Как недорого купить небольшую европейскую страну. Ладно-ладно, не всю страну, только её финансовую систему. Да и не получилось, всё-таки остановили, хотя парни были недалеко от цели.
Но давайте по порядку.
Часть 1. «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет»
Португалия, первой сумевшая в Великие географические открытия и создавшая огромную колониальную империю, бывшая владычица половина мира, встретила XX век в состоянии крайне скверном. Она стала третьеразрядной европейской страной, отличаясь от Румынии или Сербии разве что наличием остатков колоний, ещё не растащенных более сильными конкурентами. Впрочем, и те были чемоданом без ручки, для правильной эксплуатации их природных богатств нужно было изрядно вложиться в инфраструктуру и добывающую отрасль, чего не могло себе позволить государство и не спешили делать частные инвесторы. Так что в Африке и Юго-восточной Азии приходилось платить за содержание малоэффективной администрации и недешёвых колониальных войск, не получая с того особого выхлопа.
Ситуацию феноменальным образом усугубила революция 1910 года, установившая республиканский строй. Португалы пустились во все тяжкие – коррупция, инфляция, политическая нестабильность, переходящая в турбулентность (впрочем, у соседних испанцев республика тоже показала себя не очень, так что, возможно, это просто место такое). За следующие 16 лет сменилось 45 правительств (абсолютный рекорд поставил Фернандес Коште, чей кабинет продержался половину 16 января 1920 года).
Мировая война и последовавшие за ней глобальные экономические процессы тоже не добавили стабильности. Страна отказалась от золотого стандарта, а бумажный эскудо к 1926-му похудел в тридцать раз. В обращение регулярно поступали купюры с всё большими номиналами. Не успевая печатать деньги внутри страны, их эмиссионер, Банк Португалии, периодически заказывал изготовление партий купюр за рубежом.
Часть 2. Сердца четырёх
А теперь пора представить главных героев (или антигероев) этой истории. Их четверо.
Рейс
Лидером и автором идеи был Артур Виргилио Альвес Рейс. Он родился в 1896 году в семье бухгалтера, окончил гимназию, год изучал машиностроение. Затем стало скучно, он удачно, с немалым приданным, женился и в 1916 году отправился в Португальскую Африку, в Анголу. Перед этим Рейс подделал диплом несуществующего политехникума при Оксфордском университете, став техническим специалистом широчайшего профиля. В колонии он был инспектором общественных работ и занимался водопроводом и канализацией, а затем занял должность главного инженера железных дорог. Как ни странно, его квалификации и смекалки на это вполне хватало.
В 1919 году Рейс уволился и стал частным торговцем. В 1922-м он вернулся в Лиссабон с солидными шестьюстами тысячами эскудо в кармане и основал бизнес по продаже американских легковушек. Впрочем, тот оказался не слишком успешен, да и инфляция быстро обесценила его состояние.
Тогда Рейс затеял свою первую аферу, купив своего бывшего работодателя, ангольскую железнодорожную компанию Ambaca, за её же деньги.
Узнав, что железнодорожники получили заём в сто тысяч долларов, он открыл счёт в солидном нью-йоркском банке. Там была, правда, совершенно символическая сумма, но зато на руках появилась чековая книжка.
Именно из неё был выписан чек на сорок тысяч долларов, за которые Рейс приобрёл контрольный пакет акций «Амбако». А дальше он получил доступ к сейфу с долларами и по телеграфу, ещё до предъявления чека, отправившегося за океан морским путём, перевёл в банк 35 тысяч баксов (почему не полную сумму, не знаю, то ли не хватало на другие хотелки, то ли решил, что подождут). На остаток зелёных бумажек Рейс приобрёл ещё одну компанию – «Саус Ангола майнинг ко», и вот он вновь стал богат и уважаем.
Правда, в июле 1924-го «Амбако» всё же выдвинула против него обвинения в финансовых махинациях, а американский банк потребовал недостающие баксы, и на два месяца аферист переместился в следственную тюрьму. В тот раз всё удалось решить полюбовно, но это время не прошло даром – именно тогда Рейс изучил всю доступную литературу по финансовой системе Португалии и нашёл в ней слабые места и несогласованности. В его голове созрел ПЛАН.
Бандейра
Жозе душ Сантуш Бандейра, тоже португалец, был не слишком везучим уголовником. В его карьере числились ограбления со взломом, укрывательство краденого и спекуляции спиртным, он успел отсидеть семь лет. Из ценных активов имелся старший брат Антонио, португальский консул в Голландии. Благодаря ему Жозе смог посредничать в экспортных делах с Восточной Азией, разумеется, не бесплатно. Познакомились наши герои в январе 1924-го.
Маранг
Голландец Карел Маранг ван Иссельвеере был предпринимателем, во время войны занимался поставками сырья, продовольствия и снаряжения в Германию. После неё всё пошло скверно. Имел дела с Бандейрой. Сертификат о дворянстве Маранга, кстати, был сродни диплому Рейса, тоже очень похожим на настоящий.
Хеннис
Немец Адольф Густав Хеннис переплюнул всех, у него фальшивым было даже имя и полученное на него гражданство. Георг Адольф Дёринг происходил из семьи крестьян-гугенотов, окончил один класс деревенской школы, позже работал сигарным мастером. В 1909 году он занял у приятеля крупную сумму и сделал ноги, оставив жену и двоих детей. Тогда и сменил имя. Пробыв некоторое время в Германии, он всплыл в Нью-Йорке (собственная сигарная фабрика), затем в Бразилии (представитель американской фирмы «Зингер», позже – вольный торговец). С началом Первой мировой таинственным образом получил швейцарский паспорт и вернулся в Германию, где некоторое время посредничал с фирмой Маранга. Ко времени описываемых событий являлся преуспевающим бизнесменом. Некоторые исследователи считают Хенниса немецким шпионом.
Часть 3. Без бумажки ты букашка…
В конце августа 1924 года Рейс вышел на свободу и воссоединился с остальной гоп-компанией. Вскоре они взялись за дело.
В начале была бумага, а именно, шаблон некоего безобидного контракта с государственной организацией. На первом листе с двух сторон был его текст, третья же страница начиналась со слов «Совершено в двух экземплярах и подписано», затем стояла подпись Рейса и оставалось ещё свободное место. Подобные бланки Артур заверил у нотариуса 23 ноября. Так как контракт предполагал международные сделки, печать нотариуса затем была заверена в британском, германском и французском консульствах. Больше печатей богу печатей, больше подписей, красивых и разных!
После этого первая страница бумаги была им отделена и вместо неё появилась другая, с текстами на португальском и французских языках. Согласно им Артур Виргилио Альвес Рейс объявлялся полномочным представителем международного консорциума финансистов, готовых предоставить Анголе кредит в миллион фунтов стерлингов. Консорциум оставлял за собой право выпустить в обращение в этой колонии эквивалентную сумму денег в эскудо. Страница была украшена белым бантом и сургучным оттиском большой красивой печати с гербом Португалии (тоже почти настоящей). А на третьей странице, рядом с закорючкой Рейса, появились подписи управляющего Банка Португалии Камачо Родригеса и его заместителя Ж. да Мотта Гомеша (они красовались на каждой свежей купюре, а Рейс обладал некоторым художественным дарованием), а также автографы министра финансов Д. Родригеса, верховного комиссара по делам Анголы Ф. да Кунья Рего Чавеса и специального представителя Анголы Д. Кошты. Последние три могли быть фантазийными, но их знало не так много людей, да и с чего сомневаться в нотариально заверенных подписях?
Также в небольшой типографии под Лиссабоном Артур заказал конверты для «своего друга сеньора Камачо Родригеса, президента банка». На них тоже были герб Португалии и штамп: «Банк Португалии. Управляющий. Личная переписка». И пусть сеньор Родригез такими на самом деле не пользовался, они всё равно смотрелись солидно.
Часть 4. Деньги, деньги, дребеденьги…
После концессионеры начали искать, где отпечатать упомянутые в контракте эскудо. Хорошо знакомые партнёрам Германия, Голландия… В голландской типографии ценных бумаг «Иоган Эншеде и сыновья» Марангу посоветовали обратиться к постоянному партнёру португальского банка, лондонской фирме «Вотерлоу и сыновья», и даже дали рекомендательное письмо. Ещё одной красивой бумажкой стало письмо португальского консула в Нидерландах, Антонио душ Сантуша Бандейры (брата Жозе Бандейры) о том, что Маранг является полномочным представителем португальского гражданина Артура Рейса.
4 декабря Маранг был принят в Лондоне сэром Вильям Альфредом Вотерлоу, главой фирмы имени себя. Он получил ворох очень убедительно выглядящих документов (позже к ним были добавлены нотариально заверенные договора между Банком Португалии и Колониальным управлением Анголы, а также – между Управлением Анголы и Артуром Виргилио Альвесом Рейсом; их нотариус Вотерлоу и его эксперты сочли вполне подлинными) и предложение напечатать для африканской колонии сто миллионов португальских эскудо.
Для удешевления заказа сэр Вильям предложил использовать уже имеющиеся у него пластины купюр в 500 образца 1922 года, на которых был изображён великий португальский мореплаватель Васко де Гама. Их печать в типографии закончилась только в прошлом году и они до сих пор являлись законным платёжным средством. Правда, эти пластины были собственностью Банка Португалии и не могли быть использованы без его официального согласия, вы понимаете… Маранг понимал и охотно дал разрешение на дополнительное подтверждение президента Банка. Правда, вы понимаете, дело конфедициальное, возможно противодействие «Банко Ультрамарине» (португальского заморского колониального банка), который до сих пор имел монополию на эмиссию денег в Анголе… Вотерлоу тоже понимал и согласился отправить письмо курьером, которого по любезному предложению Маранга подыщет его секретарь Жозе Бандейра. Надо ли говорить, что в свой срок сэр Вильям получил письмо от дона Родригеза, очень похожее на настоящее?
Заказ был странным, но к странностям и причудам Лиссабона их партнёры уже привыкли, тем более, что на всё давались красноречивые и убедительные ответы. Номера купюр дублировали ранее уже выпущенные? Ничего страшного, в Банке будет произведена допечатка «Ангола», после чего они отправятся в Африку и оттуда уже не вернутся.
10 февраля 1925 года Маранг получил первые десять миллионов эскудо своего заказа (двадцать тысяч банкнот) и переправил его по дипломатическим каналам, минуя таможенный досмотр (снова спасибо Антонио Бандейре).
Часть 5. Командовать парадом буду я!
И вот тут наша четвёрка и примкнувший к ним пятый участник, Адриано Кошта да Сильва, показали себя величайшими аферистами. Просто поделить и разбежаться – не их вариант. Рейс предложил план, прекрасный в своей наглости: учредить собственный банк и начать скупать акции Банка Португалии (который был акционерным обществом), чтобы получить контрольный пакет. После этого все мелкие накладки не будут иметь значения, афера узаконится задним числом, а концессионеры станут Очень Уважаемыми Людьми. А кроме того, какое окно возможностей открывается!..
И вот 15 июня, не с первой попытки, советом Банка Португалии было дано разрешение на открытие «Банка Анголы и метрополии». Тот пустился с места в карьер, предоставлял кредиты под низкие проценты, активно работал с представителями промышленности и фактически помог обрести новое дыхание целым отраслям. Рейс и Сильва, лица банка, стали важными персонами и привыкали к обращению «ваше превосходительство».
В июле по уже отработанной схеме они заказали у «Вотерлоу и сыновей» ещё 190 миллионов эскудо теми же пятисотками. Вновь были предоставлены все необходимые документы, и сэр Вильям, если и усомнился в чём-то, то оставил подозрения при себе.
Концессионерам оставалось докупить всего 16 тысяч из контрольного пакета акций Банка Португалии, составлявшего 45 тысяч штук…
Часть 6. Трест, который лопнул
В конечном итоге оказалась верна поговорка про фраера и жадность. Благодаря концессионерам в стране циркулировало огромное количество новеньких хрустящих пятисоток с да Гама. А ведь официально они были выпущены небольшой партией, да ещё и пару-тройку лет назад, то есть в массе своей должны были уже поистрепаться.
Некоторое время Банк Португалии ничего не мог с этим сделать – купюры по всем признакам были настоящими. Однако он рыл землю, и 6 декабря 1925 года в хранилищах были обнаружены четыре пары купюр с одинаковыми номерами, чего при нормальном положении вещей быть не могло. Связь с «Banco de Angola e Metropole» установить было несложно, благо, что он выдавал эти пятисотки в огромном количестве. Сильва к этому времени уже несколько дней был под замком, Рейса взяли на входе в лиссабонский порт на борту судна, возвращающегося из Анголы. Старый лис Хеннис был с ним, но успел сбежать. Вскоре он появился в Германии очень состоятельным человеком, щедро одарил своих дочерей, вложил деньги в ценные бумаги, которые, впрочем, наступивший вскоре мировой экономический кризис превратил в макулатуру. После его опознали по делу о афере. Португалии Хенниса не выдали (мужем одной из дочерей был высокопоставленный полицейский чин, поспособствовал), но год или полтора в следственной тюрьме он провёл. Умер в 1936-м году от остановки сердца.
Маранг был пойман в Голландии в январе 1926-го, в ноябре осуждён там же, получил одиннадцать месяцев (которые уже отсидел за время следствия), был освобождён в зале суда. На всякий случай сделал ноги из страны, и не зря – в суде второй инстанции ему было назначен бОльший срок. В 1928-м вместе с семьёй появился в Париже и купил небольшую фабрику по производству электрических ламп. Под его руководством она благополучно пережила Великую Депрессию и превратилась в солидное предприятие. Умер в 1960-м в возрасте 77 лет.
Остальные концессионеры (кроме хитрого Хенниса) пробыли под следствием в Португалии 4,5 года, суд начался лишь 6 мая 1930-го. На первом заседании произошёл любопытный конфуз, когда верховный судья Симао Жозе, председательствовавший на процессе, по старой памяти обратился к Рейсу «ваше превосходительство». На суде Артур вдохновенно выступал в течение пяти часов, признавая свою вину с одной стороны, а с другой – отрицая жажду наживы и утверждая, что действовал исключительно из желания оживить экономику Португалии и Анголы. Он старательно выгораживал соратников по процессу, выставляя основными акторами себя и недоступных правосудию Маранга с Хеннисом.
По нормам, действовавшим на момент совершения преступления, за совершённое полагалось максимум три года. Но государство играет по правилам, которые само и устанавливает, и вновь внесённые в Уголовный кодекс правки позволили впаять Рейсу и Жозе Бандейре по 20 лет каторжной тюрьмы и ссылки. Сильву и Бандейра-консул получили меньшие сроки.
Рейс освободился в 1945-м. Он обратился к Богу, по выходу примкнул к протестантской общине и активно участвовал в её жизни, был проповедником-любителем. Все попытки вернуться в бизнес были неудачны. Умер в 1955-м от инфаркта.
Жозе Бандейра, похоже, сумел сохранить какую-то заначку. Выйдя из тюрьмы, он купил увеселительное заведение, но быстро прогорел. Умер в 1960-м в больнице для бедных.
Фирме «Вотерлоу и сыновья» афера стоила дорого во всех смыслах. Она была обвинена в ненадлежащем хранении типографских пластин и компенсировала все убытки Банка Португалии, связанные с этим делом (а также судебные расходы за несколько лет юридических баталий), что составило астрономическую сумму в почти миллион фунтов стерлингов. Хуже того, была безнадёжно испорчена более чем столетняя безупречная деловая репутация. Сэр Вильяма скончался в 1931-м, ещё до завершения судебной эпопеи.
И ещё. Широко освещаемая в прессе и коснувшаяся почти каждого португальца афера стала одной из последних соломинок, переломивших хребет Первой республики. Через полгода, в мае 1926 года, в Португалии произошёл переворот. В стране установилась военная диктатура правого толка.
Автор: Олесь Гугля