О том, почему тела могут не вернуться на Украину, – обозреватель «Абзаца» Игорь Пшеничников.
Одним из вопросов состоявшегося в Стамбуле второго раунда переговоров между делегациями России и Украины была передача украинской стороне тел погибших солдат ВСУ. Помощник президента РФ и глава нашей делегации Владимир Мединский анонсировал одностороннюю передачу Киеву шести тысяч тел солдат. По его словам, они идентифицированы и готовы к транспортировке на следующей неделе.
Гуманитарные соображения, которые стоят за этим актом доброй воли, совершенно понятны. Кроме того, у Москвы нет никакого резона держать на своей стороне трупы украинских военнослужащих, тем более – такое количество. Мы проявляем уважение к погибшим не потому, что они были вэсэушниками, а потому, что уважительное отношение к телу мертвого человека присуще всем нормальным людям. Кроме того, и это совершенно понятно: сбережение тел погибших требует финансовых затрат. И Москва не должна нести эти расходы за Киев.
Между тем, хотела того российская сторона или нет, Украина восприняла это сообщение Мединского как удар под дых. Киев объективно оказался в крайне щепетильном положении, поскольку скрывает от своего населения истинное положение дел на фронте и катастрофическое количество потерь живой силы. В данном конкретном случае речь шла лишь о военнослужащих ВСУ, нашедших свой конец в Курской области.
Даже самый наивный украинец легко поймет, чем для его страны и армии закончилась авантюра с вторжением на территорию России, которая была предпринята Зеленским ради того, чтобы показать Западу «силу» ВСУ. Кроме того, информация о возвращении Москвой чудовищного количества тел погибших солдат, конечно, может сорвать насильственную мобилизацию, сопровождаемую душераздирающими криками пойманных на улицах рекрутов.
Глава украинской делегации в Стамбуле Умеров, еще не покинув Турцию, с ходу начал пытаться выкручиваться. Он сообщил журналистам, что стороны якобы договорились об обмене телами по формуле «6000 на 6000». То же самое сейчас происходит в Верховной раде, где депутаты говорят о каком-то «равном обмене» погибшими, к которому Украина якобы давно была готова.
Сама идея российской стороны об односторонней передаче Украине ее погибших солдат замыливается всякими рассуждениями о необходимости установления факта смерти, генетической экспертизы, процедуры опознания и так далее и тому подобное. Об этом, в частности, говорила депутат Верховной рады Юлия Яцык, подчеркивая, что «процесс может занять до двух лет».
Откуда такой срок идентификации? И зачем она нужна, если Россия говорит об идентифицированных солдатах ВСУ? Дело в том, что, согласно собственному же постановлению еще от 2022 года, правительство Украины обязано выплачивать семье погибшего солдата около $360 тыс. Нетрудный подсчет показывает, что власти «незалежной» должны будут выплатить около $2,16 млрд. А где их взять, если госбюджет и без того дырявый?
Таким образом, логично предположить, что инициатива российской стороны может сильно забуксовать. Во-первых, Киеву просто с финансовой точки зрения не выгодно забирать тела своих погибших. И только уже поэтому Украина может чинить препятствия и тянуть время.
А во-вторых, если Киев ведет речь о формуле «6000 на 6000», то все может упереться в то, что у него просто нет наших погибших воинов. Украинцы уже сейчас стали пленниками своей формулы обмена, придуманной и растиражированной с пропагандистской целью – смазать у населения восприятие масштаба потерь ВСУ.
Так что не стоит удивляться, если мы услышим из Киева нечто такое, что сделает невозможным передачу на Украину тел ее погибших солдат.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.