Ослабленным голосом произнесла больная и чуть позже добавила, - поняла, жду.
Прошло полчаса, и на нашу с Мишей — моим вторым номером, бригаду пришел вызов с весьма ощутимой по времени задержкой и поводом: женщина 60, слабость, не может объяснить почему.
- Кого сегодня слабит? - шутливо спросил напарник.
- Не слабит, а слабость. Ладно, все решаемо, погнали!
Наступил вечер. Мы медленно, хотя и старались, насколько это возможно, пробирались по забитым машинами улицам города, и смогли попасть на адрес только спустя полчаса. Да, такое бывает.
И вызов поступил с опозданием, и мы шарахались по дальним окрестностям не слишком шустро, так что пока шло время, на вызове кое-что в корне поменялось.
Прибыв к дому и поднявшись на грузовом лифте не много, не мало на целый 15 этаж, мы наконец увидели вход в квартиру, на пороге которого нас ждала женщина с очень недовольным лицом.
- Час прошел! Целый час. Где вас носит? Тоже мне скорая! Помрешь, пока вас дождешься!
Я не стал вступать в спор. Не хочу оправдываться. Рассказ о том, что все дороги забиты, и что вызов пришел с опозданием, уверен, здесь никому не интересен.
- Здравствуйте, куда нам пройти?
- В комнату, - сквозь зубы процедила встречающая, и нам больше ничего другого не оставалось, как пройти в указанное место. Пока шли, я приметил в коридоре на ламинатном полу небольшую лужицу.
«Чего-то пролили», - быстро подумал про себя я и потянув за рукав рубашки Мишу, острожно ее обошел.
- Здравствуйте, рассказывайте, что у вас случилось? - встретившись с взглядом пожилой пациентки, улыбаясь, произнес я, а напарник тем временем приступил к сверке данных.
- Не могу, - с весьма уловимой одышкой ответила она, - рот весь высох. Пью, пью, а все никак. Вы посмотрите, все ноги в отеках, а что делать. Голова кружится, все плывет. Чуть в обморок не грохнулась.
- Давно мучает такая жажда? - окинул я взглядом ряд литровых пластиковых бутылок, стоящих на полу возле кровати.
- Да три дня как.
- Хронические заболевания есть?
- Да. Ишемическая болезнь после инфаркта, гирпертония, сердечная недостаточность.
- Хроническая? - уточнил Миша.
- Да. Таблетки пью. Воду пью. Дышать стало хуже.
- Ну это неудивительно...
- Да. Пью и писаю, пью и писаю. Ноги отекли, - повторила она, - сил нет.
- А в коридоре?
Щеки больной немного зарделись.
- Не донесла. Извините, - сильно смущаясь, ответила она.
- Да нет. Ничего страшного. Мы понимаем. Так, а диабета как, сахарного нет?
- Нет. Пока нет. Тьфу, тьфу, чтоб не сглазить, - постучала она костяшками пальцев по тумбочке.
Я же кивнул Мише, мол, давай, сахар глянем.
Он понял меня с полуслова, с полувзгляда и тут же вытащил глюкометр из чехла. Только он проколол больной палец и включил аппарат, как тот выдал ошибку.
- Что за ерунда? - растерянно произнес фельдшер и попробовал еще. Нет. Все та же ошибка.
- А ну-ка, - протянул я руку и попробовал оживить устройство, но нет. Похоже, или батарейка села, или сам глюкометр сломался. И то, и то — не хорошо.
И тут в коридор пошла с тряпкой встретившая нас женщина.
- Погодите, - остановил ее я и, быстро встав со стула, подошел и нагнулся, проведя пальцами по той самой лужице. Подождал примерно минуту, а после, чуть отряхнув руку, сомкнул ладонь и после разлепив, принюхался.
- Ну так я и думал, - тихо сам себе сказал я и вернулся к пациентке.
- Ну что там, доктор?
- Смотрите. Увы, глюкометр у нас не сработал, но я уверен, что сахар у вас высоковат. Не менее 20, а может и 30 единиц.
- Почему вы так думаете?
- Я сейчас провел рукой по той лужице в коридоре, и пальцы мои слиплись, словно я их в сироп макнул. Да и запах от них сладковатый, так что поедем в больницу.
- Это профанация! Вы что такое говорите? Не, не поеду. Давайте мне других врачей, раз у вас прибор не пляшет.
- А стоит ли? Ну сами посудите. Пока то да се, пока они до вас доберутся, лучше-то, я вам скажу, не станет.
Больная подумала-подумала и посмотрела на встретившую нас даму, которая оказалась ее родной сестрой.
- Люд, а Люд, как считаешь?
- Поезжай конечно.
- А за Васькой кто смотреть будет?
- Я пригляжу. Не переживай.
Далее больная всплакнула, а после выдала:
- А можно я его с собой возьму?
- Кого?
- Ваську.
- А кто это?
- Кот.
И тут до меня дошло, почему в последние пару минут у меня так сильно чешется спина. Вот черт, из за угла комнаты показался тот самый котяра. Главное, смотрит так пристально, мол, что это вы делаете с моей хозяйкой?
- Нет, моя хорошая, без кота поедем. С животными нельзя.
- Ну нельзя, значит дома помирать буду, - капризно отрезала женщина, - где вам там об отказе надо расписаться?
- Это ваше право. Но скажу честно: с таким сахаром – даже ночь дома может закончиться плохо. Сегодня вы едва не потеряли сознание. В следующий раз никто может не успеть подхватить. Да и жажда никуда от вас не денется.
Пока я говорил, Миша соорудил ЭКГ. В отличие от глюкометра этот аппарат работал исправно. Благо на пленке за исключением некоторой тахикардии больше ничего критичного не было.
Пока проводили манипуляции больная не издала ни одного звука. В комнате стояла тишина, которую нарушила сестра после моего повторного предложения поехать в больницу.
- Таня, ты поедешь. Всё, я останусь с котом и накормлю его.
- У тебя же аллергия!
- Ничего, попью таблеток. Вон, три часа с тобой сижу уже. Жива же как-то до сих пор. Я все сделаю. Не спорь. Ребята — хорошие. Дело говорят. Ты — поедешь.
Наконец, пациентка сдалась. Через 15 минут мы уже были в машине.
- А это… не насовсем ведь?
- Нет, не насовсем, но полечиться придется.
- А потом?
- Потом домой вернетесь. Все будет хорошо.
На этом наши разговоры закончились, и мы спокойно отправились в больницу.
Прибыв в приемное, я честно сказал терапевту, что диагноз впервые выявленной гипергликемии поставил чисто в ручном режиме.
Поначалу терапевт хотела на меня писать бумагу, но когда ее медсестра измерила сахар, выяснилось что его уровень даже больше, чем я предполагал — 35 ммоль/литр. Вот-вот и кома на пороге.
Только этот факт остановил врача от написания докладной, которая в данном случае была бы полностью обоснована.
Действительно диагноз был поставлен на глаз, и в условиях современной бригады «03» это не очень-то и допустимо, но сложилось так, как сложилось.
Доктор расписалась в карте о том, что пациентка принята, и отпустила нас на все 4 стороны, а точнее на новый вызов, что, впрочем, совсем другая история.