Жила-была Золушка. Добрая, терпеливая и патологически вежливая. Страницы её дневника выглядели как чек-лист «Как угодить всем и остаться без сил». Она убиралась, готовила, слушала бесконечные стенания мачехи и сводных сестёр о "плохой карме" и "недостаточной проработке женской чакры", и только иногда — очень иногда — позволяла себе помечтать.
Мечты у неё были скромные: тёплая кофта без дыр, чай с бергамотом и чтобы кто-нибудь, хотя бы один человек в этом доме, вымыл за собой чашку. Ну, или хотя бы не разбил её об стену, обсуждая астрологическую несовместимость с начальником.
Однажды королевство организовало бал. Мачеха с дочерьми кинулись покупать платья, нанимать визажистов и репетировать «естественный» смех. А Золушка — села штопать их колготки и слушать разговоры о том, как важно «притянуть мужа через позитивные вибрации».
Когда дом опустел, Золушка даже не заплакала. Просто села у окна с чашкой воды, представляя, что это мятный лавандовый латте с растительным молоком. И тут — бах. Мерцание в воздухе, лёгкий запах озона и хрустящего печенья. Появилась Фея-Крёстная.
— Привет, ты вызывала психолога? — спросила она, плюхаясь в кресло и доставая блокнот.
— Нет, но мне это... очень нужно, — призналась Золушка.
Фея оказалась не совсем обычной. Она не размахивала палочкой, а подписывала бумаги. Потому что работала официально. На бал можно было попасть только по договору временного превращения.
— Значит так, — объясняла она, — я превращаю тебя в шикарную леди. Платье, причёска, тыквенное такси — всё включено. Но в полночь заклинание рассеивается.
— Что, прямо по Москве? — испугалась Золушка.
— По внутренним ощущениям. Как только почувствуешь, что тебя перестали видеть такой, какая ты есть — всё, время вышло.
Золушка подписала договор (почти не читая, как это обычно бывает в сказках) и оказалась на балу.
Бал был... странный. Все ели миниатюрные капкейки, рассуждали о криптовалютах и писали рилс о своих чувствах. Принц оказался вполне себе: красив, в меру зануден и с лёгкой грустинкой в глазах, как будто накануне перечитал все письма бывшей.
Они танцевали. И вдруг — не сговариваясь — сели на лестницу в углу зала, сняли туфли и начали говорить по-настоящему. Про одиночество. Про давление ожиданий. Про усталость от бесконечного «будь лучше, веселее, успешнее».
— А если ты — это просто ты, и этого уже достаточно? — спросил Принц.
— Тогда я бы сейчас спала под одеялом, обнимая термос с чаем, — честно ответила Золушка.
Они рассмеялись. И тогда она поняла: время вышло. Не потому, что платье исчезло. А потому, что стало... слишком близко и страшно. Слишком по-настоящему.
Она поднялась, извинилась, вышла через чёрный вход и побежала, забыв туфельку. Не от паники. От облегчения.
Принц нашёл её через неделю. Не потому что искал, прикладывая туфельку к каждой ноге в королевстве (это было бы странно). Он просто вернулся на ту же лестницу, где они разговаривали тогда, когда в первый раз соприкоснулись их души. И она тоже там была. В шерстяных носках. Без макияжа. И с таким выражением лица, как будто впервые за долгое время — просто была собой.
Он сел рядом.
— Хочешь, останемся здесь и поговорим ещё немного?
— Хочу, — сказала она. — Только без балов, без пафоса. Просто по-человечески.
— А у тебя ещё остались те пирожки с яблоком?
Она кивнула. Он достал термос. И больше никто никуда не бежал.
Мораль:
Иногда настоящая магия случается не в бальных залах, а в тишине, где можно быть собой — в шерстяных носках, с пирожком и чашкой чая. А любовь приходит не тогда, когда ты сияешь, а когда ты — настоящий и уже не боишься быть близким.
С уважением и любовью, Ваш психолог Мария Новикова💛
Для записи на индивидуальные консультации пишите в тг @Mariya_Novikova777
Подписывайтесь на мой тг-канал @MariyaNovikova777, где много полезного и интересного🤗