Об открытиях, которые очень не хочется делать, – обозреватель «Абзаца» Роман Носиков.
Депутаты Санкт-Петербурга не шутят. Они всерьез решили бороться с абортами. Уже во втором чтении принят законопроект, вводящий наказания (штрафы) за склонение к прерыванию беременности, то есть за уговоры, обман, предложения и подкуп.
Я абсолютно уверен, что закон примут. Время такое. Не стой между назгулом и его добычей, русским человеком и мангалом в мае, депутатом и возможностью что-нибудь запретить.
Закон будет принят.
А вот потом…
Потом начнется интересное. Мы станем узнавать, кто же у нас главный враг народосбережения и деторождения. Увидим всех этих штрафников и поймем, откуда они берутся.
Это будет нам очень неприятно. Мы-то думали, что это крючконосые соросы растлевают женщин, ротшильды с рокфеллерами совращают докторов. Но пройдет совсем немного времени с начала действия этого закона, и беспощадная статистика все покажет.
И окажется, что основная доля оштрафованных – сопливые и не очень отцы еще не родившихся детей и их заботливые родители, желающие, чтобы сыночку не сломали жизнь и карьеру, не обременили семьей в столь раннем возрасте.
Как же он будет их ребеночком, если у него у самого будет ребеночек? Он же тогда станет отцом – получит наряду с обязанностями и права, например решать, как воспитывать своего ребенка. Начнет возражать и отобьется от рук.
Среди штрафников окажутся и родители. Если ребенка рожать, то это что же получается – нужна свадьба? Выдавать дочь вот за это недоразумение, у которого молоко на губах не высохло?
И окажется, что нет никаких соросов. И рокфеллеров с ротшильдами. Ни под кроватью, на которой ребенка зачинали, ни под операционным столом, на котором его выскоблят.
То есть они есть, но их влияние на каждую конкретную ситуацию совершенно ничтожно.
А крючконосые чудовища, враги детей, пособники абортмахеров – это мы сами. С нашей эгоистичной «любовью» к собственным детям. С желанием их контролировать как можно дольше. Со страхом, что на нас лягут заботы и расходы молодой и неопытной семьи. С нашим страхом стать дедом или бабкой слишком рано и в такой неудобной ситуации.
Это мы нашептываем, уговариваем, шантажируем, убеждаем с высоты своего опыта: «Ну куда тебе семью, детей… поживи еще!» Как будто жизнь в любви и семье страшнее жизни в одиночестве.
Вывернутая наизнанку мораль, вывернутые наизнанку люди, вывернутые наизнанку бабушки и дедушки выворачивают своих детей.
Страшно? Не хочется о себе такое узнавать?
В общем, с почином, Питер! Это будет познавательно.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.