Этот необычный портрет изображает двойной портрет немецкой пары XVI века — Юстиниана и Анны фон Хольцхаузен.
Между ними сидит младенец. Это не их ребенок (хотя у пары было одиннадцать детей), а изображение Амура — классического бога желания и эротической любви. Изображения Амура в искусстве Северной Европы были крайне редкими.
И это только начало уникальности этой картины.
Амур сидит на мраморном балюстраде на бархатной подушке и, кажется, руководит неким ритуалом между мужем и женой. Он передает мужчине золотую стрелу, а женщине — гроздь винограда.
На первый взгляд, эти жесты символизируют чувственную любовь. В иконографии традиционно золотые стрелы Амура ассоциируются с внезапным, неудержимым желанием. Аналогично, гроздья винограда — своей округлой формой, сочной текстурой и мифологическими ассоциациями с вином и пиршествами — воспринимаются как символ изобилия и плодородия.
И муж, и жена участвуют в этом ритуале, принимая предметы, бережно удерживая их между пальцами. Кажется, каждый из них принял свою естественную роль в браке.
В таком случае, не смотрим ли мы на картину, которая рекомендует плотскую страсть как основу успешного брака?
Больше, чем кажется на первый взгляд
Автор картины — Конрад Фабер фон Кройцнах, ведущий портретист элиты Франкфурта начала 1500-х годов.
Если бы Фабер хотел поставить эротическую любовь в центр композиции, это было бы необычайно откровенным изображением роли секса для того времени.
Однако дальнейший анализ показывает, что всё гораздо сложнее.
Более глубокие нюансы становятся ясны, когда мы узнаём о супругах.
Юстиниан фон Хольцхаузен (1502–1553) был заметным немецким советником, дипломатом и генералом, чья политическая карьера в родном Франкфурте привела его к высшим муниципальным должностям.
В 1528 году он женился на дочери патриция Анне Фюрстенберг (1510–1573), дочери старшего бургомистра Филиппа Фюрстенберга. Эта картина была создана восемь лет спустя после свадьбы, вероятно по заказу самого фон Хольцхаузена.
Известно, что фон Хольцхаузен был увлечён гуманистическими учениями, что объясняет неожиданное появление Амура. Многие символы на картине отражают стремление фон Хольцхаузена продемонстрировать своё классическое образование. В XVI веке гуманистическая культура служила средством, с помощью которого придворное общество выделялось как утонченное и морально возвышенное.
Гуманизм возник во Флоренции эпохи Возрождения среди дипломатов и учёных, хорошо знавших латынь, греческий и античную культуру. Среди его многочисленных принципов была идея, что человек — центр собственной вселенной, а достижения литературы, классического искусства, рационального мышления и науки начинают соперничать с доминированием христианского мировоззрения.
Возможно, неудивительно, что Юстиниан и Анна были одними из первых немецких аристократов, открыто принявших Реформацию.
Чтобы подчеркнуть свою широкую образованность, пара дала классические имена своим шести сыновьям: Траян, Юстиниан, Ахилл, Джон Гектор, Иероним Август и Юлий.
Слепая любовь?
Сомнения в первоначальном толковании чувственной любви как основы брака вызывает природа повязки на глазах Амура.
В искусстве крылатый Амур часто изображается с повязкой, символизирующей его детскую импульсивность и мимолётность. Повязка на глазах означает иррациональную сторону любви — как она поражает внезапно, игнорирует разум и часто заставляет влюблённых руководствоваться чувствами, а не логикой.
Однако на этой картине повязка прозрачная. Любовь теперь не такая безрассудная — она ясновидящая.
Аналогичное значение имеет и то, как супруги принимают предметы от Амура.
Приглядитесь: фон Хольцхаузен не держит золотую стрелу, предложенную богом любви, а лишь касается её кончика. На наконечнике стрелы — крошечное пламя и искры — огонь и вспышка чувственной страсти.
Собирается ли фон Хольцхаузен схватить её и поддаться искушению? Скорее, кажется, что он готов потушить это пламя между пальцами.
Отголоски этого движения видны и в том, как Анна держит гроздь винограда, аккуратно за черенок.
Держать виноград за черенок — редкий мотив североевропейского искусства. Как показал искусствовед Эдди де Йонг, такой жест — когда гроздь слегка сжата за черенок, обычно женщиной — был обычным символом целомудрия в северном искусстве.
Идея держать именно черенок заключается в противопоставлении зрелого сочного винограда и хрупкой девичьей добродетели, где малейшее неосторожное прикосновение может испортить её репутацию. Держать черенок вместо самой грозди — доказательство её чистоты.
В брачном портрете виноград и его вьющиеся лозы можно рассматривать как символы христианской плодородности, как говорится в Псалме 128: «Жена твоя будет как плодоносящая лоза в доме твоём».
По словам де Йонга, этим жестом Анна рекламирует свою «вторую девственность» — несмотря на брак, она демонстрирует умеренность в супружеской любви. Она прежде всего мать, а роль секса — продолжение рода.
Больше символов
Таким образом, перед нами — строго гендерный портрет, который много говорит о ролях мужчин и женщин в браке.
Эротические коннотации Амура перевернуты и заменены нравоучительным комментарием о правильном поведении в браке. Бог теперь символизирует духовную любовь, устремляя острый взгляд на виноград, а не на стрелу чувственной страсти.
Теперь остальные элементы картины начинают складываться в единое целое.
На выступе перед мужчиной лежит одно яблоко — символ первородного греха и падения человека. Вместе с яблоком — и Амуром, который любопытно параллелен младенцу Христу — возникает надежда на искупление.
Даже узел, который держит колчан Амура, отсылает к брачному узлу.
Если посмотреть шире, нельзя не заметить, что за мужчиной открывается широкий пейзаж — скорее всего, изображение Франкфурта с соседней горы Лорберг (одно из самых ранних изображений города). Тем временем женщина находится ближе к стене, более «затворнически».
Такое намеренное деление пространства связывает мужа с внешним миром — а значит, с его гуманистическим образованием, путешествиями и разумом, — а жену — с внутренним, домашним миром, миром обязанностей и преданности.
Обратите внимание на зеркало за женщиной. В отличие от обычных случаев, когда зеркало в искусстве — символ саморефлексии и стремления видеть истину, это зеркало висит позади её головы.
Она отвернулась от зеркала, что, как предполагает историк Роберт Болдуин, метафорически обозначает верную жену, которая отражает желания, мысли и чувства мужа, а не свои собственные.
Болдуин цитирует Эразма из диалога «О браке» (1523): «Как зеркало, если оно хорошее, всегда отражает образ смотрящего в него, так и жена должна отражать настроение мужа».
Эта идея уступчивости мужу также проявляется в окне с цветным стеклом за спиной, где полностью виден герб семьи Хольцхаузен, а герб семьи Фюрстенберг у жены частично скрыт.
Передышка?
Этот насыщенный символами портрет предлагает не просто изображение союза двух людей — он представляет собой удивительный взгляд на то, как образованная элита Ренессансной Германии понимала брак и сложные взаимоотношения между чувственностью и добродетелью.
Если роль Анны — послушная жена, то в этом есть и намек на её самореализацию. Перекос в её золотой цепочке, возможно, символизирует индивидуализм или самоопределение, намекая на то, что этот брак был союзом по любви, а не по расчету.
Окно за ней, будучи полупрозрачным барьером, укрепляет как физическую стену, так и её эмоциональную изоляцию, но при этом впускает естественный свет — намек на возможность духовного просветления. Нижняя створка окна открыта, показывая извилистую реку, которая повторяет вьющиеся лозы виноградной грозди.
Со всеми этими элементами барьер начинает растворяться, символически открывая путь между праведным долгом и супружеской гармонией.
В итоге эта сложная картина оставляет заманчивое двусмысленное впечатление. Складывается ощущение, что в изображении сосуществуют обе стороны любви — чувственная и преданная, — которые не противостоят, а искусно дополняют друг друга в тонком равновесии.