В 1955 году по Красной площади проехала новая зенитная самоходка — ЗСУ-57-2. Высокий силуэт, два длинных ствола, гусеничное шасси от Т-54. Машина выглядела как артиллерия, но стреляла в небо. Две пушки С-68 калибра 57 мм били на 6 километров по высоте и до 12 по дальности. Скорострельность — 240 выстрелов в минуту. Снаряд — 2,8 кг, бронебойный, с начальной скоростью 1000 м/с. Это была самая мощная зенитная САУ своего времени. Она могла сбивать бомбардировщики, прореживать штурмовики и крошить лёгкую бронетехнику. Экипаж — 6 человек, боекомплект — 300 снарядов. Всё работало вручную: заряжание, наводка, прицел.
Советская армия искала универсальную зенитную самоходку с конца 40-х. ЗСУ-37, построенная на базе СУ-76, не выдерживала конкуренции: слабая броня, один ствол, плохая проходимость. Появление реактивной авиации требовало огня не по точке, а по площади. Так родилась идея двухствольной артиллерии — как компромисс между плотностью залпа и технической простотой. В 1947 году ОКБ-58 представило проект с двумя 57-мм пушками С-68. Это была переработка сухопутной зенитки С-60, но в башне и на гусеницах. Калибр выбрали не случайно: 57 мм — это снаряд с большой баллистикой, устойчивый на траектории, способный бить выше и дальше, чем 37-мм автоматы. Огонь вёлся одиночными или очередями по два — так решалась проблема перегрева. Шасси от Т-54 дало прочность, унификацию и мобильность. Мотор В-54Т обеспечивал 520 л.с., запас хода — 420 км, скорость — до 50 км/ч. Всё это складывалось в мощную платформу сопровождения. ЗСУ-57-2 должна была идти вместе с танками, прикрывать колонны, расчищать подступы. Тактика — огонь на ходу, короткие залпы, быстрая смена позиции. В теории — машина прикрытия наступления. В реальности — артиллерия, потерявшая небо.
ЗСУ-57-2 была огромной. Высота — почти 3 метра, длина — более 8. Бронирование — 13 мм по кругу, только от пуль и осколков. Башня — открытая сверху: не для экономии, а для вентиляции — иначе экипаж бы задыхался от выстрелов. Сами пушки С-68 были уменьшенной версией стационарных С-60: ствол длиной 4,4 метра, с дульным тормозом, скорострельность — 120 выстрелов на ствол. Углы наведения — от −4° до +85° по вертикали, полный круг по горизонту. Боекомплект — 300 выстрелов: бронебойно-трассирующие, осколочно-фугасные, с дистанционными взрывателями. Каждая очередь — как плевок зенитной батареи. Но всё — вручную. Наводка — через оптический прицел ЗТУ-1. Заряжание — руками. Прицеливание — на глаз, по дымке на горизонте. Автоматизации не было. Даже стабилизатора — и того не дали. На бумаге — ПВО. На практике — громоздкая арта с зенитным профилем. Но в умелых руках ЗСУ-57-2 могла вести и наземный бой: снаряд прошивал лёгкую броню, косил пехоту, выбивал укрытия. Особенно если стрелять прямой наводкой с открытой позиции — что часто превращалось в самоубийство.
На войне ЗСУ-57-2 быстро вышла за рамки своей инструкции. В Африке, на Ближнем Востоке, во Вьетнаме — её использовали не как зенитку, а как штурмовую пушку. Два ствола били по зданиям, засечкам, колоннам. В алжирской пустыне она шла с пехотой, вьетнамцы ставили её в засады, арабы — обстреливали из неё укрепления на Голанах. У орудий была дьявольская отдача, но точность — приличная. Один короткий залп с 2–3 километров — и окоп или дот превращался в воронку. Плотность огня компенсировала отсутствие прицельной автоматики. Много кто сравнивал ЗСУ-57-2 с «дробовиком на гусеницах» — только вместо дроби летели килограммы стали. Но стрельба была дорогой. Боекомплект уходил за пять–шесть минут плотного огня. Заряжание утомляло расчёт, перегрев стволов случался после каждой второй перестрелки. Для борьбы с авиацией это было критично — одна ошибка, и цель ушла. Против самолётов, шедших выше 3 км или быстрее 600 км/ч, ЗСУ-57-2 была почти бессильна. Её стихия — вертолёты, штурмовики, пехота. Не ПВО, а полевая арта в форме зенитки.
ЗСУ-57-2 часто сравнивают с американскими зенитными САУ — M19 Multiple Gun Motor Carriage и M42 Duster. И не в пользу советской машины. M19, созданная на базе шасси лёгкого танка M24 Chaffee, имела два 40-мм автомата Bofors и уже в конце Второй мировой обладала приличной плотностью огня — до 240 выстрелов в минуту, но с автоматическим питанием и радарной связью в поздних модификациях. M42 Duster, пришедшая на смену M19, несла те же 40-мм стволы, но уже на платформе от M41 Walker Bulldog, с лучшей броней, обзором и стабилизаторами. Главное отличие — в подходе. Американцы ставили на точность и реакцию, советская ЗСУ — на калибр и дальность. Да, снаряд 57-мм бил дальше и мощнее, но уступал в темпе, особенно без автоматики. В условиях стремительной авиации 60-х это стало критичным: M42 оставалась на вооружении США до 1980-х, ЗСУ-57-2 — ушла в резерв уже через десять лет после принятия.
Судьбу ЗСУ-57-2 решила не броня и не калибр, а электроника. Уже к концу 50-х стало ясно: авиация уходит в сверхзвук, а прицел ЗТУ-1 без радара — всё равно что мушка без ствола. Самолёты уходили за секунды, наводка запаздывала, траектории не считались. Машина была сильной — но слепой. В 1960-е её начали снимать с вооружения, несмотря на кажущуюся мощь. Широкая башня демаскировала позицию, открытый верх делал уязвимой к осколкам, ручное заряжание не выдерживало темпа современной ПВО. Попытки модернизации провалились: проект ЗСУ-57-4 с радиолокационным наведением так и не вышел из НИИ. Зенитчики предпочли «Шилку» — меньший калибр, зато автомат, лента, радар и стабилизация. Появилась новая доктрина: стрелять не мощно, а быстро и точно. ЗСУ-57-2 выбивалась из этой логики. Она была артиллерией в эпоху электроники.
Но списывать ЗСУ-57-2 было рано. Там, где не было радара, она оставалась королевой огня. Египтяне использовали её как машину поддержки в уличных боях. Вьетконг — для зачистки американских позиций в джунглях. Сирийцы ставили её в бетонные капониры и стреляли по наступающей бронетехнике. Афганская армия держала их в Кандагаре как артиллерию прямой наводки. Позже появились кустарные апгрейды: ночные прицелы, экраны от РПГ, самодельная защита от осколков. В Африке ЗСУ-57-2 ставили на танковые шасси, меняли двигатели, даже обвешивали мешками с песком. В начале 2000-х иранцы попробовали превратить её в гибрид ПВО и штурмовой САУ — с лазерными дальномерами и новой СУО. Но концепция устарела. Ни одна армия не смогла вернуть этой машине небо. А вот землю — да. Там, где важны были стволы, а не расчёты траектории, ЗСУ-57-2 оставалась в строю. В бою она не умела вести диалог — только ставила точку.
ЗСУ-57-2 исчезла не потому, что была плохой, а потому что родилась не в ту эпоху. Она застала войну, в которой огонь ещё наводил человек, а не процессор. Где зенитчик смотрел в небо, а не в дисплей. Она была слишком большой, слишком громкой, слишком прямолинейной — и именно поэтому её так быстро забыли. «Шилка» с радаром вытеснила её за два года. Но в тех частях света, где техника чинится молотком, а война идёт по правилам середины XX века, ЗСУ-57-2 служила ещё долго. Она не оставила легенд, как Т-34, не родила потомков, как «Град», не стала брендом, как «Шилка». Но она была. Орудие без компромиссов, машина, которую любили за звук выстрела и ненавидели за тяжесть снарядов. Забытая слишком рано — не по техническим причинам, а потому что не соответствовала изменившимся требованиям времени. ЗСУ-57-2 осталась на границе двух эпох: между механикой и электроникой, между зенитным огнём и вычислительным прицелом. И хотя она не стала символом, её вклад в развитие мобильной огневой поддержки был значим — как напоминание о времени, когда сила залпа ещё решала исход боя.