— Они, как саранча, объедают нас, высказала я мужу, и даже крошки печенья не принесут в дом! – процедила Валентина, буравя мужа взглядом.
— Ну а что такого? – искренне удивился Юрий. – Мы же как родные!
— Тогда и нянчись со своей родней сам! – отрезала Валентина, готовая разразиться грозой.
******************************************************************************************
В субботу мы с мужем вырвались из душных городских объятий на дачу – вдохнуть свежего воздуха, подготовить гнездышко к сезону и, конечно, побаловать себя первым шашлыком. Дел накопилось невпроворот: стереть пыль, смести паутину с веранды, накрыть стол, отмыть от зимней копоти мангал, заранее разжечь угли, нашинковать салаты… К полудню Валентина чувствовала себя выжатым лимоном.
– Юр, – позвала она мужа, который вальяжно покачивался в гамаке с газетой, – ну помоги хоть стол вынести!
– Щас, щас… – пробурчал он, не отрываясь от новостей.
Валентина, скрипя зубами, выволокла стол сама. Тяжеленный, еле управилась. И вдруг ее пронзила мысль: а почему, собственно, я одна тут вкалываю, как ломовая лошадь? Хотела возмутиться, высказать все, что накипело, но не успела – за забором просигналила знакомая машина. Из нее, как всегда, с улыбками и пустыми руками вывалились Игорь со Светланой, Юрины закадычные друзья.
— Ты что, позвал их к нам? — в голосе Валентины плескалось нескрываемое удивление.
— А что такого? — искренне удивился Юрий. — Это же наши лучшие друзья, почти семья!
"Ага, семья голодных пираний," — кисло подумала Валентина, с трудом скрывая раздражение.
В прошлый раз она полдня плясала у плиты, превращаясь в кухарку для дорогих гостей, пока те неспешно обсуждали свой новый телевизор стоимостью в крыло самолета. А Светлана, словно коршун, упаковала остатки салата в контейнер, приговаривая слащавым голосом:
— "А что добру пропадать!" Добру
А в, между прочим, приготовленному из креветок, ценой в полет на Луну.
А в прошлом месяце Игорь хвастался путевкой в Сочи, купленной, казалось, за все золото мира. Но на шашлыки, разумеется, ни копейки не проронил.
— "Мы же в гости пришли, а не в ресторан!" — хохотал он, словно это был самый остроумный анекдот на свете.
У Валентины же язык не повернулся сказать, что этот "гостеприимный" стол обошелся им с Юрой в последнюю горсть монет, и теперь, чтобы дотянуть до зарплаты, придется грабить собственную "кубышку".
Игорь по-дружески хлопнул Юрия по плечу.
— Ну что, мужик, шашлыки будем жарить? Я так соскучился по твоим фирменным!
— Конечно-конечно, — Юрий заметно оживился. — Валя уже все приготовила.
— Ой, Валечка, — Светлана пропела елейным голосом, — вот хорошо у вас! Все готово, даже возиться не надо! Просто благодать!
И тут внутри Валентины что-то болезненно щелкнуло. "Возиться не надо…" А кто обеспечил их мясом, салатами, растопил мангал? Кто с рассвета на ногах, выкладывал последние сбережения и чуть не сломал спину?
— Садитесь за стол, — сказала она, стараясь придать голосу ровный тон. — Сейчас все подам.
Игорь и Светлана, расплывшись в довольных улыбках, развалились в креслах. Они снова завели свою бесконечную пластинку о новой машине, отпуске в Турции, дизайнерском ремонте в квартире…
"Денег у них куры не клюют, — с горечью подумала Валентина. — А на шашлыки скинуться — что вы, мы же в гости пришли!"
Юрий колдовал над мангалом, умело переворачивая мясо. Валентина, словно прислуга в дорогом ресторане, подавала салаты, нарезала хлеб, разливала напитки. Гости ели с аппетитом, нахваливали, просили добавки, а она все стояла, подавала, убирала, словно тень за их праздничным столом.
Ближе к вечеру гости засобирались домой. Светлана, по старой доброй традиции, заглянула в холодильник.
— Ой, а можно остатки салатиков с собой взять? А то завтра воскресенье, лень готовить будет.
— Конечно-конечно, — Юрий закивал с готовностью. — Бери, Светка, все равно пропадет.
Валентина молча наблюдала, как Светлана методично упаковывает в контейнеры остатки еды. ВСЕ остатки. До последней былинки укропа. Не побрезговала даже последним, заветным кусочком дорогого сыра. Гости оставили после себя лишь гору грязной посуды, объедки на столе да пустые бутылки, словно после нашествия варваров. Валентина, словно пригвожденная, стояла на веранде и смотрела на этот разгром. Все тело ныло от усталости и обиды. Юрий, блаженно улыбаясь, уже развалился в кресле.
— Хорошо посидели, правда? Давно мы так не отдыхали.
"Отдыхали…" Валентина обессиленно опустилась на стул, чувствуя, как подкашиваются ноги. Эта картина повторялась из года в год, с тех пор как они купили эту чертову дачу. Игорь со Светланой налетали, как стая голодной саранчи, требовали бесперебойного обслуживания, словно это их личный санаторий "все включено". И сколько еще она будет это терпеть?
Ничего не изменится. Игорь с женой будут продолжать богатеть, покупать новые машины, путешествовать по миру. А она так и будет стоять у плиты, тратить свои деньги, надрывать спину, ощущая себя бесплатной прислугой в их роскошной жизни.
— Юр, — позвала она мужа тихим, надтреснутым голосом. — Иди сюда.
— Чего? — он неохотно поднялся с кресла.
— Смотри, — Валентина указала на пустой, словно выметенный, холодильник. — Видишь что-нибудь?
— Ну… пусто. И что?
-Да то что твои друзья вновь его опустошили!
Голос Валентины дрожал, как осенний лист на ветру, не от злости, а от усталости. Такой всепоглощающей, что хотелось упасть в траву и раствориться в земле.
— А знаешь, во что мне сегодня обошелся этот «праздник дружбы»?
Она достала телефон, дрожащими пальцами вызвала калькулятор. Экран вспыхнул холодным светом, отражая бессилие в её глазах.
— Мясо — три четыреста. Овощи — тысяча. Хлеб, соус, специи — пятьсот. Уголь — пятьсот. Напитки — шестьсот. Салаты — шестьсот. Итого шесть тысяч шестьсот рублей. Плюс бензин, туда-обратно. А они, приехали на своих «лексусах» и «мерседесах», и даже словом не обмолвились о помощи!
— Валь, ну что ты… — Юрий засопел, словно провинившийся школьник. — Они же друзья, в гости приехали, неудобно деньги просить.
— Неудобно?! — Валентина подняла на него взгляд, полный горечи и обиды. — А мне, значит, удобно одной вкалывать, как проклятой, свои кровные тратить? Удобно, когда спина отваливается, ноги гудят, а я все у плиты стою?
Она встала, медленно обошла веранду, словно привидение. В уме прокручивала, сколько раз она готовила для этих «друзей», сколько сил и денег было выброшено на ветер. А взамен? Лишь лицемерные комплименты и объедки, сиротливо ждущие своей участи в холодильнике.
— Знаешь что, Юрий, — произнесла она, и в голосе прорезался стальной звон, заставивший мужа вздрогнуть. — Всё. Больше этого не будет.
— Чего не будет? — растерялся он.
— Чтобы я тут одна прислуживала, как крепостная. Чтобы приезжали с пустыми руками, сметали всё подчистую. Больше — никогда.
Что-то в её тоне заставило Юрия почувствовать холодный озноб.
— Да что ты говоришь… Игорь хороший мужик, Светка тоже ничего. Просто они не привыкли…
— Не привыкли?! — Валентина резко обернулась, и в глазах её полыхнул гнев. — За все эти годы они ни разу, слышишь, НИ РАЗУ не принесли даже пачки печенья, даже бутылки воды, не предложили помощь с уборкой!
— Но они же благодарят тебя… хвалят…
— Да чтоб мне эти похвалы боком вышли! — Валентина с силой швырнула губку в раковину. — От их благодарностей у меня в кошельке деньги прибавились? А знаешь, сколько раз они нас в ресторан пригласили за все годы этой «дружбы»? Ни разу. А к себе домой звали? Тоже ноль.
— Ну, у них квартира маленькая…
— А у нас что, хоромы царские? Но мы же находим место для них! — Валентина решительно повернулась к мужу. — Всё, Юрий. Больше такого не будет. Хотят шашлыков — пусть сами их себе жарят, а я буду сидеть рядом и смотреть.
Неделя прошла в тягостном молчании. Юрий словно набрал в рот воды, надеясь, что жена перебесится. А Валентина, напротив, с каждым днем укреплялась в своем решении. Воспоминания о субботнем вечере разгорались в ней, как тлеющие угли.
В четверг Юрий робко попытался заговорить:
— Валь, а может, завтра на дачу махнем? Погоду вроде хорошую обещают.
— Махнем, — согласилась она, как будто речь шла о чем-то совершенно незначительном. — Только учти, продукты покупаешь сам и готовишь тоже сам.
— Да брось ты… — он не поверил своим ушам. — Шутишь, что ли?
— Нисколько не шучу.
В субботу Валентина встала как обычно, но собираться на дачу не стала. Уселась с книгой в старое плетеное кресло на веранде.
— Ты чего не собираешься? — удивился Юрий, застегивая сумку.
— А зачем? Продукты ты не купил, готовить не собираешься. Мне там делать нечего. Буду наслаждаться тишиной и покоем.
— Да купим там, в поселке…
— Покупай, я не против.
Приехали на дачу к обеду. Юрий покрутился по участку, что-то проверил, что-то подправил. Валентина невозмутимо сидела на веранде с вязанием в руках, словно королева на троне.
В три часа подъехали Игорь со Светланой. Как всегда, с пустыми руками и широкими улыбками.
— О, а мы не опоздали? — Светлана весело помахала рукой, словно ничего не произошло. — Где наши фирменные шашлычки?
— Пока нигде, — ледяным тоном ответила Валентина, не отрываясь от вязания.
— Как нигде? — не понял Игорь, ошарашенно хлопая глазами. — А мясо где?
— А мясо надо было купить. Кто хотел шашлыки, тот и покупает.
Игорь и Светлана обменялись недоуменными взглядами.
— Валя, ты чего? — Светлана неуверенно засмеялась, пытаясь разрядить обстановку. — Шутишь?
— Нисколько. Холодильник пустой, мангал холодный. Хотите есть — добро пожаловать в магазин.
Юрий покраснел до корней волос, чувствуя себя между двух огней.
— Валь, ну что ты творишь… Гости же пришли…
— Гости, которые хотят есть, должны сами о еде позаботиться. Элементарно, Ватсон.
— Но мы же… — начал Игорь растерянно. — То есть… мы привыкли… обычно ты…
— Обычно я была дурой, — отрезала Валентина, продолжая вязать, как будто перед ней никого и не было. — Теперь поумнела.
Светлана вскочила с кресла с возмущением, словно её оскорбили в лучших чувствах.
— Знаешь, как-то это… негостеприимно! Мы же к друзьям пришли, а не в ресторан!
— Друзья друг другу помогают, — не поднимая головы от вязания, ответила Валентина. — А вы столько лет только брали, теперь будете отдавать.
— Да что с тобой стало? — возмутился Игорь, не понимая, куда делась прежняя Валя. — Мы же всегда так дружили! И вдруг ты из-за каких-то копеек…
— Из-за копеек? — Валентина наконец оторвалась от вязания и посмотрела на него в упор. — Шесть тысяч за один раз — это копейки? А если умножить на каждые выходные? Не жирно будет?
— Ну ладно, ладно… — Юрий метался между женой и друзьями, как неприкаянный. — Я схожу в магазин, куплю чего-нибудь…
— Покупай, — милостиво согласилась Валентина. — Только готовить и убирать будешь сам. Я сегодня отдыхаю, у меня заслуженный выходной.
— А если… Если мы поможем? — неуверенно предложила Светлана, понимая, что ситуация вышла из-под контроля.
— Помочь можете. Добро пожаловать к плите. Фартук на гвозде.
Но никто не двинулся с места. Все трое смотрели на Валентину, как на сумасшедшую, не понимая, что произошло. Светлана попыталась сменить тон, решив сыграть в искренность:
— Слушай, а что случилось-то? Может, мы что-то не так сделали? Может, обидели чем?
Валентина посмотрела на нее долгим и изучающим взглядом, словно видела впервые.
— А ты как думаешь? Столько лет приезжаете с пустыми руками. Я готовлю, покупаю, убираю, а вы едите и забираете остатки домой. И тебе кажется, это нормально?
— Ну… мы же не просили тебя это делать…
— Точно, не просили. Ну вот я и не буду для вас стараться.
Валентина отвернулась и снова принялась за вязание, давая понять, что разговор окончен и компромиссов не будет.
Юрий, красный как рак, поехал в магазин один, чувствуя себя преданным и униженным. Вернулся через час с пакетами продуктов, но без угля для мангала.
— Юр, а уголь где? — спросил Игорь, надеясь, что хоть что-то пойдет по плану.
— А… забыл. Совсем из головы вылетело. Сейчас поеду еще раз, — пробормотал Юрий, стараясь не смотреть в глаза жене.
К тому моменту, как уголь был куплен, настроение у всех троих было испорчено окончательно. Юрий злился на жену, Игорь и Светлана явно обиделись из-за холодного приема и разрушенных планов.
— Ну что, будем жарить? — неуверенно спросил Игорь, понимая, что инициатива наказуема.
— Валяйте, — отозвалась Валентина, даже не подняв головы, словно речь шла о чем-то совершенно не важном.
Они втроем принялись возиться с мангалом, неумело и неловко. Юрий пыхтел над углями, Игорь безуспешно пытался разжечь огонь, Светлана неумело резала овощи, то и дело роняя их на землю. У них ничего не получалось, все валилось из рук.
— Огонь не разжигается! — злился Юрий, чувствуя себя полным идиотом.
— А ты бумагу подложи, — не отрываясь от вязания, подсказала Валентина, словно снисходя до их никчемности.
— Где взять бумагу?
— В доме поищи. Газеты старые должны быть.
Копошились они, копошились, словно слепые котята. Наконец, с грехом пополам, огонь разгорелся, но слабо. Положили мясо на решетку. Юрий отвлекся, заговорил с Игорем о рыбалке, и шашлыки подгорели с одной стороны, превратившись в черные угольки. Воздух наполнился едким запахом гари.
— Да ёлки-палки! — процедил он сквозь зубы. — Валь, а как ты шашлык-то ворочаешь? Чуешь момент?
— Сам ворочается, — лениво отозвалась Валентина.
— Если приглядывать.
Но приглядывать никто
Но оне спешил. Пили пиво, травили байки, а Светлана, пытаясь помочь, лишь вносила хаос. В итоге, половина шашлыков обуглилась до состояния каменного угля, другая – кровоточила сырым нутром.
— Это же есть невозможно, — проскрипела Светлана, скривившись от откушенного куска.
— Зато опыт, — философски изрекла Валентина. – В следующий раз как по маслу пойдет.
— Если этот следующий раз вообще наступит, — проворчал Игорь, исподволь косясь на обугленные останки мяса.
К вечеру вместо праздничной благодати в воздухе клубилось раздражение и голод. Игорь и Светлана, наспех попрощавшись, засобирались домой.
— Ну… до свидания, — процедила Светлана с натянутой улыбкой.
— До свидания, — сухо ответила Валентина. — Заходите как-нибудь. Только впредь предупреждайте заранее, и провизию привозите с собой.
Едва за ними закрылась калитка, Юрий взорвался:
— Ты что натворила?! Мне теперь им в глаза стыдно смотреть! Опозорила людей, выставила нищими!
— А они кто? — спокойно парировала Валентина. — Приехали на все готовенькое, отдохнули, объели нас. Чем не нищие? Или я должна была и дальше молча прислуживать, как полоумная?
Юрий присел напротив, попытался смягчить тон.
— Ладно, допустим, ты и права… Но можно было как-то… деликатнее намекнуть…
— Деликатнее? — Валентина устало взглянула на мужа. — Да куда уж деликатнее! Вы же этих намеков в упор не видите!
Валентина поднялась и принялась собирать со стола грязную посуду. Юрий проводил её взглядом.
— Ты куда это?
— Посуду собираю, чтобы ты помыл.
— Я?! Да там же воду греть надо!
— Вот и отлично, вся ночь впереди, Золушок ты мой. И мангал заодно убери.
Валентина всучила мужу стопку тарелок, которую тот едва не выронил от неожиданности.
— И знаешь что, дорогой? — добавила она, вытирая руки. — В следующий раз, когда захочешь кого-то пригласить, будь добр, посоветуйся со мной. И сразу обговори условия: кто что покупает, кто готовит, кто убирает. А то опять придется, как в этот раз, все на себе тащить.
Прошло полгода. Игорь и Светлана больше на даче не появлялись. Поначалу звонили, виновато мямлили что-то о примирении, но, убедившись, что халява накрылась медным тазом, растворились в тумане. Валентина не горевала.
Юрий поначалу побурчал на жену, но со временем заметил, что денег в семье стало оставаться значительно больше.
— Я и подумать не мог, что у нас столько уходит на эти посиделки, — признался он однажды жене, пораженный собственным открытием. — Ты была права!
Валентина лишь молча пожала плечами. Можно было бы, конечно, сказать: «А я тебе что говорила?», но зачем? Урок и так, кажется, пошел впрок.