Елена стояла у плиты, помешивая борщ, и слушала знакомые звуки из соседней комнаты. Автоматные очереди, взрывы, крики в наушники. Часы показывали половину одиннадцатого.
Опять до трех ночи будет сидеть, — думала она, выключая газ. Двадцать лет брака, а чувствует себя одинокой матерью.
Из прихожей донеслись шаги — семнадцатилетний Дима вернулся с тренировки.
— Мам, что на ужин? — он заглянул в кастрюлю. — Борщ? Отлично, я умираю от голода.
— Садись, сейчас налью, — Елена улыбнулась сыну. Хотя бы с ним можно нормально поговорить. — Как тренировка?
— Супер. Тренер сказал, что у меня шансы попасть в сборную города, — Дима плюхнулся на стул. — А пап где? Опять в танчики?
Из комнаты раздалось громкое: — Да что вы творите, идиоты! Я же прикрывал фланг!
Дима фыркнул: — Ну да, очень занят. Спасает виртуальный мир.
— Дим, не говори так об отце, — Елена поставила перед сыном тарелку, но голос прозвучал неубедительно.
— Мам, ну что ты его защищаешь? — Дима отложил ложку. — Когда он последний раз нормально с нами разговаривал? Когда мы всей семьей куда-то ходили?
Из уст младенца, — подумала Елена, чувствуя горький комок в горле.
В кухню вошел Сергей. Сорок девять лет, но выглядел уставшим стариком. Помятая футболка, домашние штаны, взлохмаченные волосы.
— Лен, есть что поесть? — спросил он, не поздоровавшись с сыном.
— На плите, — сухо ответила Елена.
Сергей налил борщ, сел напротив Димы и уткнулся в телефон.
— Пап, помнишь, ты обещал со мной в автосервис съездить? — осторожно начал Дима. — Машину посмотреть?
— М-м-м, — промычал Сергей, не отрываясь от экрана. — Помню. На выходных.
— Уже месяц говоришь "на выходных", — голос Димы стал жестче. — А потом весь день за компьютером сидишь.
Сергей поднял глаза: — Слушай, я всю неделю работаю. Имею право на отдых?
— Отдых — это двенадцать часов игр в день? — не выдержала Елена.
— Лена, не начинай, — Сергей раздраженно посмотрел на жену. — У меня стрессовая работа, нужно переключаться.
— Пап, можно и по-другому расслабляться, — попробовал Дима. — В кино сходить, на речку...
— Дима, не учи меня жить, — резко перебил Сергей. — Вырастешь, будешь зарабатывать, тогда советы давай.
Подросток болезненно поморщился. Елена видела, как он сжал кулаки.
— При чем тут деньги? — Елена почувствовала, как закипает внутри. — Речь о том, что ты перестал с семьей общаться!
— Я общаюсь! — возмутился Сергей. — Вот сейчас ужинаю с вами!
Он демонстративно убрал телефон, но лицо выражало раздражение.
— Серьезно? — Елена скрестила руки. — Пожрать молча и опять за компьютер — это общение?
— Лена, чего ты хочешь? Я работаю, деньги приношу, не пью, не гуляю. Еще что?
Внимания, — хотела крикнуть Елена. Чтобы ты нас видел!
— Хочу, чтобы ты был мужем и отцом, а не квартирантом, — сказала она вслух.
Сергей резко встал: — Знаешь что? Надоели мне эти разборки. Хочешь скандалить — скандаль сама с собой.
Он вышел, и через секунду возобновились звуки стрельбы.
Дима молча доел, обнял мать за плечи: — Мам, не расстраивайся.
Семнадцатилетний парень утешает мать, — думала Елена. А сорокадевятилетний мужик ведет себя как подросток.
Утром у Елены созрел план. Она устала быть заботливой женой для равнодушного мужа. Пусть посмотрит, каково жить в полном одиночестве.
Сергей встал в семь, принял душ и ожидал завтрак на столе. Но стол был пуст.
— Лен, а завтрак? — крикнул он.
— В холодильнике, — равнодушно отозвалась Елена из спальни. — Сам найдешь.
Сергей поворчал, но яичницу сделал. Подгорел, кофе получился слабый, но съедобно.
— Послушай, что за выходки? — спросил он, когда Елена появилась на кухне. — Почему завтрак не готов?
— А почему я должна его готовить? — спокойно ответила она, наливая чай. — Ты взрослый, руки есть.
— Лена, мне на работу, времени нет.
— А у меня времени больше? Я тоже работаю.
Сергей растерянно смотрел на жену. За двадцать лет такого не было.
— Ты обиделась из-за вчерашнего? — наконец догадался он.
— Не обиделась. Просто поняла — мы живем как соседи. Каждый сам за себя.
Она повернулась к окну. Сергей постоял, хотел что-то сказать, но махнул рукой и ушел.
Когда проснулся Дима, Елена приготовила ему полноценный завтрак: омлет, тосты, фрукты.
— Мам, а папе почему ничего? — удивился подросток.
— Папа большой, сам позаботится, — ответила Елена.
— Сомневаюсь, — хмыкнул Дима. — Он привык, что ты все делаешь.
Именно поэтому пора менять, — подумала Елена.
К вечеру в корзине лежала грязная рубашка Сергея. Обычно Елена сразу стирала — к утру была чистая. Сегодня прошла мимо, не заметив.
Сергей пришел в половине седьмого, поужинал остатками борща и сел за компьютер. Елена готовила только себе и Диме — курица в сливочном соусе с рисом. Сергей, увлеченный игрой, даже запаха не почувствовал.
— Мам, ты раньше на троих готовила, — тихо заметил Дима за ужином.
— Готовила для тех, кто ценит, — ответила Елена. — Твой отец может пельменями питаться.
В десять Сергей пошел в душ и обнаружил — чистых рубашек нет.
— Лен, где мои рубашки? — крикнул он из спальни.
— В корзине для грязного белья, — отозвалась Елена из гостиной.
— Стирать не собираешься?
— Нет.
Сергей вышел в одних трусах: — Как это нет? Мне завтра на работу!
Елена нажала паузу на пульте: — Сережа, стиральная машина в ванной. Порошок в шкафчике. Разберешься.
— Ты шутишь? Я не умею!
— Научишься. В твоем возрасте не поздно.
Сергей хлопал глазами. Он никогда не пользовался стиральной машиной.
— Лена, что происходит? Почему так себя ведешь?
Елена выключила телевизор: — Веду себя как ты. Живу для себя, занимаюсь своими делами.
— При чем тут я?
— А кто обеспечивает твой отдых? Кто стирает, готовит, убирает, чтобы ты спокойно в игрушки играл?
Сергей почесал затылок: — Ладно, понял. Хочешь внимания. Давай завтра куда-нибудь сходим.
Елена горько усмехнулась: — Дело не в том, чтобы "куда-нибудь сходить". Ты перестал быть частью семьи.
— Глупости. Конечно, участвую.
— Когда последний раз интересовался Димиными делами? Или моими? Когда мы говорили не о бытовых вопросах?
Сергей задумался и понял — ответить нечего.
— Игры помогают расслабиться, — повторил привычную фразу.
— А что помогает расслабиться мне? Кто интересуется моим состоянием?
Вместо ответа Сергей ушел к компьютеру. Через минуту опять раздались выстрелы.
Прошла неделя. Елена держалась линии — никаких особых услуг мужу. Готовила только себе и сыну, стирала только свои вещи и Димины.
Сергей приспосабливался. Научился стиральной машиной пользоваться, правда, покрасил белье в розовый — постирал с красной футболкой. Питался пельменями, полуфабрикатами, заказывал доставку.
Поразительно — его это не расстраивало. Он адаптировался и продолжал жить в виртуальном мире.
— Мам, долго это будет? — спросил Дима, когда ужинали лазаньей под звуки космических сражений из папиной комнаты.
— Посмотрим, — честно ответила Елена.
На самом деле она растерялась. План не работал. Думала, лишившись комфорта, Сергей одумается. Но он даже не пытался что-то менять.
В субботу Елена с Димой собирались в торговый центр.
— Серега, едем за кроссовками для Димы, — сказала она. — Может, с нами?
Он не обернулся: — Не, у меня рейд в четыре. Не могу команду подвести.
— Виртуальную команду подвести нельзя, а реальную семью можно? — не выдержала Елена.
— Лена, не начинай. Устал от претензий.
Они с Димой ушли одни. В торговом центре Елена наблюдала за семьями. Родители выбирают коляску, советуются. Семья с подростком спорит о телефоне, но весело.
А мы даже спорить перестали, — думала она. Живем в одной квартире как чужие.
— Мам, может, папе время дать? — вдруг сказал Дима, примеряя кроссовки. — Поймет, что натворил.
— Димуля, твой папа месяц живет в таких условиях и прекрасно себя чувствует, — грустно улыбнулась Елена. — Ему даже лучше стало — никто не отвлекает, претензий не предъявляет.
— Тогда зачем ты это делаешь?
— Хотела понять, дорожит ли папа семьей. И поняла.
— Что поняла?
— Что семья для него — место, где можно поесть, поспать и никто не мешает играть. А не люди, которых любит.
Вечером произошло событие, которое все изменило. Дима готовился к контрольной по математике на кухне. Из папиной комнаты доносился особенно громкий грохот.
— Мам, попроси папу потише, — попросил Дима. — Не могу сосредоточиться.
Елена пошла к мужу: — Серега, сделай потише. Дима к контрольной готовится.
— Щас, щас, — рассеянно ответил Сергей, не отрываясь от экрана. — Еще пять минут.
Звук не убавился. Через полчаса Дима снова попросил тишины. Елена опять пошла к мужу, но ничего не изменилось.
Тогда она сама убавила звук на колонках.
— Ты что делаешь?! — взорвался Сергей. — Я же сказал, еще немного!
— Твой сын готовится к контрольной! Игра важнее?
— А нельзя в другое время готовиться? Сейчас рейд, не могу команду бросить!
— Виртуальная команда важнее сына?
— Лена, не утрируй! Дима может завтра подготовиться!
— Контрольная завтра утром!
— Ну и что? Один раз можно без подготовки!
В дверях появился Дима: — Папа, серьезно? Твоя игра важнее моей учебы?
Сергей обернулся. По лицу сына было видно — он не просто удивлен, он разочарован в отце.
— Дим, ты умный, разберешься, — попытался оправдаться Сергей. — А рейд только раз в неделю.
— Понятно, — тихо сказал Дима и вышел.
— Ты только что потерял сына, — сказала Елена мужу. — Он больше никогда тебя не будет уважать.
— Да ладно! Не сгущай краски!
Но в глазах мелькнула тревога.
Дима переселился в гостиную с учебниками. Готовился до полуночи, Елена помогала с задачами.
— Мам, он всегда был таким? — вдруг спросил Дима.
— Нет. Раньше был другим. Внимательным, заботливым.
— Что изменилось?
— Жизнь стала серой. Работа, дом, работа, дом. А в играх он герой, у него там друзья, приключения.
— А мы что, не приключение?
Елена обняла сына: — Мы — реальность. А она требует усилий. В играх все проще.
— Мам, ты будешь с ним разводиться?
Вопрос застал врасплох. Развод... Она еще серьезно не думала.
— Не знаю, сынок. Посмотрим.
Прошло еще две недели. Жизнь текла по рельсам: Елена с Димой — своей жизнью, Сергей — своей. Пересекались только в коридоре.
Дима контрольную написал на четверку. Сергей даже не спросил результат.
Сын стал избегать общения с отцом. Раньше мог зайти, поделиться новостями. Теперь обходил папину комнату стороной.
В субботу Дима собирался к другу на день рождения. Сергей вышел из комнаты:
— Куда собрался?
— К Максу на день рождения, — коротко ответил Дима.
— Когда вернешься?
— Поздно.
— Дим, в твоем возрасте нужно предупреждать родителей, где проводишь время.
Дима повернулся: — Папа, а ты предупреждаешь, где время проводишь? Вот сейчас где находишься?
— Дома.
— А точнее?
— В комнате.
— А еще точнее? В виртуальном мире, папа. Каждый день с утра до ночи. И нас не предупреждаешь, в какую игру играешь.
Дима ушел, оставив отца с открытым ртом.
В воскресенье Елена встретилась с подругой Ириной, семейным психологом.
— Слушай, а что если он болен? — предположила Ирина. — Игровая зависимость — серьезное расстройство.
— Но работает же нормально, — возразила Елена.
— Пока работает. А дома отключается от семьи. Это тревожно.
— И что делать? Тащить к психологу?
— Насильно не поможешь. Человек должен сам осознать проблему.
— То есть ничего нельзя сделать?
— Можно. Но ради себя. Лена, ты два месяца живешь как одинокая мать. Ничего не изменилось. Может, пора решение принять?
— А если разведусь — это честно по отношению к Диме? Лишить отца?
— Какой это отец? — жестко спросила Ирина. — Который не интересуется сыном? Считает игры важнее учебы? Дима и так лишен отца.
Слова подруги больно ударили. Потому что были правдой.
Вечером Елена решилась на финальную беседу. Дождалась, когда Дима ляжет, постучала к мужу:
— Серега, поговорить можно?
— Щас, рейд заканчиваю, — привычно отозвался он.
— Это важно. Очень важно.
Что-то в голосе заставило обернуться. Елена сидела на краю кровати, руки на коленях. Лицо серьезное.
— Что случилось? — он снял наушники.
— Серега, ты считаешь, что у нас все нормально?
— В принципе да. Проблемы у всех есть.
— Когда последний раз разговаривал с Димой? По-настоящему разговаривал?
Сергей задумался и понял — не помнит.
— Ну... общаемся...
— Как именно? Расскажи о последнем разговоре.
— К чему эти вопросы? Устраиваешь допрос?
— Пытаюсь понять, осознаешь ли, что происходит в семье.
— Ничего не происходит! Обычная жизнь!
— Серега, наш сын перестал тебя уважать. Избегает общения. А ты не замечаешь.
— Подростковый период, — отмахнулся Сергей. — Пройдет.
— Нет. Он разочарован в тебе как в отце.
— Лена, чего хочешь от меня?
— Хочу, чтобы стал участвовать в нашей жизни. Интересовался сыном. Проводил с нами время.
— Провожу! Вот сейчас разговариваем!
— Под принуждением. Потому что потребовала.
— Лена, я устаю. Нужно расслабляться. Игры помогают снять стресс.
— А кто поможет снять стресс мне? Кто поможет Диме с проблемами? Мы не заслуживаем внимания?
— Заслуживаете, но... это мое личное время.
— У тебя личного времени в пять раз больше семейного.
Молчание. Сергей смотрел на экран, Елена — на него.
— Скажи честно — ты счастлив в браке? — вдруг спросила она.
— А что такое счастье? Живем, никто не обижает, денег хватает...
— Это не ответ. Ты счастлив рядом со мной?
Долгая пауза.
— Я привык к тебе, — наконец сказал он.
Привык. Как к мебели.
— А я не хочу быть привычкой, — тихо ответила Елена. — Хочу быть любимой женщиной.
— Мы не подростки. В нашем возрасте чувства не такие яркие.
— В нашем возрасте должны быть глубже. А у нас их вообще нет.
Сергей потянулся к мышке: — Не знаю, что хочешь услышать. Я такой, какой есть.
— Поняла.
Елена встала, на пороге обернулась: — А если бы мы развелись, ты расстроился бы?
Он даже не поднял глаз: — Зачем разводиться? Живем же как-то.
Вот и все. Ответ получен.
Прошло полгода. Елена сидела на той же кухне, смотрела в то же окно. Но теперь она была одна с Димой. Развод оформили быстро — Сергей не возражал.
Он снял квартиру поближе к работе. Дима виделся с отцом раз в месяц, из вежливости. Разговоры не клеились — не о чем было говорить.
Стоило ли разводиться? — думала Елена, наблюдая, как сын делает уроки за столом. Или лучше было оставить как есть?
С одной стороны, финансово стало сложнее. Сергей исправно платил алименты, но все равно денег меньше. С другой — дома стало спокойнее. Никого не раздражают звуки стрельбы по ночам. Дима стал увереннее в себе — теперь он мужчина в доме.
— Мам, я правильно решил пример? — Дима показал тетрадь.
— Правильно, — улыбнулась Елена. — Ты у меня умница.
А может, так и лучше, — подумала она. Быть честно одной, чем притворяться счастливой семьей.
За окном зажигались огни города. Где-то там, в съемной квартире, бывший муж сидел за компьютером и стрелял в виртуальных врагов. Наконец-то никто не мешал ему наслаждаться любимым делом.
Каждый получил то, что хотел, — подумала Елена. Он — полную свободу для игр. Я — честность вместо иллюзий.
Дима закрыл тетрадь: — Мам, а ты жалеешь, что развелась?
Елена задумалась. Жалеет ли? Иногда, глядя на пары в кафе или парке, чувствовала укол одиночества. Но вспоминая последние годы брака, понимала — то не было близостью.
— Нет, сынок. Не жалею. Лучше быть одной, чем чувствовать себя одинокой рядом с человеком.
— А новых отношений не хочешь?
— Может, когда-нибудь. Но не торопясь. Если встречу того, кто захочет быть частью нашей семьи, а не просто жить рядом.
Елена встала, подошла к окну. Внизу торопились люди — кто-то спешил домой к семье, кто-то на свидание, кто-то просто по делам. Жизнь продолжалась.
Мне сорок пять. Половина жизни позади, — думала она. Но вторая половина может быть лучше первой. Если не тратить ее на тех, кто не ценит.
Телефон завибрировал. Сообщение от подруги: "Как дела? Не скучаешь?"
Елена набрала ответ: "Все хорошо. Живу."
И это была правда. Она действительно жила, а не существовала рядом с человеком, который предпочитал виртуальный мир реальному.
