На крыльце моей дачи лежали детские резиновые сапожки — ярко-жёлтые, с лягушатами. Рядом валялся надувной круг и мокрое полотенце в разноцветную полоску.
Я замерла с ключом в руке. У нас с Игорем детей нет.
— Мама, а кто это? — тоненький голосок заставил меня обернуться.
Передо мной стояла девочка лет шести в розовом купальнике с русалочкой. Мокрые волосы прилипли к голове, в руках — пластиковый совочек, весь в песке.
— Я Елена, — ответила я. — А ты кто, малышка?
— Ааа! — лицо девочки просветлело. — Тётя Лена! Мама говорила, что вы красивая, но я не верила. А вы правда красивая!
Детская непосредственность тронула, но вопросов стало только больше.
— А где твоя мама?
— В доме кофе варит. И ругается на Ваню — он опять всё раскидал.
Дверь распахнулась, и на пороге появилась Инга — сестра мужа. Мы виделись года три назад на семейном празднике. В руках у неё была моя любимая чашка с греческим пейзажем.
— О, Ленка! — Инга выглядела усталой, но довольной. — А мы тебя только через неделю ждали.
— Отпуск раньше начался, — я пыталась сообразить, что происходит. — Решила подольше здесь побыть.
— Ну проходи, конечно! — Инга отступила в сторону. — Мы тут уже освоились. Детки так счастливы — первый раз лето на природе проводят как следует.
Я вошла и не узнала дом. Гостиная превратилась в игровую площадку. Посреди комнаты лежал синий надувной матрас с разбросанными игрушками. Журнальный столик завален пластилином и фломастерами. В углу — маленький велосипед с ленточками на руле.
— А диван где?
— Мы его в спальню передвинули, — беззаботно ответила Инга. — Всё равно не пользуетесь же. А детям тут просторнее.
По дому промчался мальчишка с воинственным кличем. Налетел на меня, отскочил и умчался дальше.
— Ванька, аккуратнее! — крикнула Инга, но не строго. — Он у нас лётчик. Все самолётики уже переломал.
На кухне я почувствовала себя ещё более чужой. Холодильник увешан детскими рисунками, на столе — коробки с завтраками и соки с трубочками. Красивой посуды не видно, зато в раковине лежат пластиковые тарелки с мультяшными героями.
— А моя посуда?
— Убрали, чтобы дети не разбили, — Инга помешивала кофе в моей греческой чашке. — Так спокойнее же.
— Инга, а когда вы приехали?
— Недели три уже. Может, четыре. — Она пожала плечами. — Время здесь как-то незаметно идёт. Дети с утра до ночи на воздухе, загорели — посмотри! Игорь так доволен, говорит, дом ожил.
Три недели. Получается, они заехали сразу после нашего отъезда в город.
— А надолго планируете?
— До осени, наверное. В городе детям нечем дышать. — Инга показала на Машу. — Смотри, какая загорелая стала!
До осени. Значит, весь мой отпуск...
— Но мы же не договаривались.
— Да ладно! — Инга махнула рукой. — Места хватает всем. Игорёк не жадный. Семья же!
Игорь появился к ужину — довольный, с пакетами продуктов. Обнял меня рассеянно, уже доставая мороженое.
— Как добралась? Дорога нормальная была? Только детям сначала эскимо дам — обещал же.
— Игорь, поговорить нужно.
— Конечно, — он раздавал мороженое детям.
Инга устроилась в кресле и принялась руководить:
— Игорёк, салфетки принеси. Игорёк, у Маши течёт. Игорёк, мультик включи.
Я смотрела на мужа и не узнавала. Где тот человек, с которым мы вечерами разговаривали обо всём? Сейчас он суетился вокруг племянников, словно у него не было других забот.
— Игорь, — попыталась я, когда дети уткнулись в телевизор, — ты мог предупредить.
— О чём?
— О том, что они будут жить здесь. Я же планировала отпуск.
— Ну и проводи. Кто тебе мешает?
В окне я увидела, как Инга развешивает детские плавки на моих розовых кустах.
— Правда никто?
— Лена, это Инга, моя сестра. У неё сложный период — развод, дети. Я не мог отказать.
— А со мной посоветоваться?
— Получилось спонтанно. Ей срочно нужно было место. Ты же понимаешь.
Понимаю. Если хочу отдыхать в собственном доме — я жадная.
— Игорь, дело не в жадности.
— А в чём? — искреннее недоумение. — Дети радуются, Инга отдыхает. Что плохого?
Как объяснить? Что меня никто не спросил. Что мой дом стал чужим. Что я чувствую себя лишней в собственной жизни.
Ночью я лежала и слушала, как Инга укладывает детей за стеной. Читает сказку, поёт колыбельную. Голос мягкий, заботливый. Она любит их. И им действительно хорошо здесь.
Может, я неправильно реагирую? Может, нормальная женщина обрадовалась бы детскому смеху?
Утром меня разбудил плач. Маша требовала кашу, Ваня кричал про речку. Инга шикала вполголоса.
— Лена, — шёпот в щель двери, — ты не могла бы полчасика с ними посидеть? Так устала. Хочется чуть-чуть поспать.
Я лежала в своей постели, в своём доме, и меня просили посидеть с чужими детьми.
— Инга, они же твои.
— Ну Лена! — обиженные нотки. — Ты же тётя!
За завтраком Инга строила планы:
— Песочницу сегодня делаем. Детям негде играть. И качели поставить надо. Игорёк поможет?
— Конечно, — муж кивнул, не отрываясь от телефона.
— И холодильник на веранду перенести. Неудобно в дом ходить.
— Это мой холодильник, — заметила я.
— Ну и что? — удивление. — Семья же. Должны помогать друг другу.
— А кто мне поможет отдохнуть?
— Так отдыхай. Кто мешает?
К обеду терпение стало заканчиваться. Ваня мячом снёс половину петуний. Маша разрисовала мелками стену дома. Когда я попыталась вмешаться, Инга возмутилась:
— Что ты к детям цепляешься? Они играют! Детство одно!
— Но они портят...
— Ну и что! Главное — счастливые. Цветы не люди, новые посадишь.
Вечером Игорь пошёл чинить забор, который дети умудрились расшатать. Дети копались в песочнице на месте моих лилий. Я осталась с Ингой наедине.
— Послушай, поговорить нужно.
— О чём? — она листала журнал.
— О том, что происходит. Вы живёте как дома.
— А разве плохо, что мы чувствуем себя как дома? Значит, любите нас.
— Инга, я устала. Хочу отдыхать.
— Ну и отдыхай. Я же не заставляю с детьми сидеть.
— Но вы заняли весь дом.
— Мы просто живём. А ты... — она замолчала, но взгляд стал колким, — не понимаешь.
В ту ночь я не спала. Думала, что делать. Ругаться? Но тогда стану той, которая выгоняет детей.
А утром пришла идея.
Встала пораньше, включила компьютер, нашла нужные образцы документов. Принтер работал тихо.
— Инга, — за завтраком разложила перед ней бумаги, — ты в курсе, что дачу оформили как гостевой дом?
— В смысле? — оторвалась от намазывания булки.
— Зарегистрировали официально. Для туристов. Вот справка.
Инга пробежала глазами документ.
— И что?
— По закону обязаны брать плату. Со всех. Иначе штраф от налоговой.
— Какую плату?
— Полторы тысячи с человека в сутки. Дети до семи — бесплатно. Четыре недели... — я взяла калькулятор. — Выходит сорок две тысячи.
Инга побледнела.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно. Это бизнес. Исключений не делаем.
— Игорь! Слышишь, что жена говорит?!
Муж выскочил в полотенце.
— Что случилось?
— Денег требует! За проживание!
Игорь изучил документы.
— Лена, мы же семья.
— Конечно. Поэтому скидка двадцать процентов.
— У меня нет таких денег! — Инга была близка к слезам.
— Понимаю. Тогда придётся освободить номера. Завтра гости из Москвы приезжают.
— Ты не можешь!
— Поэтому и предупреждаю заранее. Чтобы вы успели найти место.
Остаток дня прошёл напряжённо. Инга металась, звонила подругам, что-то искала в интернете. Дети капризничали, чувствуя неладное.
Вечером она подошла на веранду.
— Ладно. Завтра соберёмся.
— Мне жаль.
— Я думала, мы семья.
— Мы и есть семья. Но семья — это когда уважают друг друга.
Утром собирались молча. Дети не понимали, но чувствовали мамино настроение. Маша плакала, Ваня надулся.
— Мне правда жаль, — сказала я.
— Нет, — Инга застёгивала чемодан. — Ты добилась своего.
— Я добилась права отдыхать дома.
— Знаешь... — Инга выпрямилась. — Может, ты права. Может, я перегнула.
Неожиданно.
— Просто так устала одна с ними. Здесь показалось, что наконец можно расслабиться. И забыла спросить, хочешь ли ты этого.
— Инга...
— Нет, правда. Прости. Просто в следующий раз скажи сразу. Не нужно было с документами эту историю придумывать.
Я посмотрела на неё — усталую молодую женщину с детьми на руках — и почувствовала укол совести.
— А ты в следующий раз спроси разрешения заранее.
После их отъезда Игорь долго молчал. Потом сел рядом.
— Жёстко.
— А как ещё? Попросить по-хорошему я пробовала.
— Она в трудной ситуации.
— А я нет? Работаю весь год, чтобы здесь отдохнуть. И получается, мой отдых никого не интересует.
Игорь вздохнул.
— Прости. Думал, ты не против.
— Спроси в следующий раз.
Мы сидели на крыльце, и я чувствовала не победу, а какую-то пустоту.
Завтра уберу игрушки, поставлю мебель на места, посажу новые цветы. Буду отдыхать в тишине.
Но детский смех, кажется, я ещё долго буду слышать в этих стенах. И скучать по нему.
Может, я жадная? Или просто человек, который имеет право на границы?
Не знаю. Но дом снова стал моим.
Автор: Алексей Королёв