оглавление канала, часть 1-я
Старец глянул остро на меня своим пронизывающим взглядом, будто до пяток хотел изнутри достать, и, тяжело вздохнув, покачал сокрушенно головой. Не скрывая досады, проговорил:
- Вот уж чего тебе боги в избытке дали, так это упрямства непостижимого! Нет, чтобы старших слушаться, да исполнять все, как велено, так нет! Всегда норовишь все по-своему повернуть! И ведь сколь тебя уже судьба плетью-то стегала вдоль хребтины за все эти самовольства, а ты опять за свое! Думал, дите под сердцем носишь, так уж и остепенишься маленько… Только вижу, ничего не изменилось. А пора бы уже! Потому как отвечаешь ты теперь не только за свою жизнь, но и за жизнь будущего ребенка! – И он чуть ли не просительно (старец – да просительно?! Такое мне и в голову не могло прийти!) глянул на меня, видно, хотел понять, произвела на меня его речь нужное впечатление или я так чурбан чурбаном и осталась.
Судя по тому, как сошлись на переносице его брови, увиденным он остался недоволен. Чтобы хоть как-то успокоить его, тихим, извиняющимся голосом, я проговорила:
- Прости, отче, что не оправдываю я твоих надежд… Но, видать, Среча узор моей судьбы больно мудреным придумала, а, стало быть, не людям его и менять…
Световлад, не сдержавшись, хлопнул ладонью по столу так, что доброе дерево зазвенело, а я чуть не подпрыгнула от неожиданности. Загремел голосом:
- Ты на богов-то не пеняй!! Вишь… Судьбы у нее узор мудреный, видите ли!!! Думаю, богиня Среча и та уже совсем из сил выбилась сей узор-то выписывать! Надо полагать, все нитки уж перепутала, сердешная, с такой-то судьбой! Поди угадай, чего ты в следующий момент утворишь! Сие и самим богам неведомо!!
Пока старец бушевал, я сидела, прикинувшись мышью, и только глаза в пол прятала, чтобы он смешинки в них не углядел, да еще пуще не разошелся бы. Когда же он выдохся, вздохнула по-сиротски и проговорила тихонечко:
- Дозволь тебя, батюшка, спросить…
Световлад зыркнул на меня взглядом, от которого мне захотелось юркнуть под стол, но я удержалась, скорчив несчастную рожицу, мол, прости, отче, девку неразумную. Старец на мой взгляд никак не отреагировал, только буркнул:
- Ну…? Чего еще?
Могу поклясться, что он ожидал от меня чего угодно, только не того, о чем я его спросила:
- А скажи-ка мне, батюшка, ведомо ли тебе что о моих родителях?
От неожиданности вся суровость с его лица вмиг улетучилась, он растерянно, как-то не по-старчески захлопал на меня ресницами, поглядел удивленно и спросил, не скрывая недоумения:
- А с чего вдруг тебе на ум такое пришло? Сколь лет молчала, а тут – на тебе! Не раньше и не позже…!
Я так и впилась в старца взглядом. Ох, неспроста он ответил мне вопросом на вопрос! Не в его это характере. Не иначе, время тянет, чтобы ответ подходящий подобрать. Видать, знает что-то, но мне не говорит по неведомой причине. Но наседать на старца сразу не стала. Во-первых, не по чину мне так с Учителем моим и Наставником разговаривать. А во-вторых, не захочет, так наседай я, не наседай, все одно вывернется, а правды не скажет. Потому и ответила просто:
- Когда я с Мормагоном билась, он мне посулы всякие предлагал, ежели отступлюсь. И грозился, что тайну моего рождения тоже раскроет, ежели я его пощажу. Так я думаю, коли этот подменыш что-то знал, так, может, и ты, отче, знаешь истину, а мне по неведомой причине не говоришь?
Световлад задумчиво смотрел на меня, не торопясь отвечать на мои вопросы. Потом заговорил тихо, проникновенно, не отводя взгляда:
- Думаю, подменыш лгал… Он ведь тоже из сирот, из нашего Скита. Матушка Йогиня его нашла вместе с остальными детьми когда-то в порушенном ворогами городище. А у каждого сироты нет крепче мечты, чтобы как узнать хоть что-то о своих родителях. Так что… Мормагон сыграл на этом интересе, понадеявшись, что ты поддашься его уговорам и лживым посулам. Такие, как он, легко предают, и остальных по себе же и судят. – На мгновение он замолк, а потом, будто решившись, добавил: - Могу сказать тебе только одно: в отличие от Мормагона и прочих сирот, которых находили в разоренных поселениях и городищах, тебя нашли на берегу реки, совсем одну. Корзину, в которой ты лежала, прибило на мелководье. Видать, родители, не чая спастись самим, спасали тебя, свое дитя. Спасали, как могли. На тебе только что из отличий и было, как этот амулет, лапа волка, обережный знак Велеса. Это подтверждало твою принадлежность к роду Велеса. Более, увы, нам не удалось узнать ничего. – Он посмотрел на мою разочарованную физиономию и с ласковой усмешкой проговорил: - Чего нос повесила? То, что тебе не ведомы твои родители и их родители, и родители их родителей, и так до двадцатого колена – это немного грустно, но и только. Ты – дочь своего Рода, в тебе их кровь. И это определяет все. – Я тяжело вздохнула, а он добавил с легкой усмешкой: - Как я понял, на Юг со всеми ты идти не собираешься? – Я медленно покачала головой. Световлад хмыкнул. – Ну, я так и предполагал… Стало быть, остаешься. Тогда будешь присматривать за Гранью. Мне одному с этим будет не управиться. Несмотря на то, что она порушена, думаю, темные захотят ее тоже как-то использовать. Ну, об этом мы с тобой чуть позже поговорить успеем. Нам теперь спешить некуда. А сейчас – ступай. Мне к огненному ритуалу надобно готовиться. Это дело непростое. Силы и времени забирает много. А я тут с тобой совсем заболтался… – И добавил, лукаво мне подмигнув: - Я, кажись, сейчас навроде тебя, упрямцем-отказником оказался. Так что, мы с тобой, выходит, одного поля ягода… Ну, ступай, ступай… Дорогу-то обратно, поди, найдешь? – Я только презрительно фыркнула в ответ.
Поклонилась старцу в пояс и вышла из пещеры. Мимо розового постамента шла медленно. Теперь у меня было время все как следует осмотреть. Энергия этого места меня завораживала. Не отдавая себе отчета, я сделала небольшой шажок к этому камню и протянула руку, чтобы дотронуться до его полированной гладкой поверхности. И вдруг, чуть ли не над самым моим ухом, я услышала строгий шепот:
- Не вздумай…
Я, будто обжегшись, отдернула руку и быстро обернулась. Рядом со мной стоял высокий человек. Одеяние на нем было типичным для всех Знающих. Просторная льняная рубаха до колен, подпоясана простым сыромятным ремешком. Сверху жилетка, отороченная узкой полоской волчьего меха, порты из тонкой кожи и высокие скрыни. Длинные до плеч волосы спереди заплетены в два небольшие косицы, прижатые на затылке обычным ременным головотяжцем. Правильные строгие черты лица, как и у всех, кто принадлежал к четырем Родам. Не молодой уже, но и еще не старый. В его светло-русой бороде и усах не было заметно ни одного серебристого волоса. Но морщины на лбу и возле глаз явственно указывали на то, что повидать ему довелось всякого. А в глубине темно-серых глаз я видела затаенную скорбь. Несколько мгновений он смотрел на меня пристально и изучающе, а потом, таким же тихим голосом проговорил:
- К Алтарю Огня нельзя прикасаться, коли ты обладаешь хоть какой-то силой. Поток хлынет в тебя и просто раздавит своей мощью. Разве ты этого не знала?
Я покачала головой и, отступив на несколько шагов в сторону, ответила эхом:
- … Не знала. А ты кто?
Он грустно усмехнулся и ответил:
- Зови меня Неведом… Я хранитель Зала Огня. А тебя я знаю. Ты – Варна. О тебе говорили на Совете. Ты недавно вернулась из-за порушенной Грани. – И он, склонив голову чуть набок, с любопытством посмотрел на меня.
Я хмыкнула.
- И об этом говорили на Совете?
Невед кивнул головой.
- И не только… Старцы спорили насчет тебя. Великие хотели тебя с собой в Свет забрать, потому что ты владеешь всеми четырьмя стихиями. – Я затаила дыхание, глядя во все глаза на говорившего. Уйти в Свет на целую тысячу лет?! Ведь тогда у меня не окажется ни единого шанса вновь когда-нибудь увидеться с Глебом! А он, словно бы не замечая моего напряжения, спокойным и тихим голосом продолжил: - Дар редкий, если не сказать, единичный. Такие, как ты, рождаются раз в несколько сотен лет. Даже среди Великих нет таких, кто бы владел всеми четырьмя стихиями. Например, старец Онег владеет стихиями воздуха и огня, а старец Белогор – аж целыми тремя, на то он и глава Совета. Но всеми четырьмя, как ты, не владеет никто. Но потом твой Наставник Световлад сказал, что ты носишь под сердцем ребенка, и Великие отступились… - А я при этих словах наконец выдохнула. Мой новый знакомец, будто ничего не замечая, продолжил говорить с грустной улыбкой: - Когда Великие Волхвы уйдут в Свет, этот зал будет закрыт и опечатан. Это моя обязанность. Но после… Я стану здесь уже не нужен. – Отогнав легкую грусть, которую, по всей вероятности, вызывала у него мысль, что «после он тут никому не будет нужен», Невед с некоторым воодушевлением спросил: - Говорят, мы все отправимся вскоре на дальний юг… Ты не ведаешь, так ли это?
Я кивнула головой. Если честно, меня разговорчивость Неведа слегка начала надоедать. Но развернуться и просто уйти я не могла. Не хотелось обижать ни за что, ни про что человека. Видимо, он тут совсем один, а поговорить с кем-то хочется. А ведь всем подряд такие вещи, какие он рассказывает мне, говорить не будешь. Не каждому можно доверить такое. Невед ждал моего ответа, и я поспешно проговорила:
- Да… Старец Световлад говорил мне об этом…
Тут же последовал вопрос:
- А ты тоже пойдешь на Юг со всеми?
Я помотала головой:
- Нет… Я остаюсь…
Хранитель Зала Огня понимающе кивнул головой:
- Понимаю… Это из-за Световлада, да? Ведь он твой Наставник… И ты не хочешь оставлять его одного, да?
Я мысленно досадливо сморщилась. Вот влипла, словно соломенный жгут в смолу! Кивнув утвердительно головой, я поспешно проговорила:
- Прости… Но мне пора идти…
Невед печально усмехнулся.
- Понимаю… Это ты меня прости. Мне ведь ни с кем нельзя разговаривать обо всем этом, кроме посвященных и знающих. А изо всех знающих здесь бывают только старцы, а те беседовать со мною не склонны, у них своих забот и дум хватает. Вот я и обрадовался, что наконец-то мне есть с кем поговорить. И заболтал тебя совершенно. Прости…
От его печальных глаз, смотревших на меня немного сконфуженно, мне стало как-то стыдно. Ну что, убудет от меня, в самом-то деле, если я поговорю немного с человеком? Он, поди, тут совсем один одичал среди этих безмолвных камней. А мне ведь, по большому счету, и спешить-то некуда сегодня. И вдруг я узнаю от него что-нибудь интересное. Ведь до этого дня я ничего не знала о Зале Огня и о том, как старцы будут уходить в Свет. И тут хранитель этого зала сможет мне, наверняка, много чего порассказать.