы.
— Мама считает, что правильное решение, — добавил он. — Говорит, пора нам семью создавать.
— А ты сам как думаешь? — спросила я.
— Я с мамой согласен. Она всегда мудрые советы даёт.
Переехала я к нему. Первые недели нормально всё было. А потом... Господи, что началось! Нина Петровна каждый день приходить стала. То продукты принесёт, то суп сварит, то просто проведать зайдёт. Ключи у неё есть, представляете? Появляется когда хочет.
— Светочка, а что это у вас в холодильнике? — говорит, изучая содержимое. — Где нормальные продукты? Максим должен правильно питаться. Завтра всё принесу, что надо.
И приносила. Холодильник забивала тем, что считала правильным. Контейнеры с едой на несколько дней готовила, записочки клеила с инструкциями. Как в детском саду, честное слово.
— Мама хочет как лучше, — объяснял Максим, когда я попыталась поговорить. — Всю жизнь обо мне заботится. Тебе что, не нравится?
— Максим, я тоже могу о тебе заботиться. Я же твоя девушка.
— Конечно можешь. Но мама опытнее же. Знает, что мне нужно.
Решила сама ужин приготовить. Нина Петровна застала меня на кухне, головой качает.
— Милая, вы мясо неправильно режете. И соли много. Максим к пересоленному не привык. Покажу, как надо.
Показала. И всё переделала заново. Объясняет про желудок чувствительный и вред неправильной еды.
— Мама права, — соглашается Максим, пробуя мамино блюдо. — У неё вкуснее получается.
Чувствую себя лишней на собственной кухне. Но это только начало было.
Дальше она уборку контролировать начала. Оказывается, полы я неправильно мою, вещи не так складываю, обувь не туда ставлю. У Максима аллергия на пыль, видите ли, уборка идеальной быть должна.
— У нас в семье всегда порядок был, — говорит, переставляя всё по-своему. — Максим к чистоте привык.
Стараюсь делать как она требует, но всегда что-то не так. То щётка зубная в не том стакане, то полотенца сложены не так, то цветы перелила.
— Мама помочь хочет, — оправдывается Максим. — Не со зла же. Заботится.
Но больше всего бесило, что Максим сам ничего решить не мог. Фильм какой посмотреть, куда на выходные поехать, что коллеге подарить — всё с мамой обсуждал сначала.
— Мама сказала, лучше букет взять, не конфеты, — сообщает после очередного звонка. — Правильнее так будет.
— А сам что думаешь?
— Зачем думать, если мама решила? Умнее же и опытнее.
Понимаю, что живу не с Максимом, а с Максимом и его мамой. Она везде присутствует — если не физически, то советами и решениями.
Апогей случился, когда свадьбу планировать начала. Ресторан выбрала, гостей расписала, платье подобрала, с фотографом договорилась. Всё сама.
— Хочу, чтобы у сына красивая свадьба была, — объясняет мне. — У меня вкус лучше, чем у молодых. Вы же не против?
— Нина Петровна, может, мы с Максимом сами решим?
— Зачем? Я всё продумала уже. Максим со мной согласен.
И правда, кивает на каждое предложение. Ощущение, что планируется чужая свадьба, где моё мнение никого не волнует.
Всё решилось в один обычный вечер. Пришла с работы уставшая, хотела на диван упасть, отдохнуть. А тут Нина Петровна с новыми претензиями ждёт.
— Светочка, вы рубашки Максиму неправильно гладите. Вот тут складка, тут воротник не так заглажен. На работе он безупречно выглядеть должен. Покажу, как надо.
Что-то во мне оборвалось тогда. Смотрю на Максима — сидит с телефоном, не обращает внимания.
— Максим, — говорю твёрдо. — Поговорить надо.
— Сейчас, дорогая. Мама важные вещи объясняет.
— Нет, прямо сейчас. Наедине.
Нина Петровна губы поджала, но вышла. Максим недовольно телефон отложил.
— В чём дело? Грубо с мамой разговариваешь.
— Максим, я больше так не могу. Твоя мама каждый наш шаг контролирует. Прислугой себя чувствую в собственном доме.
— Что такое говоришь? Заботится мама просто.
— О тебе заботится. А меня как приложение к твоей жизни воспринимает. Хочу, чтобы сами жили, без постоянного вмешательства.
Смотрит с недоумением.
— Но мама всегда частью моей жизни была. Воспитала меня, всё дала. Как от неё отгородиться?
— Не отгородиться прошу. Границы установить. Взрослые же люди, сами можем решать, что есть, как убираться, когда жениться.
— Мама опытнее. Лучше знает.
— А я что, дура? Решения принимать не могу?
Растерялся он. Не понимает, в чём проблема. Для него мамины советы — норма жизни.
— Слушай, — говорю мягче. — Понимаю, что маму любишь и уважаешь. Но если семью создавать собираемся, самостоятельными быть должны. Иначе не семья будет, а филиал твоего детства.
— Не могу маму огорчать, — тихо сказал. — Столько для меня сделала.
— А меня огорчать можешь?
Молчит. И в этом молчании всё поняла. Для него мамино мнение важнее моих чувств. Готов наши отношения принести в жертву, лишь бы Нину Петровну не расстроить.
— Тогда разные у нас представления о семье, — сказала. — Муж мне нужен, а не ещё один сын для твоей мамы.
Вещи собирать начала. Максим сидит растерянный. Потом к маме вышел, слышу их приглушённый разговор.
— Что случилось, сынок?
— Света уходить хочет. Говорит, что ты слишком вмешиваешься.
— Вот как. Значит, мешаю я ей. А кто полгода домашними обедами кормил? Кто готовить учил и убираться? Неблагодарная.
— Что делать, мама?
— Что тут думать? Не ценит тебя — значит, не твоя. Найдётся девушка, которая заботу и понимание оценит.
Слушаю и понимаю — правильное решение принимаю. Даже сейчас у мамы спрашивает, как в личных отношениях поступить.
Когда с чемоданом выходила, попытался остановить.
— Света, подожди. Может, что-то придумаем.
— Что именно? Готов маму реже приходить попросить? Готов сам решения принимать?
Молчит. Всё ясно.
— Тогда прощай, Максим. Счастья желаю. И маме тоже.
Ушла и не жалею. Поняла — некоторые мужчины взрослыми стать не готовы никогда. Удобнее вечными сыновьями оставаться, ответственность на материнские плечи перекладывать.
А Максим с мамой остался. Нина Петровна утешала, говорила — всё к лучшему, неподходящая Света оказалась. Обещала достойную невесту найти — покладистую, благодарную, семейные традиции ценящую.
И найдёт наверняка. Есть женщины, готовые в тени свекрови жить, воле её подчиняться, второго плана ролью довольствоваться. Только я к таким не отношусь. Женой быть хотела, а не младшей дочерью в чужой семье.
Через месяц знакомые рассказали — Максим уже с новой встречается. Оля, тихая такая, скромная. Домашнюю еду обожает, у Нины Петровны секретам хозяйства с удовольствием учится. Улыбнулась я и счастья им пожелала. Пусть у каждого то будет, что заслуживает.