Торговая война между США и Китаем 2025
Что такое торговая война и почему это важно?
Весной 2025 года глобальная торговая система столкнулась с очередным кризисом: 5 апреля президент США Дональд Трамп подписал указ о введении 10-процентных импортных пошлин для 185 стран, поставляющих продукцию на американский рынок. Спустя всего четыре дня, 9 апреля, последовал новый удар: дополнительное обложение для государств с положительным торговым балансом в отношениях с США. В число 60 стран, подвергшихся тарифам от 11% до 50%, вошёл и Китай — вторая экономика мира. В результате суммарная ставка пошлин на китайские товары достигла беспрецедентных 54%. Трамп охарактеризовал этот день как один из ключевых в истории Соединённых Штатов, назвав его «днем освобождения».
В связи с чем уже 10 апреля власти КНР объявили о зеркальных мерах — 34-процентных пошлинах на весь импорт из США. Уже вечером Трамп поднял пошлины на китайские товары до 145%. Так начался очередной этап торгового противостояния между двумя мировыми державами, последствия которого ощущаются далеко за пределами Вашингтона и Пекина.
Важно понимать, что торговая война — это не просто обмен санкциями и тарифами, а форма стратегического противостояния, в которой государства задействуют широкий арсенал экономических инструментов: от пошлин и квот до экспортных ограничений и санкционного давления. В условиях глобальной экономической взаимозависимости подобные меры нарушают устойчивость международных цепочек поставок, провоцируют колебания на финансовых рынках и формируют новые линии политического напряжения в мире. С учетом того, что торговое противостояние между США и Китаем достигло новой критической фазы, становится очевидно: экономика в XXI веке — это не только средство развития, но и ключевая арена геополитической борьбы.
Почему США и Китай тянут одеяло на себя?
США пытаются сохранить свое доминирующее положение в мировой экономике и политике, опасаясь стремительного подъема Китая в сферах искусственного интеллекта, полупроводников, зеленых технологий и телекоммуникаций. Америка активно вводит субсидии и тарифные барьеры, стремясь вернуть производство домой и сократить зависимость от китайских поставок. Кроме того, Вашингтон оказывает давление на союзников, чтобы ограничить доступ Китая к передовым технологиям, особенно в стратегически важных секторах. Все это делается ради сохранения лидерства, укрепления технологической независимости и продвижения собственных политических ценностей.
Китай, в свою очередь, тянет одеяло на себя, стремясь к самодостаточности и независимости от западных технологий, особенно после введения экспортных ограничений и санкций. Развивая собственную технологическую базу и импортозамещение, Пекин одновременно расширяет свое влияние за рубежом через инфраструктурные инвестиции и инициативу «Один пояс — один путь». Китайская стратегия включает усиление внешнеэкономических связей, сокращение зависимости от доллара и продвижение юаня в международных расчётах. В ответ на попытки сдерживания со стороны США Китай укрепляет альтернативные альянсы, такие как БРИКС, стремясь сформировать многополярную мировую систему, в том числе торговую: в первом квартале 2024 года товарооборот Китая с другими странами БРИКС вырос на 11 % в годовом выражении и составил 1,49 трлн юаней (около $206 млрд). Одним из основных товаров китайского экспорта в страны этого торгового альянса является механическая и электротехническая продукция.
В этом материале мы разберем причины эскалации конфликта, его последствия для мирового сообщества и возможные сценарии дальнейшего развития событий.
1. Исторический контекст
Формальное начало торговому противостоянию между США и Китаем было положено еще в 2018 году. Поводом для этого послужил резкий рост торгового дефицита США с КНР: по итогам 2017 года он достиг рекордных $375,2 млрд, что на 28,2 млрд превышало показатель предыдущего года. На этом фоне Бюро экономического анализа США обвинило Пекин в недобросовестной торговой практике и манипуляциях с валютным курсом юаня — ведь Китай экспортировал в США товаров на сумму более $505 млрд, тогда как американский экспорт в КНР составил лишь около 130 млрд.
«Я думаю, что мог бы объявить чрезвычайное положение в стране, поскольку они крадут и вывозят. Только кража интеллектуальной собственности колеблется от $300 до $500 млрд в год, а в целом мы теряем почти триллион долларов в год. И это длится в течение многих лет», – сказал Трамп.
В марте того же года администрация Дональда Трампа ввела пошлины на импорт стали и алюминия, ссылаясь на необходимость защиты национальной промышленности. Эти меры затронули широкий круг стран, и, конечно же, Китай, который особенно резко на них отреагировал, введя ответные тарифы на 128 американских товаров. Но в мае стороны временно договорились о приостановке взаимных тарифов, однако перемирие оказалось недолговечным — в июне США ввели пошлины на китайские товары на сумму $50 млрд, а в августе — еще на 16 млрд. В ответ Китай расширил список обложенной пошлинами американской продукции, оценив их общий объем в $60 млрд. И в сентябре 2019 года США сделали новый шаг, введя пошлины на китайский импорт объемом в $200 млрд — крупнейшее на тот момент усиление торгового давления.
Несмотря на эскалацию, все закончилось в середине января 2020 года Соединенные Штаты и Китайская Народная Республика заключили соглашение о «первой фазе» торговой сделки. Согласно договоренностям, Пекин обязался нарастить объемы закупок американских товаров, а Вашингтон — начать постепенное смягчение тарифной политики, ориентируясь на уровни, действовавшие до начала конфликта в 2017 году. При этом ряд ограничительных мер продолжил действовать.
«На самом деле мы сейчас очень хорошо ладим с Китаем, мы ведем переговоры. Я думаю, что они хотят заключить сделку даже гораздо больше, чем я. Я уже получаю много денег в тарифах, которые приходят сейчас миллиардами, хотя ранее мы не получали с Китая и 10 центов. Вот сейчас мы и посмотрим, что получится», – отметил Трамп.
«Попытки создавать эксклюзивные блоки или навязывать свою волю другим следует отвергать. История показала, что конфронтация, будь то холодная война, горячая война или торговая война, не приведет ни к чему хорошему», – заявил Си Цзиньпин.
2. Причины эскалации и действия участников в 2025 году
Среди ключевых экономических причин эскалации торгового конфликта между США и Китаем — стремление Вашингтона защитить стратегически важные отрасли национальной экономики, включая авиастроение и сельское хозяйство.
На фоне этого противостояния, американские власти усиливают протекционистские меры, в частности, ограничивают экспорт полупроводников и другой высокотехнологичной продукции в Китай. Пекин, в ответ на внешнее давление, наращивает инвестиции в развитие собственной технологической инфраструктуры с акцентом на независимость и импортозамещение. Можно утверждать, что обе державы активно конкурируют в таких стратегических направлениях, как 5G, искусственный интеллект и квантовые вычисления, осознавая, что контроль над этими технологиями напрямую влияет на будущее экономическое и военно-политическое лидерство.
Экономические сильные стороны США:
- занимают первое место в мире по объему ВВП, который составляет $28,7 трлн, что эквивалентно 26,3% мировой экономики;
- американский фондовый рынок доминирует на глобальной арене, составляя 61% от общей мировой рыночной капитализации;
- являются крупнейшим получателем ПИИ (прямые иностранные инвестиции) с общим объемом $10,5 трлн, что составляет 23,7% мировых инвестиций;
Экономические сильные стороны Китая:
- является мировым лидером в производстве, обладая крупнейшим промышленным сектором, который составляет значительную часть его экономики;
- крупнейший экспортер в мире, активно развивая инициативу «Один пояс — один путь» для укрепления своих торговых связей;
- ожидается, что к 2030 году около 27% работающих китайцев будут иметь высшее образование, что способствует развитию инновационной экономики.
3. Последствия торговой войны и реакция международного сообщества
Всемирная торговая организация предупредила, что введенные США и Китаем тарифные ограничения могут серьезно подорвать объемы международной торговли, что, в свою очередь, негативно отразится на динамике глобального экономического роста. По оценкам Всемирной торговой организации, мировой товарооборот сократится на 1,5%, а темпы роста мировой экономики замедлятся до 1,7%.
«Неопределенность способствует большей осмотрительности при принятии решений», — заявил представитель ВТО.
Американский авиастроительный гигант Boeing уже ощущает на себе последствия торгового противостояния с Китаем: два самолета модели 737 Max 8, предназначенные для китайских авиаперевозчиков, были возвращены, что вызвало падение акций компании на 3%. На фоне этих событий инвесторы выражают обеспокоенность, что влияние торговых ограничений на компанию может оказаться более существенным, чем предполагалось ранее.
Возврат самолетов стал по-настоящему символом уязвимости крупнейшего американского экспортера перед тарифным давлением. Это происходит в крайне неблагоприятный для Boeing момент — компания продолжает бороться с репутационными и операционными последствиями инцидента с разгерметизацией панели двери в воздухе в январе 2024 года, после которого пост генерального директора занял Келли Ортберг.
«Становится все труднее утверждать, что мы не находимся в состоянии новой холодной войны», — отметил бывший американский дипломат Рик Уотерс.
Также ситуацию прокомментировал и генеральный директор инвестиционной компании Carlyle Group Харви Шварц: «Но я думаю, что если подумать об информации, которую мы все видим на рынке, то для мировой экономики и торговли действительно важно, чтобы мы и Китай нашли место для сотрудничества и равновесия».
Директор института китайских исследований Фуданьского университета (Шанхай) Чжан Вэйвэй в ходе 10-го Сяншаньского форума в Пекине: «После того, как разразилась торговая и технологическая война между США и Китаем, я пришел к выводу, что США проиграют, и что они проиграют с треском», - подчеркнул эксперт.
Дополнительно, официальный представитель МИД КНР Го Цзякунь отметил, что протекционизм и строительство «маленьких дворов с высокими заборами» серьезно нарушили глобальные производственные и логистические цепочки в ущерб общим и долгосрочным интересам всех стран.
4. Прогнозы и возможные сценарии развития
Не стоит исключать, что нынешняя торговая война между США и Китаем может завершиться значительно раньше, чем предполагается. История торгового конфликта 2018 года служит прецедентом: тогда противостояние длилось чуть более двух лет и завершилось 25 августа 2020 года подписанием соглашения, устраивающего обе стороны. Вероятно, и на этот раз Вашингтон в конечном итоге пойдёт на компромисс.
Торговая война 2018 года нанесла ущерб многим странам, включая Россию. По оценке Минэкономразвития РФ, в том году из-за экономических санкций и других проявлений торговых конфликтов, в том числе американо-китайского противостояния, российская экономика потеряла около $6,3 млрд. Наибольшие убытки понесли металлургическая отрасль (около $4 млрд), сельское хозяйство ($1 млрд) и химическая промышленность ($0,6 млрд).
Генеральный директор Всемирной торговой организации (ВТО) Нгози Оконджо-Ивеала заявила: «Разделение мировой экономики на два блока может привести к долгосрочному сокращению реального мирового ВВП почти на 7%». Помимо этого, американский фондовый рынок завершил торговую сессию 3 апреля 2025 года с крупнейшими потерями с июня 2020 года: совокупная рыночная капитализация компаний снизилась на 2,9 триллиона долларов.
Китайские компании, такие как Shein и Temu, тоже ощутили последствия торговой войны. Shein приостановила IPO (первичное публичное размещение акций) в Лондоне из-за 145% тарифов США и отмены льгот на посылки до $800, что повысило цены на её товары и сократило продажи. В ответ компания начала пересматривать цепочки поставок, включая перенос производства в Турцию и Бразилию.
Temu столкнулась с резким снижением заказов из-за тарифов и почтовых ограничений, что поставило под угрозу её долю на американском рынке и вызвало финансовые трудности для материнской компании.
Косвенным подтверждением этому служит заявление экс-президента Дональда Трампа, который 20 апреля объявил о приостановке введения новых экономических пошлин после консультаций с министром финансов Скоттом Бессентом и главой Минторга Говардом Лютником. Кроме того, в мае этого года Трамп планирует провести встречу с Си Цзиньпином, что, безусловно, свидетельствует о позитивных тенденциях в отношениях между странами.
Да и вдобавок, несмотря на усиливающееся внешнее давление, Китай демонстрирует приверженность курсу на устойчивый экономический рост. Премьер Госсовета КНР Ли Цян заявил, что в 2025 году страна сохраняет целевой показатель роста ВВП на уровне около 5%. «Гигантский корабль экономики Китая продолжит рассекать волны и уверенно плыть в будущее», — отметил он. Всё это указывает на то, что ни Пекин, ни Вашингтон не заинтересованы в затяжном противостоянии, последствия которого неизбежно отразятся на глобальной стабильности.
Однако, с учетом того, что Дональд Трамп относительно недавно вернулся в должность президента США — его инаугурация состоялась 20 января — и учитывая его политическую риторику, можно предположить, что на начальном этапе он, возможно, будет придерживаться курса на ужесточение в отношении Китая. Ведь ранее Трамп неоднократно заявлял, что его подход к внешнеэкономической политике более эффективен, чем у предшественника, Джо Байдена: «Никто не делал так много в столь короткий период времени. Всего за два месяца, полагаю, я сделал больше, чем любой президент».
Такая позиция может означать, что в краткосрочной перспективе Дональд будет воспринимать эскалацию торговой войны как стратегически верный шаг, не требующий немедленной корректировки. Это создаёт дополнительную неопределённость для глобальной экономики — фактор, который вызывает обеспокоенность у международных финансовых институтов.
Так, президент Всемирного банка Аджай Банга, в преддверии полугодовой встречи мировых финансовых лидеров в Вашингтоне, отметил, что усиливающаяся геополитическая и экономическая нестабильность уже оказывает сдерживающее воздействие на мировую экономику: «Неопределённость и волатильность, несомненно, способствуют более осторожной экономической и деловой среде».
В дополнение можно отметить, что из-за политической неопределённости, связанной с действиями Трампа, сельскохозяйственная отрасль США уже серьёзно пострадала в результате торговой войны:
«Я думаю, крайне наивно полагать, что избрание Трампа и победа Республиканской партии будут иметь позитивные последствия для сельского хозяйства», — сказал Джей ОʼНил, консультант по зерновой промышленности, работавший экономистом в Канзасском университете.
5. Заключение
Остается надеяться, что в ближайшем будущем Дональд Трамп пересмотрит свою позицию и осознает: эскалация торгового конфликта со второй по величине экономикой мира вряд ли принесет долгосрочные выгоды — ни Соединенным Штатам, ни глобальной экономике в целом. В конечном итоге основное бремя последствий ложится на плечи простых граждан, которые, независимо от географии, выступают против любых форм конфронтации, включая экономическую.
Стоит отметить, что это оказывает влияние и на Россию: по оценке главного экономиста Bloomberg Economics по России Александра Исакова, в 2025 году федеральный бюджет страны может недополучить более 1 трлн рублей из-за падения спроса на нефть и другие сырьевые товары на фоне торговой войны с участием США и введённых президентом Дональдом Трампом пошлин. Такая сумма составляет около 2,5% от запланированных доходов бюджета и может быть компенсирована за счёт увеличения дефицита:
«По оценке Минфина РФ, в I квартале 2025 года нефтегазовые доходы России сократились на 9,8% на фоне снижение цены нефти, крепкого рубля и сокращение экспорта газа по сравнению с I кварталом 2024 года. В целом по году при ценах на нефть как в начале апреля это приведет к снижению доходов против плана на 15-20% и потере порядка 1,7-2 трлн рублей против плана в 10,9 трлн рублей», — говорит Александр Исаков.
Андрей Пономаренко, UJ, текст создан при помощи ИИ