Последний элемент — предательство союзников, стоит выделить только потому, что тезис «заграница нам поможет» долгое время был центральным в украинской пропаганде. Сейчас его так не выпячивают. Понятно, что если Трамп пойдет на сепаратные переговоры с Москвой, еще и договориться о чем-то, то это станет ударом по краеугольному камню украинской идентичность — стремлению попасть на Запад любой ценой. Если светоч и маяк западных ценностей их таким образом отвергнет, особенно после всех жертв, значит не считает за своих.
В идеологическом смысле для нас важно, чтобы Украина была отвергнута и брошена союзниками, но само по себе это войну не закончит, поэтому должно совмещаться с первым или вторым пунктом, многократно усиливая его действие. Текущие дипломатические усилия, такие как встречи в Стамбуле, звонки, обмены документами, направлены как раз в эту сторону. Не достичь компромисса с Киевом, а добиться сепаратного примирения с США.
Конечно, американский истеблишмент довольно скептически смотрит как на перспективы примирения с Москвой, и тем более перетягивания ее на свою сторону в вероятном конфликте с Поднебесной. Об этом говорят хотя бы возобновившиеся контакты между республиканцами и функционерами ЕС. Но даже если наши успехи ограничатся встречей Путина и Трампа, где политики дружелюбно пожмут друг другу руки и потом Трампа не съедят за это с потрохами, то это будет большим достижением.
Украинской пропаганде станет намного сложнее лепить из Вашингтона и Москвы полюса абсолютных добра и зла, если они допускают общение между собой. В этом отлично отдают себе отчет и в Киеве, и Европе, и тем более в русофобских кругах США.
Усилия всех наших оппонентов направлены на недопущение такого исхода. Для них украинство является стратегическим активом, который надо приумножать и пестовать, чтобы всегда иметь рычаг давления на Москву. Однако, до тех пор пока эти силы являются и оппонентами трампистов, то последние остаются заинтересованы в организации такой встречи.
Конечно, одними США список украинских союзников не ограничен. Есть ещё потенциальный предатель с форме Польши, которая совсем не заинтересована во вступлении Украины в ЕС, поскольку это станет ударом как по польским крестьянам, так и по бюджету. Варшава живёт на субсидии ЕС, которые придется перераспределить в Киев. Однако, на этом поле публичные шаги исключены, а подковерные движения сложно прокомментировать. Даже если соответствующие слухи ходят.
Как можно увидеть, по всем трем путям проводятся вполне конкретные мероприятия, без скатывания в крайности. Это требует от нас поддержания относительно гибкого, даже миролюбивого образа, даже перед лицом постоянных провокаций. Хотя бы на этапе активных переговоров. Мы все же боремся не с Украиной, а с украинством, и в этом деле хитрость и тактика гораздо важнее грубой силы.
Максимально упрощая, наша последовательность действий могла бы быть такой: наращивать усилия на фронте без решительного броска в ожидании договоренностей с США. После «сделки», или если она окончательно сорвется, одновременно увеличить как военное, так и дипломатическое давление на Украину, рассчитывая, что Киев либо сам покончит со своими нацистами, либо будет окончательно разбит.
Конкретные формы могут быть разными, но тут надо оговориться, что нам не интересно давать рекомендации (и без нас есть желающие). Напротив, пытаемся предугадать действия нашего руководства, основываясь на прошлом опыте. Верен ли наш анализ, узнаем довольно скоро, поскольку события явно активизировались.
