— Валентина Сергеевна! Валентина Сергеевна, стойте! — кричал сосед Петр Иванович, размахивая руками и почти бегом догоняя женщину у подъезда. — Ну куда же вы так торопитесь? Поговорить надо!
— Мне некогда, Петр Иванович, внучка из садика забирать. — Валентина попыталась обойти мужчину, но тот загородил ей дорогу.
— А внучка подождет. Разговор серьезный, касается вашего Михаила Петровича. — Глаза соседа горели каким-то нездоровым блеском. — Вы знаете, где ваш муж вчера был?
Валентина замерла. В груди неприятно сжалось, но она старалась не показывать волнения.
— Конечно знаю. На даче. Картошку окучивал.
— На даче? — Петр Иванович ухмыльнулся. — Интересно. А я его в три часа дня на Советской видел. Возле аптеки номер семь. С женщиной. Очень близко беседовали.
Слова ударили Валентину как молотом по голове. Михаил действительно уехал на дачу рано утром, сказал, что вернется к ужину. А вечером пришел усталый, грязный, жаловался на боль в спине от работы на грядках.
— Вы ошиблись, — тихо сказала она. — Мой муж весь день на даче провел.
— Ошибся? — Петр Иванович достал из кармана телефон. — А вот и фото есть. Правда, качество не очень, издалека снимал, но Михаила Петровича узнать можно.
Валентина не хотела смотреть на экран, но глаза сами потянулись к размытому изображению. Действительно, силуэт походил на мужа. Та же сутулость, та же манера держать руки в карманах.
— Кто эта женщина? — прошептала она.
— А вот этого я не знаю. Но узнаю обязательно. У меня связи есть, Валентина Сергеевна. Везде люди знакомые сидят. — Петр Иванович убрал телефон и участливо посмотрел на соседку. — Вы уж не переживайте сильно. Мужики они такие, слабые на передок. Может, и ничего серьезного.
Валентина развернулась и пошла к подъезду, чувствуя, как дрожат ноги. За спиной слышался довольный голос соседа:
— Если что узнаю, сразу скажу! Мы же соседи, друг другу помогать должны!
Дома Валентина села на кухне и долго смотрела в окно. Сорок три года замужем. Сорок три года! Двое детей вырастили, внуков двоих нянчат. Неужели теперь, в их возрасте, такие глупости?
Михаил вернулся с работы в обычное время, поцеловал жену в щеку, как всегда, помыл руки и сел ужинать.
— Как дела на участке? — невинно спросила Валентина, наблюдая за мужем.
— Нормально. Картошку окучил, лук проредил. Устал сильно, спина болит. — Михаил потянулся, хрустнув позвонками. — Завтра еще поеду, грядки полоть надо.
— А в город не заезжал? В аптеку, может, за мазью какой для спины?
Муж удивленно посмотрел на жену.
— Зачем в город? Всё с собой взял, что нужно. А что, что-то купить надо было?
Валентина отвернулась к плите. Либо муж врет очень искусно, либо Петр Иванович действительно ошибся. Но фото...
— Михаил, а ты Петра Ивановича видел сегодня?
— Нашего соседа? Да, в лифте столкнулись утром. Странный какой-то стал, все расспрашивал, куда еду, зачем. Будто следователь. — Михаил нахмурился. — А что он тебе говорил?
— Ничего особенного. Просто здоровался.
Ночью Валентина не спала. Ворочалась с боку на бок, прислушивалась к дыханию мужа. Сорок три года рядом спят, а теперь вот сомнения закрались. Неужели правда может быть другая женщина? В их-то возрасте?
Утром Михаил собрался на дачу, как обычно. Поцеловал жену, взял термос с чаем и сумку с едой.
— Вечером вернусь, — сказал он. — Может, рыбы по дороге куплю, если хорошая попадется.
Валентина проводила мужа до лифта и вернулась в квартиру. Не прошло и получаса, как раздался звонок в дверь. Петр Иванович стоял на пороге с торжествующим видом.
— Валентина Сергеевна, можно войти? Новости у меня.
— Проходите, — вздохнула женщина.
Сосед уселся на кухне, важно откашлялся.
— Так вот, про ту женщину я все выяснил. Зовут Лидия Михайловна Крылова. Работает в поликлинике номер три, медсестрой. Овдовела года три назад. Живет одна, дети в другом городе. — Петр Иванович сделал паузу, наслаждаясь эффектом. — Знакомы они с вашим Михаилом Петровичем уже полгода. Познакомились в очереди к врачу.
— Откуда вы это знаете? — тихо спросила Валентина.
— А у меня жена двоюродной сестры в той поликлинике работает, в регистратуре. Все про всех знает. Говорит, часто их вместе видит. То в столовой рядом сидят, то на скамейке у входа разговаривают. — Сосед наклонился ближе. — И еще она сказала, что ваш муж на прием к врачу ходит каждую неделю. К кардиологу. А вы про это знаете?
Валентина побледнела. Михаил никогда не жаловался на сердце. Всегда говорил, что здоров как бык.
— Не знаю, — призналась она.
— Вот видите! Скрывает от вас. А зачем скрывать, если все честно? — Петр Иванович довольно кивнул. — Советую вам проследить за ним. Завтра, например, поехать следом. Посмотреть, действительно ли на дачу едет.
— Не могу я следить за мужем! Неловко как-то...
— А что неловкого? Вы жена законная, имеете право знать правду. — Сосед встал. — Ладно, дело ваше. А я свой долг соседский выполнил, предупредил.
После ухода Петра Ивановича Валентина села за кухонный стол и заплакала. Сорок три года доверяла мужу безоговорочно. Никогда даже мысли такой не возникало, что он может ей изменить. А теперь...
Вечером Михаил действительно привез рыбу — красивых карасей. Чистил их на кухне, рассказывал, как клевало, какая погода была хорошая. Обычный, привычный, родной. Неужели способен на обман?
— Миша, — осторожно начала Валентина. — А ты к врачам в последнее время не обращался? Может, что-то беспокоит?
Муж замер с ножом в руках.
— С чего это ты спрашиваешь?
— Да так, просто. Мы же не молодые уже, надо за здоровьем следить.
— Все у меня нормально. Зачем мне врачи? — Михаил вернулся к чистке рыбы, но Валентина заметила, как напряглись его плечи.
— А если что-то болит, ты же скажешь мне?
— Конечно скажу. А что, кто-то что-то говорил? — Муж повернулся к жене, и в его глазах мелькнуло беспокойство.
— Никто ничего не говорил. Просто волнуюсь за тебя.
На следующий день Михаил, как обычно, собрался на дачу. Валентина проводила его и через полчаса тоже вышла из дома. Решение созрело за ночь — нужно знать правду.
До поликлиники номер три добралась быстро. Устроилась на скамейке напротив входа, прикрывшись газетой. Чувствовала себя глупо, как героиня детективного фильма.
Михаил появился около одиннадцати. Шел не спеша, заходил в аптеку рядом с поликлиникой, потом направился к главному входу. Валентина проследила за ним глазами и увидела, как к мужу подошла женщина. Невысокая, полная, в белом халате поверх платья. Они поздоровались, что-то коротко обсудили, и женщина повела Михаила внутрь здания.
Сердце у Валентины бешено колотилось. Значит, Петр Иванович не врал. Есть другая женщина.
Ждать пришлось больше часа. Михаил вышел в сопровождении той же женщины. Они остановились у входа, разговаривали. Женщина что-то записывала в блокнот, потом протянула листок мужу. Он кивнул, спрятал бумажку в карман. Потом они пожали друг другу руки и разошлись.
Валентина дождалась, пока муж скроется за поворотом, и подошла к входу в поликлинику. Сердце стучало так громко, что, казалось, слышно всем вокруг.
— Простите, — обратилась она к охраннику. — А женщина, которая только что вышла, в белом халате... Это не Лидия Михайловна случайно?
— Крылова, что ли? Да, она самая. А что, записаться к ней хотите? Так она медсестра, не врач.
— А к какому врачу она работает?
— К кардиологу Семену Борисовичу. Хороший врач, опытный.
Валентина поблагодарила и медленно пошла домой. Значит, муж действительно лечится. И действительно скрывает это от нее. Но почему?
Дома она металась по квартире, не находя себе места. То садилась, то вставала, то подходила к окну. Мысли путались, сердце болело.
В шесть вечера вернулся Михаил. Усталый, как всегда после дачи.
— Как дела? — спросил он, целуя жену.
— Нормально. А у тебя как? Много работал?
— Да, грядки все переполол. Устал сильно. — Михаил прошел в ванную мыться.
За ужином Валентина несколько раз собиралась заговорить о поликлинике, но не решалась. Как начать такой разговор? С чего?
— Миша, — наконец решилась она. — Мне сегодня Петр Иванович говорил...
— Что говорил? — муж насторожился.
— Что видел тебя в городе. Возле поликлиники.
Михаил положил вилку и долго молчал. Потом тяжело вздохнул.
— Видел, значит...
— Миша, что с тобой? Ты болен? Почему молчишь?
— Сердце, — тихо сказал муж. — Три месяца назад прихватило сильно на даче. Думал, все, конец. Еле домой добрался. Пошел к врачу, а он... — Михаил помолчал. — Говорит, серьезно все. Надо лечиться, наблюдаться. Может, операция понадобится.
— Господи, Миша! Почему не сказал мне?
— А зачем тебя расстраивать? Ты и так переживаешь обо всем. Подумал, полечусь сначала, посмотрим, что будет, потом скажу.
Валентина села рядом с мужем, обняла его.
— Дурак ты, Миша. Дурак старый. Мы же семья, вместе все должны переносить.
— Я не хотел тебя пугать. — Михаил погладил жену по руке. — А что, соседушка наш много рассказывал?
— Говорил, что у тебя роман с медсестрой.
Михаил фыркнул.
— С Лидией Михайловной? Да она мне в матери годится! Просто она очень внимательная, заботливая. Все объясняет, как лекарства принимать, на что обращать внимание. Хорошая женщина, но какой роман...
— А я поверила, дура. Даже следила за тобой сегодня.
— Следила? — Михаил усмехнулся. — И что увидела?
— Как ты с ней разговаривал. Она тебе что-то записывала.
— Диету расписывала. Врач сказал, питание менять надо. — Муж достал из кармана листок. — Вот, смотри. Что можно есть, что нельзя.
Валентина взяла бумажку, прочитала. Обычные рекомендации для сердечников — меньше соли, жирного, больше овощей и рыбы.
— Прости меня, Миша. Не должна была сомневаться.
— Да ладно. Понимаю. Со стороны действительно подозрительно выглядело. — Михаил обнял жену. — А вот с соседушкой нашим надо что-то делать. Очень уж он любопытный стал. И язык длинный.
— Не обращай внимания. Ему заняться нечем, вот и сплетничает.
— Нет, так дело не пойдет. Сегодня про меня выдумал, завтра про кого-то другого начнет. Надо его осадить как-то.
Через неделю к Валентине снова пришел Петр Иванович. Вид у него был торжествующий.
— Ну что, Валентина Сергеевна, разобрались с мужем?
— Разобрались, Петр Иванович. Спасибо вам за заботу.
— И что же выяснилось? — глаза соседа загорелись любопытством.
— А то, что вы очень наблюдательный человек. Действительно, муж мой с той женщиной встречается.
— Ага! Так я и знал! — Петр Иванович потер руки. — А вы мне не верили!
— Только вот женщина эта — медсестра кардиолога. А встречается с ней муж потому, что лечится. Сердце у него прихватило.
Лицо соседа вытянулось.
— То есть как это лечится?
— А так и лечится. Ходит к врачу, лекарства принимает. А медсестра ему диету расписывает, режим объясняет. Вот и все ваши романы. — Валентина внимательно посмотрела на Петра Ивановича. — Может, в следующий раз лучше сначала разузнать все до конца, а потом уже людей расстраивать?
— Я же хотел как лучше... — пробормотал сосед.
— Знаю я, как вы хотели. Сплетни любите, вот и вся забота. — Валентина открыла дверь. — До свидания, Петр Иванович.
После его ухода женщина села на кухне и улыбнулась. Хорошо, что все выяснилось. Хотя урок получился серьезный — нельзя так легко поддаваться чужим словам, даже если они кажутся правдоподобными.
Вечером за ужином она рассказала мужу о разговоре с соседом.
— Вот и хорошо, — сказал Михаил. — Теперь, может, отстанет от нас. А то уже задолбал своей любознательностью.
— А вообще, Миша, может, нам переехать стоит? В другой район, от всех этих сплетников подальше?
— Зачем? — удивился муж. — Квартира хорошая, район знакомый. Из-за одного дурака что ли бегать? Нет уж, пусть он о своих делах думает, а не о чужих.
— Ты прав. — Валентина накладывала мужу кашу, следуя новой диете. — Только ты больше от меня ничего не скрывай. Договорились?
— Договорились. А ты больше не следи за мной. Смешно в нашем возрасте в разведчиков играть.
Они рассмеялись, и Валентина почувствовала, как отлегло от сердца. Семья — это доверие. А доверие нужно беречь и защищать от чужих подозрений и сплетен.
Петр Иванович после того разговора действительно притих. Здоровался с соседями вежливо, но без прежнего навязчивого любопытства. Видимо, понял, что не всегда его наблюдательность приносит пользу.
А Михаил честно лечился, принимал лекарства и соблюдал диету. Через полгода врач сказал, что состояние улучшилось и операция пока не нужна. Лидия Михайловна, медсестра, стала почти семейным другом — всегда интересовалась самочувствием, давала полезные советы.
Валентина поняла главное — иногда люди знают больше, чем нужно, но далеко не всегда понимают то, что видят. А семейные тайны должны оставаться в семье, пока сама семья не решит ими поделиться.