Отлично, гражданин! Ситуация – хоть плачь, хоть смейся. Сижу я как-то вечером, предаюсь размышлениям о судьбах родины да о цене на колбасу в Пятёрочке. Вдруг – бульк-бульк! – от соседа за стеной. Я ухо навострил. Бульк-бульк, да как-то зловеще, знаете ли. И капать начало. Кап... кап... кап. Прямо мне в мозг капает.
"Эхма, – думаю, – сосед Иван Петрович! Опять кран упустил! Человек он, конечно, мирный, но руки – как грабли, а голова – решето. Затопит же квартиру, голубчик! И меня понизу подмочит!"
Вскочил я как ошпаренный. Сердце стучит: тук-тук-тук – в унисон той капле. Представляю картину: Иван Петрович стоит посреди озера, как несчастный аист, а вода уже и ко мне пробирается, к ценному паркету и ковру персидскому.
Ждать? Нет! Героизм во мне закипел. Схватил ведро (на всякий пожарный, для спасения соседского добра), накинул пиджак поверх майки – и в коридор! К соседской двери – бац-бац-бац! Кулаком так, что звон постояльцам.
"Иван Петрович! Открывай! Топим! Топим, говорю!"
Тишина. Только бульк-бульк настойчивее. И капля – кап! – прямо мне на лысину. Сверху.
"Да открывай же, несчастный! Спасать тебя пришел!" – ору я, уже представляя, как грудью преграждаю путь стихии.
Дверь скрипнула. Иван Петрович стоит в ванной шапке, брюки подтягивает, глаза сонные.
"Михаил Семеныч? Ты чего, голубчик? Кого топим?"
"Да тебя! Воду! Слышь? Булькает! Капает! Топит!" – тычу пальцем в сторону его ванной.
Иван Петрович бровью повел, шапку поправил. Заглянул в ванную. Потом медленно, как сыщик в кино, вышел в коридор. Посмотрел на мою дверь. Посмотрел на мои тапки. На лужу у моих ног. И указал пальцем, не торопясь, на мой дверной коврик. Откуда вода-то и текла ручейком.
"Михаил Семеныч, – говорит он тихо, с достоинством, – это, батенька, не у меня булькает. Это у тебя. Из-под двери. "
Я туда-сюда. В свою квартиру. В ванную. А там... красота! Кран на кухне я, конечно, закрутил. А вот кран в ванной... Тот самый, который чинил утром и "проверить" забыл... Он тихонечко, предательски, сочился. И ведро, которое я под него ставил... оно стояло... но благополучно переполнилось и тихо лилось на пол, под дверь, в коридор и соседу под ноги.
Стою я, мокрый по щиколотку, с пустым ведром в руке, а Иван Петрович, прищурившись, как мудрец, изрекает:
"На соседа кивать – последнее дело, Михаил Семеныч. Иной раз ведро проверить полезней. Особливо если оно твое."
Резюме (или мораль, как вам угодно):
Врага ищи не в соседней квартире, а прежде всего – в собственном зеркале. И в собственной ванной. Особенно если там стоит ведро. Ибо ведро, как и совесть, имеет свойство переполняться и лить на голову исключительно своему хозяину.
Как вам такая история? Хотите ещё историй?