Сергей никогда не думал, что станет экспертом по женским прокладкам. И уж тем более — что будет различать их по цвету упаковки, впитываемости и наличию крылышек.
— Пап, ты купил? — Катя, средняя, встретила его в прихожей, переминаясь с ноги на ногу.
— Купил, купил, — он достал из пакета розовую упаковку. — Вот, с крылышками, как ты просила.
— Это не те! Я же говорила — в голубой пачке!
— Да какая разница? — не выдержал Сергей. — Одно и то же же!
Катя закатила глаза:
— Пап, это всё равно что тебе дать другую бритву. Эти натирают.
Он вздохнул и полез за кошельком:
— Ладно, сейчас схожу еще раз.
— Не надо, — Катя махнула рукой. — Я у Машки одолжу.
Полгода назад Сергей думал, что не выживет. Когда Наташа умерла, ему казалось, что мир рухнул. Три дочери: Лена — шестнадцать, Катя — четырнадцать, Соня — двенадцать. И он один. Совсем один.
— Пап, ну скажи ей! — Лена ворвалась на кухню. — Соня опять рылась в моих вещах!
Сергей устало потер переносицу. Рабочий день выдался тяжелым, а дома новая серия бесконечного сериала "Мои дочери хотят меня убить".
— Соня! — крикнул он. — Иди сюда!
Младшая появилась на пороге кухни. Глаза опущены, но в уголках губ пряталась улыбка.
— Я ничего не брала, — сразу начала оправдываться. — Просто посмотрела.
— Она надела мое платье! Мое новое платье! И растянула его своими... — Лена осеклась, видимо вспомнив, что говорит с отцом.
— Своими чем? — не понял Сергей.
— Неважно, — отрезала Лена. — Главное — она берет мои вещи без спроса!
Сергей посмотрел на младшую:
— Соня, почему ты берешь вещи сестры?
— Потому что у неё красивые, а ты мне таких не покупаешь, — прямо ответила Соня. — И вообще, раньше мама всегда нас водила по магазинам, а теперь мы ходим в чем попало.
Сергей замер. Наташа. Опять Наташа. Дыра в груди снова начала саднить.
— Платье верни, — только и сказал он. — И больше без разрешения не бери. А в выходные поедем в торговый центр.
Когда дочери ушли, он сел за стол и закрыл лицо руками. Наташа бы знала, что делать. Наташа всегда знала.
В торговом центре Сергей чувствовал себя инопланетянином. Женский отдел был заполнен разноцветными тряпками, от количества которых рябило в глазах.
— Пап, смотри! — Соня крутилась перед зеркалом в коротком розовом платье. — Мне идет?
Сергей нахмурился:
— Оно какое-то... короткое.
— Оно нормальное! — возмутилась дочь. — Все так ходят!
— Все-все? — переспросил он. — Или только те, кому мамы разрешают?
Соня замерла. В глазах мелькнула обида.
— У меня нет мамы, — тихо сказала она. — Мне никто не разрешает. Ты даже не смотришь, что я ношу.
Сергей почувствовал, как к горлу подкатывает ком. Он опустился на корточки перед дочерью:
— Сонь, прости. Я... я не умею это все. Не умею, понимаешь? Я не знаю, какие платья нормальные, какие нет. Не знаю, что сейчас носят. Наташа... мама знала. А я не знаю.
Девочка смотрела на него широко раскрытыми глазами.
— Давай так, — предложил Сергей. — Ты выбираешь, что тебе нравится. Показываешь мне. Если это совсем ужас — я говорю "нет". Если нормально — берем. Договорились?
Соня кивнула и вдруг обняла его:
— Ты хороший папа. Просто глупый иногда.
— Еще какой глупый, — усмехнулся Сергей, чувствуя, как отпускает напряжение.
— Пап, можно к Вике на ночевку? — Катя сидела на кухне, болтая ногами.
— Это которая Вика? — уточнил Сергей, нарезая овощи для ужина.
— Которая с зелеными волосами, — подсказала Соня, не отрываясь от телефона.
— С зелеными? — Сергей нахмурился. — А родители у нее есть?
— Пап! — возмутилась Катя. — Конечно есть! Её мама работает в банке. У них большая квартира и собака.
— А зачем тогда зеленые волосы? — не понял Сергей.
Все три дочери синхронно закатили глаза.
— Это просто цвет, пап, — терпеливо объяснила Лена. — Это сейчас модно.
— Да-да, — кивнул Сергей, хотя ничего не понял. — И что вы будете делать на этой... ночевке?
— Обычные девчачьи штуки, — пожала плечами Катя. — Маски для лица, фильмы, разговоры.
— О чем разговоры? — насторожился Сергей.
— Ой, все, — Катя встала. — Я поняла. Никуда нельзя.
— Я этого не говорил, — запротестовал Сергей. — Просто спросил.
— Ты всегда "просто спрашиваешь", — огрызнулась Катя. — А потом не пускаешь. Мама бы разрешила!
И она выскочила из кухни. Хлопнула дверь.
Сергей с силой воткнул нож в разделочную доску.
— Она не со зла, — тихо сказала Лена. — Просто ей обидно.
— А мне не обидно? — вырвалось у Сергея. — Думаете, мне легко? Я не знаю, что делать! Не знаю, как вас воспитывать! Я должен вас защищать, но от чего — не понимаю!
Он осекся, увидев, как Соня втянула голову в плечи.
— Прости, — сказал он. — Я не хотел кричать.
— Можно, я скажу? — Лена подошла ближе. — Только ты не обижайся.
— Говори, — кивнул Сергей.
— Ты очень боишься, — просто сказала Лена. — Мы понимаем почему. Из-за мамы. Но ты не можешь запереть нас дома навсегда. Мы должны жить.
Сергей смотрел на старшую дочь и видел в ней Наташу. Те же глаза, тот же упрямый подбородок.
— Когда ты стала такой умной? — спросил он с горькой улыбкой.
— Когда пришлось, — ответила Лена.
К ночевке у Вики Сергей подготовился основательно. Созвонился с родителями, уточнил адрес, договорился, что сам привезет и заберет.
— Только не позорь меня, — умоляла Катя, когда они подъезжали к дому. — Не задавай глупых вопросов.
— Каких, например? — заинтересовался Сергей.
— Ну, про мальчиков там... или про выпивку.
— А что, будет выпивка? — насторожился он.
— Пап! — простонала Катя. — Вот об этом я и говорю!
Вика действительно оказалась с зелеными волосами. Точнее, с зеленой прядью. Остальные были самые обычные, русые. Её мама, Ольга, приветливо улыбнулась:
— Не переживайте, присмотрим за девочками.
— Я не переживаю, — соврал Сергей.
Ольга понимающе кивнула:
— Я знаю, каково это — одному с ребенком. Мы с мужем развелись, когда Вике было пять.
— А я... — начал Сергей и запнулся. — Моя жена умерла. Полгода назад.
Ольга коснулась его руки:
— Мне жаль. Если что-то нужно — обращайтесь. Правда.
В её глазах было что-то такое... понимание? Сочувствие? Сергей сам не заметил, как рассказал ей про свои страхи, про то, как боится ошибиться, как не знает, что делать с тремя девочками-подростками.
— Им не нужно, чтобы вы все знали, — улыбнулась Ольга. — Им нужно, чтобы вы были рядом. И любили их.
— Я люблю, — кивнул Сергей. — Больше жизни.
— Тогда все будет хорошо.
Дома Сергея ждал новый сюрприз. Лена сидела на кухне с заплаканными глазами.
— Что случилось? — испугался он.
— Артем бросил меня, — выдавила Лена и снова расплакалась.
— Какой еще Артем? — опешил Сергей.
— Мой парень!
— У тебя есть парень?! — Сергей почувствовал, как земля уходит из-под ног. — С каких пор?
— Несколько месяцев уже, — всхлипнула Лена. — Я не говорила, потому что знала — ты будешь против.
Сергей сел напротив дочери, пытаясь переварить информацию.
— И почему... почему он тебя бросил?
— Сказал, что я слишком сложная, — Лена вытерла слезы. — Что с тех пор, как мама умерла, я стала другой. Закрытой.
Сергей почувствовал, как внутри поднимается ярость:
— Дай мне его телефон, я поговорю с этим козлом!
— Пап! — ужаснулась Лена. — Только попробуй! Я тебя возненавижу!
— Но он не имеет права так с тобой...
— Имеет, — перебила Лена. — Он просто сказал правду. Я действительно изменилась. Мы все изменились. И ты тоже.
Сергей замолчал. В комнате повисла тишина, нарушаемая только тиканьем часов.
— Знаешь, чего мне не хватает больше всего? — вдруг спросила Лена. — Не маминых блинчиков по воскресеньям. Не её помощи с уроками. Даже не советов про мальчиков.
— А чего? — тихо спросил Сергей.
— Того, как она смеялась, — Лена слабо улыбнулась. — Громко, запрокинув голову. И мы все начинали смеяться. Помнишь?
Сергей кивнул.
— Мы больше не смеемся, пап, — просто сказала Лена. — Вообще. Никогда.
Этой ночью Сергей не спал. Слова дочери не давали покоя. "Мы больше не смеемся". Наташа бы этого не хотела. Она всегда говорила: "Даже в самые тяжелые времена нужно находить повод для улыбки".
Утром он разбудил всех дочерей, включая сонную Катю, вернувшуюся с ночевки.
— Одевайтесь, — скомандовал он. — Едем.
— Куда? — недоуменно спросила Соня.
— Увидите.
Через час они уже были за городом, на маленькой ферме, где разводили альпак.
— Пап, ты что, с ума сошел? — не поверила Катя, глядя на забавных лохматых животных.
— Возможно, — улыбнулся Сергей. — Но Наташа... мама всегда хотела сюда приехать. Говорила, что нет ничего смешнее альпаки, которая улыбается.
Девочки неуверенно переглянулись. А потом Соня подошла к забору:
— Можно их погладить?
— Конечно, — кивнул работник фермы. — Только осторожно, они могут плюнуть.
— Плюнуть?! — ужаснулась Катя.
И в этот момент одна из альпак, словно услышав, повернулась и действительно попыталась плюнуть — но промахнулась. Соня отскочила с визгом, споткнулась и упала на траву. Секунду все молчали, а потом Соня вдруг расхохоталась — громко, заливисто.
К ней присоединилась Катя, потом Лена. А потом и Сергей. Они смеялись как сумасшедшие, до слез.
— Она... она... — Соня пыталась что-то сказать, задыхаясь от смеха. — Она на меня посмотрела так возмущенно! Типа: "Ну и чего ты отскочила? Я только поздороваться хотела!"
И новый взрыв хохота.
Сергей смотрел на своих смеющихся дочерей и чувствовал, как что-то внутри оттаивает. Что-то, что было заморожено с того самого дня, когда не стало Наташи.
— Доброе утро, хорошие мои, — Сергей поставил на стол тарелку с блинами. — Кто первый?
— Я! — Соня подскочила к столу. — С вареньем!
— А мне со сметаной, — попросила Катя.
Лена молча взяла блин и свернула трубочкой, как делала всегда.
— Не идеально, — признал Сергей, глядя на свое творение. — Но я тренируюсь.
— Ты уже неделю тренируешься, — хмыкнула Катя. — Но эти хотя бы не сырые внутри.
— Эй! — возмутился Сергей. — Между прочим, я нашел рецепт маминых блинов.
Девочки замерли.
— Где? — тихо спросила Лена.
— В её телефоне, — Сергей сел за стол. — Я наконец решился его разблокировать. Там... много всего. Фотографии. Записи. Рецепты.
— Покажешь? — Соня придвинулась ближе.
— Конечно, — кивнул Сергей. — Нам всем нужно это увидеть. Вместе.
— Пап, — вдруг сказала Катя. — А можно Вика придет к нам в гости? Её мама тоже хотела зайти. Спрашивала, не нужна ли нам помощь с чем-нибудь.
Сергей замер:
— Её мама?
— Ага, — кивнула Катя с хитрой улыбкой. — Она тебе понравилась, да? Я видела, как вы разговаривали.
— Я просто... Мы просто... — Сергей почувствовал, что краснеет.
— Она классная, — сказала Лена. — И готовит хорошо. В отличие от некоторых.
— Эй! — снова возмутился Сергей. — Я стараюсь!
— Знаем-знаем, — засмеялась Соня.
Сергей смотрел на своих девочек — и вдруг понял, что все будет хорошо. Не сразу. Но будет.
— Я вас люблю, — сказал он просто. — Всех троих. Больше жизни.
— И мы тебя, — ответила Лена за всех. — Даже когда ты покупаешь не те прокладки.
Сергей громко рассмеялся искренне, запрокинув голову.
Совсем как Наташа.
Надеюсь, эта история нашла отклик в вашем сердце. Я верю, что в каждом из нас живет невероятная сила — способность начать сначала, когда кажется, что мир рухнул. Если история вас тронула, буду благодарна за лайки и подписку на мой канал, где я делюсь такими теплыми, историями.
Обнимаю вас и до новых встреч!