Боже, как я могла быть такой дурой? Смоленск, конечно, город небольшой, но и в нем, оказывается, водятся экземпляры, способные задурить голову даже такой практичной девушке, как я. Меня зовут Оля, и до встречи с «поэтом» моя жизнь была расписана по минутам: работа бухгалтером, ипотека, редкие встречи с подругами. Ничего особенного, но зато стабильно. А потом появился он – Артур.
Помню тот вечер, как сейчас. Бар, пятница, я с Наташкой решила отметить окончание квартального отчета. Артур сидел в углу, задумчиво потягивая пиво. Потом, как бы случайно, оказался рядом, завел разговор. Говорил красиво, витиевато, цитировал Бродского и Ахматову. Я, честно говоря, не очень-то в поэзии разбираюсь, но звучало завораживающе. Он представился поэтом, человеком тонкой душевной организации, и я, как нашкодившая кошка, сразу поверила.
— Ты муза моя, Оля, — говорил он, глядя прямо в глаза. — Я ждал тебя всю жизнь.
Ну как тут устоять? Тем более, комплименты он сыпал щедро. Родители, конечно, сразу насторожились. Мама шептала:
— Что-то он мутный какой-то, Оль. И работа у него странная – поэт. Это вообще работа?
Папа молчал, но взгляд у него был красноречивее любых слов. Но я их не слушала. Любовь же! Какая работа, какая ипотека, когда рядом такой гений?
Свадьбу сыграли скромную, но душевную. Артур читал мне стихи прямо во время застолья, гости плакали от умиления. После свадьбы он переехал к нам, к моим родителям. Квартира у нас трехкомнатная, просторная, всем места хватало. Я пахала на работе, чтобы ипотеку выплачивать, а Артур… творил. Писал стихи, философствовал, бродил по городу в поисках вдохновения. Мама с папой косились на него неодобрительно, особенно когда я приносила домой очередную порцию пельменей, а Артур сидел в кресле и декламировал Пушкина.
— Оля, ну это же не дело, — ворчала мама. — Мужик должен работать, а не стихи писать.
— Мам, ну он же творческий человек, — защищала я Артура. — Ему нужно вдохновение.
Вдохновение, видите ли! Вдохновение ему, видите ли, нужно на мои кровные пельмени!
Через полгода Артура уволили с работы – он редактировал какие-то тексты на онлайн-площадке. Сказали, что он слишком… непрактичный. Пытался зарабатывать в интернете, писал статьи на заказ, но безуспешно. Предлагала ему в такси пойти, или курьером хотя бы – деньги же нужны! Но он гордо вскидывал голову:
— Я – поэт! Не могу же я развозить пиццу! Это ниже моего достоинства!
Да уж, достоинства у него было выше крыши, а вот денег – ни копейки.
Родители, видя мое мучение, предложили помощь.
— Оль, давай мы тебе поможем квартиру купить, отдельно будете жить. Только оформим на тебя.
Я согласилась. Так мы оказались в нашей двухкомнатной хрущевке. Думала, вот оно, счастье! Свой угол, своя жизнь. Как же я ошибалась!
Вскоре после переезда в нашей жизни крепко обосновалась она – Маргарита Константиновна, мама Артура. Божий одуванчик, как она себя называла. На самом деле – ведьма в юбке. Начала ходить к нам в гости каждый день, давать советы по хозяйству, критиковать мою готовку, одежду, прическу.
— Оленька, ну что это за безвкусица? Ну кто так готовит борщ? Артурчик у меня такое не ел.
Артур, как обычно, отмалчивался или отшучивался.
— Мам, ну что ты привязалась к Оле? У нее борщ вкусный.
А я чувствовала себя, как выжатый лимон. Работа, ипотека, свекровь-вампир…
Со временем мне повысили зарплату. Я старалась не унывать. Думала, ну ничего, прорвемся. Но дома становилось только хуже. Артур становился капризным и раздражительным, требовал внимания, комплиментов, восхищения. Маргарита Константиновна продолжала вмешиваться в нашу жизнь, контролировала каждый мой шаг.
Однажды, во время очередного визита, Маргарита Константиновна проговорилась. Мы сидели на кухне, пили чай, и она вдруг сказала:
— Ну вот, теперь вы живете в квартире, которую Артурчик купил на свои деньги.
Я чуть чаем не подавилась. Какие деньги? Какие Артуровы деньги? Он же ни копейки не заработал с тех пор, как мы поженились!
— Что вы сказали? — спросила я, стараясь сохранять спокойствие.
— Ну как же, Оленька? Артурчик копил, копил, все для вас старался. Хотел сюрприз сделать.
Тут меня прорвало. Все, что я держала в себе месяцами, выплеснулось наружу.
— Сюрприз, говорите? — язвительно усмехнулась я.
— Да вы оба – ходячие сюрпризы! Артурчик ваш давно не работает, живет на мои деньги, стихи свои бездарные пишет! А вы, Маргарита Константиновна, только и делаете, что меня критикуете и пытаетесь меня контролировать! Квартиру мне родители купили, на свои деньги и на то, чо я заработала! А он что сделал? Кроме как штаны просиживать?!
Маргарита Константиновна побледнела. Артур молчал, опустив голову.
— Артурчик, ты чего молчишь? Приструни свою жену - хамку, и покажи ей, кто здесь хозяин! — истерично завизжала свекровь.
— Он на это не способен! Он у нас "утонченная" натура. Вон отсюда! — закричала я, показывая на дверь. — Оба вон!
Они ушли. Маргарита Константиновна что-то бормотала про неблагодарность, Артур просто стоял, как побитый пес. Я захлопнула дверь и разрыдалась. Мне было обидно, больно, стыдно. Как я могла быть такой слепой?
Развод оформили быстро. Родители вздохнули с облегчением.
— Мы же тебе говорили, Оль, — сказал папа.
— Нельзя верить красивым словам. Надо смотреть на дела.
После развода я почувствовала себя свободной. Сбросила с себя какой-то груз. Стала ходить в спортзал, встречаться с подругами, читать книги. Жила для себя, а не для Артура и его мамочки.
Иногда мне приходили SMS-ки с незнакомого номера. Артур писал стихи.
— Оля, прости меня, я был дураком… Я люблю тебя… Вернись…
Я стирала их, не читая до конца. Какой смысл? Слова – это всего лишь слова. А дела… Дела говорили сами за себя.
Как я рада, что не успела завести с ним ребенка! Страшно представить, что бы было. Вот бы был номер! Главное,что я вовремя разглядела его истинное лицо, не дала себя обмануть. Но что было, то прошло. Главное, что сейчас я свободна и счастлива. И в моей жизни больше нет места для поэтов-неудачников и их мамочек. Лучше уж одной, чем с таким счастьем...