Проекты сверхтяжелых танков массой до 1000 тонн, разработанные в 1933 году Эдвардом Гроте в Советском Союзе
Изначальная концепция того, что потом стало танком, предполагало создание "наземного броненосца". Финальная боевая машина, созданная Комитетом по Сухопутному Флоту, получилась раз в 10 легче того, о чем думали изначально. Вместе с тем, мысли о создании чего-то грандиозного никуда не делись, хотя их и старались придавить до того, как начнется реализация в металле. Такие проекты появлялись в головах далеко не у одних фантастов. Они периодически всплывали в сознании людей, обремененных званиями и должностями. Это оставило свой, порой почти позабытый след в истории.
Имя немецкого инженера Эдварда Гроте нельзя назвать совсем уж неизвестным. Наиболее знаменитой его разработкой стал "мощный танк", разработанный в Советском Союзе. Несмотря на то, что в серию танк не пошел, для своего времени это была крайне интересная конструкция. Также широко известен в узких кругах немецкий сверхтяжелый танк P.1000, который порой именуют как Ratte. Работал над ним всё тот же Гроте. Впрочем, более интересен предшественник данного стального гиганта. Разработан он был в 1933 году, и это отнюдь не инициатива немецкого инженера.
С точки зрения документальной базы материалов по 1000-тонному танку Гроте, проект которого был создан в 1933 году, материалов очень мало. Вместе с тем, есть еще один источник, который находится вне архивов. Речь идет о немецком военном журнале Kraftfahrkampftruppe, где издавались самые разные материалы. В сентябре 1937 года на страницах журнала случилась словесная перепалка между Эдвардом Гроте и Гюнтером Бурштынем, который иногда считается изобретателем танка. Последний посчитал Гроте фантазером, назвав его детище нереалистичным. Нельзя сказать, что Бурштынь был неправ. Его расчеты, особенно с точки зрения скорости движения, выглядели вполне убедительно. Главное, что в ответ на критику Гроте ответил.
Ответный материал, конечно, местами был похож на мемуары барона фон Мюнхгаузена. Особенно что касается перспектив его танков. Вместе с тем, отчасти написанное Гроте вполне пересекалось и теми документами, которые имеются, например, в Российском Государственном Военном Архиве (РГВА). И они говорят о том, что Гроте отнюдь не являлся безумным изобретателем, который предложил некую странную штуковину. 1000-тонный танк стал результатом идей, которые бурлили в голове небезызвестного Н.М. Тухачевского. Причем появился такой танк не сразу, став апогеем разработки стальных монстров.
Тухачевский, как известно, внимательно следил за идеями зарубежных военных. В том числе и французских. Например, за деятельностью генерала Поля-Мориса Вельпри, в 30-е годы ставшего генерал-инспектором по танкам. Так вот, Вельпри на полном серьёзе в 20-е годы предлагал 600-тонный танк прорыва. Он же довольно активно продвигал Char de rupture, то есть танки прорыва. Можно заметить, что после назначения Тухачевского начальником вооружений РККА стали развиваться самые разные проекты. Многие из которых имели зарубежное происхождение по концепции. В их числе оказались и 90-тонные танки прорыва, среди которых оказался Т-42, которому Эдвард Гроте имел прямое отношение. Так вот, как раз в это время и родился проект еще более тяжелого танка прорыва, причем Тухачевский опять смотрел на французов.
Об том, как вообще родился этот проект, Гроте весьма подробно объяснял на страницах журнала:
"Во время подготовки к строительству 1 000-тонного танка происходило обсуждение разработки конструкции «танка-крепости». Аргументация была следующей: границы Советского Союза настолько велики, что об укреплениях по европейскому образцу (Франция) нечего и думать, поэтому необходимо искать новые пути. «Вы, немцы, – так говорил тогда офицер из окружения Тухачевского, – во время Мировой войны поразили противника своими дальнобойными орудиями, почему бы вам и в танкостроении не добиться результатов выше средних?» Хотя такую похвалу я, конечно же, не заслужил, она оказала на меня нужное воздействие – стимулировала бросить все силы на выполнение поставленной задачи. Накопленные к тому моменту опыт и экспериментальные данные прежних типов танков были крайне ценными, особенно те, что частично противоречили прежнему опыту строительства, которые побуждали меня протестовать против критических возражений господина Бурштыня в отношении моих данных по проекту 1 000-тонного танка.
Вес машины-мамонта был ограничен 1 000 тоннами. Изображения спроектированного эскизного проекта отражают ход мысли. Советские военные сначала требовали оснащения тяжёлой артиллерией, чтобы машины могли обеспечивать необходимую защиту границ и побережья, помимо неподвижных укреплений. Кроме того, этого вдоль границ России должна быть создана «зона нейтральной полосы» шириной от трёх до пяти километров, на которой будут действовать эти подвижные укрепления. Местность в России исключительно хорошо подходит для этого требования. Едва ли есть дороги западноевропейского типа; мостов также нет, за исключением железнодорожных, которые вряд ли отвечают современным требованиям и часто находятся на расстоянии сотен километров. Уже 100-тонный танк прорыва представляет в этом отношении трудности, поскольку ещё во время разработки танка приводились соображения, что следует увеличить глубину преодолеваемого брода. Длина 100-тонного танка была 12 м, ширина – 3,2 м, а высота – 2,85 м. Однако глубина брода в 4 м была минимальной, которая предположительно требовалась для преодоления брода средней реки. Танк весом в 1 000 тонн брод такой глубины мог преодолеть без труда."
Обсуждение проекта данного танка шло непосредственно с Тухачевским. Во время одного из таких обсуждений было сказано следующее:
"Для охраны границ большого советского пространства не подходят укрепления, подобные тем, что возводят европейские капиталистические, буржуазные государства. Строительство по такому принципу потребовало бы настолько большого количества материалов и заняло бы так много времени, что на его осуществление ушли бы десятилетия». И далее: «Поэтому необходимо, приняв революционные меры и максимально задействовав технические приёмы, найти способы и средства построить машины-крепости, похожие на мониторы, которые могли бы действовать на широком участке суши, как это делают военные корабли на море".
Надо сказать, что изначально речь шла не совсем про танк, да и его боевая масса оказалась ниже. Как писал сам Гроте, изначально речь шла о самоходном железнодорожном орудии, с парой гусеничных шасси в качестве базы. Интересно, что 10 лет спустя что-то похожее разработали сами немцы (Krupp), но с меньшей массой. У Гроте данный проект имел боевую массу 600 тонн. Данный проект Тухачевского не устроил, прежде всего из-за слабой броневой защиты и низкой скорости. Поэтому появился второй проект, уже с установкой тяжелого орудия на единой платформе, тоже с боевой массой 600 тонн. Впрочем, и он также не устроил советское командование.
Так на свет появился третий проект, чья боевая масса оказалась в районе 900-1000 тонн. К нему были составлены следующие требования: "длина – 34 м, ширина – 10 м, высота – 11 м, клиренс – 2 м, броневая защита – до 300 мм в уязвимых местах, противовоздушная оборона, отсутствие наземной противовоздушной обороны, поскольку опасность поражения полевой артиллерией практически исключена." При этом к танку предъявлялись жесткие требования по скорости, то есть предполагался не тихоходный гигант, а нечто, способное двигаться со скоростью до 50 км/ч. Так что зря Бурштынь смеялся - от Гроте такого требовали сверху.
Итогом стала разработка "классического" 1000-тонного танка, который в марте 1933 года был представлен "геноссе Духачевскому" (как его указал сам Гроте). Назвал он своё детище танком-крепостью, проработал он его в двух вариантах. В первом, наиболее известном варианте, танк предполагалось сделать шестибашенным. В башне главного калибра размещалось два орудия калибра 305 мм, в двух носовых башнях находились по два орудия калибра 152 мм в каждом, по бортам предусматривалось две башни, в каждой из которых стояло по паре пушек калибра 76 мм, сзади стояла башня с двумя 45-мм пушками, которые предполагалось использовать как зенитные. Второй вариант отличался тем, что число башен было сокращено до четырех, соответственно, спаренные установки 76-мм пушек отсутствовали. Поскольку было понятно, что обычная гусеница не выдержит такой нагрузки, ходовая часть предусматривалась строенной.
Следует отметить, что основной задачей, которую ставил перед собой Эдвард Гроте, было создание танка береговой обороны. Собственно говоря, на втором эскизе инженер изобразил бой 4-башенной версии "танка-крепости" с вражеским флотом. Про скорость он не забыл: по проекту, 1000-тонный танк развивал скорость до 60 км/ч (!). Экипаж составлял 40 человек, а общая мощность двигателей составляла 24000 лошадиных сил. То есть с удельной мощностью у монстра Гроте было всё в порядке. Толщина брони при этом достигала 300 мм.
Самое интересное, что в ответ на разработку Гроте был спроектирован советский, альтернативный вариант танка. Создали его также по приказу свыше. Преподавательский состав ВАММ КА предложил танк массой 500 тонн, который должен был оснащаться двигателем мощностью 6000 л.с. и развивать скорость до 30 км/ч. Руководил работами М.В. Данченко, также в данном проекте принимали участие военные инженеры П. Федоров, Я.Е. Бинович и А.И. Благонравов. Вооружение у советского "Танка-крепости" было заметно скромнее, чем у разработки Гроте: 2 пушки калибра 107 мм, 2 пушки калибра 76 мм, 2 пушки калибра 45 мм и 4-12 пулеметов ДТ. К сожалению, изображения этого проекта отсутствуют. Известно, что в июне 1933 года был подготовлен эскизный проект, а в июле эксперименты по созданию танков-гигантов решили прекратить.
История "танка-крепости" лишний раз показывает, что подобное безумие появляется не на пустом месте. И даже Тухачевский своего монстра стал плодить не просто так, а посмотрев на французов. Разница в том, что у Вельпри его 600-тонный монстр дальше книги не пошел. Хотя позже он всё же начал выращивать своих чудовищ для Линии Мажино, начав с 45-50 тонн, и дойдя до 150 тонн. Тухачевский же решил идти дальше, правда, в 1933 году его стальные монстры умерли, поскольку даже Т-39, также созданный не без идейного участия начальником вооружений РККА, получился безумно дорогим. В итоге разумно посчитали, что 90-тонный танк за более чем 3 миллиона рублей Красной Армии не нужен. Про 1000-тонный "танк-крепость" и говорить не приходилось. Но некоторые идеи заразительные: в 1942 году этот проект возродился в то, что знают как P.1000. Впрочем, это уже совсем иная история.
Автор благодарит Михаэля Фрёлиха (Michael Fröhlich), Германия, и Вадима Антонова, г. Москва, за помощь при подготовке данного материала.
Список источников:
РГВА
Архив Михаэля Фрелиха
Kraftfahrkampftruppe 09-1937
Другие материалы по проектным сверхтяжелым боевым машинам:
Проект "Универсальной Военной Машины", предназначенной для полного разгрома Германии
Цилиндрический бетонный ДОТ-вездеход инженер-капитана Венкова
Czołg P и другие проекты, предлагавшиеся советским военным в 1944 году Станиславом Лемом