Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
— В то время в Сомосу кто только не кидал камни, даже друзья-американцы… Нарушение прав человека, угнетение народа, зверства военщины… — поморщился Адольфо.
— Разве было не так? — Андрей достал сигареты, вновь закурил. — Тогда почему народ взялся за оружие?
— Народ? А с чего ты решил, что за оружие взялся народ? Кто затеял революцию в Никарагуа? Разве среди руководителей сандинистов был хоть один крестьянин? — Мужчина, посмотрев на Андрея, усмехнулся. — Молчишь? И правильно… Все эти Фонсеки, Ортеги, Борхе и остальные имеют дипломы об окончании университетов. Они могли прекрасно устроиться в жизни, но не стали… Почему? Только не говори, что, видя страдания народа, они прониклись и решили бороться с так называемой диктатурой… Плевать им на народ… Жажда власти — вот движитель всех революционеров. Думаю, ты изучал мировую историю и знаешь, что ни один руководитель революционных движений не отказался от власти после победы. Они все лезут наверх, управлять страной, народом, за который они якобы боролись. А встав у власти, начинают диктовать свою волю. И заметь: никто из них понятия не имеет, как управлять государством, отсюда и результат… Все тот же голод, нищета и разруха…
— Интересный взгляд на революцию, — задумчиво произнес Андрей. — Спорить не буду, может, вы в чем-то и правы. Но мне непонятно, зачем, получив власть, сандинисты начали принимать законы в пользу народа.
— А у них был выбор? — усмехнулся Адольфо. — Если бы они не объявили о передаче земли крестьянам, то оружие могли бы повернуть против них. Но объявить и реально передать — разные понятия. Мне говорили, что, получая землю, на крестьян накладывают обязательства по выращиванию определенных культур, а выращенное они могут продавать только государству. Если это так, то совсем не удивлен, что в джунглях Атлантического побережья Никарагуа уже действуют отряды, полностью состоящие из крестьян.
— Мне довелось побывать в таком отряде, — кивнул Андрей. — Но, честно скажу, не смог понять причин, почему крестьяне ушли в джунгли и взялись за оружие. Все их претензии к власти можно было решить за столом переговоров, вот только договариваться никто не захотел. Ни власть, ни крестьяне.
— Вот ты сам и ответил… — засмеялся мужчина. — Плевать сандинистам на нужды народа: давая одной рукой, другой они забирают. Государство — это машина, которой надо уметь управлять, а они этого делать не умеют.
— Если все сказанное вами принять за истину, то возникает резонный вопрос, — Андрей улыбнулся. — Что здесь делаете вы, доктор экономических наук? Только не говорите, что в вас проснулся патриот…
— Все просто… Не хочу, чтобы Никарагуа превратилось в коммунистическую тюрьму. Американцы протянули сандинистам руку и даже предоставили финансовую помощь. Взяв часть денег, правительство Ортеги не стало закупать продукты, а купило оружие. Картер был слабым президентом, и он принял эту так называемую революцию и даже решил признать коммунистический режим Никарагуа — при условии, что сандинисты не будут устраивать экспорт революции. Но они наплевали на это и начали снабжать оружием сальвадорских повстанцев…
— Простите, Адольфо, а кто финансирует «Легион»?
— Частные лица… — быстро произнес мужчина.
— Вы хотите сказать, что кто-то бескорыстно дает деньги для борьбы с сандинистами?
— Берите шире. Для борьбы с распространением коммунистической заразы в Центральной Америке. Поверьте, на столь благое дело многие готовы давать деньги.
— Но ведь важен результат… А он неизвестен…
— Уверен, мы победим!
На крыльцо штаба вышел полковник Бермудес, спустился по ступеням и подошел к навесу.
— Пол, через пару часов начнет темнеть, нам пора возвращаться.
— Как скажете, — Андрей поднялся. — Адольфо, было приятно с вами познакомиться.
— Энрике, привози этого парня почаще, с ним интересно беседовать, у него есть мозги! — засмеявшись, мужчина поднялся и протянул руку Андрею.
Попрощавшись, Андрей в сопровождении полковника прошел к внедорожнику. Спустя пару минут автомобиль медленно двигался в сторону деревни беженцев.
*****
В опустившейся темноте внедорожник остановился на освещённой желтоватым светом улице напротив шлагбаума, за которым раскинулась территория отеля «Honduras Maya». Подхватив кофр, Андрей ступил на брусчатку.
— Полковник, большое спасибо! Смею надеяться, что это было не последнее посещение лагеря подготовки ваших парней.
— Время покажет, — задумчиво произнёс Бермудес. — Пол, сколько вы ещё пробудете в Гондурасе?
— У вас есть что предложить? — засмеялся Андрей.
— На пару недель мне нужно уехать…
— Тогда и мне в Гондурасе больше нечего делать.
— Вы поедете в Никарагуа? — Полковник внимательно смотрел на Андрея.
— С таким материалом, — Андрей провёл рукой по кофру, висящему на плече, — в Никарагуа делать нечего. Полечу в Панаму, напишу серию статей, приложу снимки, на которых не видно лиц коммандос, и отправлю в редакцию. Пусть мир узнает, что появилась сила, способная противостоять сандинистам. А дальше будет видно…
— Когда снова окажетесь в Гондурасе — звоните! — улыбнулся Бермудес.
— Спасибо, полковник!
Автомобиль сорвался с места и, набирая скорость, помчался по освещённой пустынной улице. Закурив, Андрей не торопясь направился ко входу в отель.
Желающие угостить автора кофе могут воспользоваться кнопкой «Поддержать», размещённой внизу каждой статьи справа.
Законченные произведения (Журналист в процессе, но с опережением) вы можете читать на площадках Boosty (100 рублей в месяц) и Author Today.