– Всё в порядке?
– Конечно.
– Ты уверена?
– Угу. Она улыбалась. Как всегда.
Вежливо. Спокойно.
Ставила ужин.
Собирала вещи за детьми.
Не спорила. Не плакала. Не хлопала дверью.
Просто жила. И он думал: Если не жалуется – значит, всё нормально. Анна была из тех женщин, что «удобные».
Не капризничает. Не истерит. Не требует. Когда муж задерживался – молчала.
Когда забывал даты – улыбалась.
Когда говорил обидное – делала вид, что не задело. Она не жаловалась даже подруге.
Потому что «это мелочи». Потому что «у других хуже». Потому что «главное — семья вместе». Она очень старалась быть хорошей женой.
Настолько, что постепенно перестала быть собой. Однажды он пришёл домой — и квартира была пуста. Детей не было. Её не было. Даже тапочки, те самые домашние, лежавшие у двери — исчезли.
На кухне стояла записка: «Я не хочу больше молчать. Но я слишком долго училась молчать — и уже не умею говорить рядом с тобой.
Поэтому ухожу. Не из каприза. Из инстинкта самосохранения.
Я не кричала. Но ты не сл