В Москву Анисимов вернулся уже вечером. На улицах фонари ещё не горели, но начало смеркаться. Поездкой он был доволен, хотя и дико устал. Бессонная ночь, дорога, больница, сомнения, встреча, разговоры, такси, электричка, метро. Ему хотелось прийти домой расслабиться, вытянуть уставшие ноги… и отдохнуть, сбросив с себя полностью полуторамесячное напряжение.
Глава 26
Павел Сергеевич по пути домой зашёл в ближайший супермаркет, взял бутылку виски, пару нарезок колбасы, и сыра, багет, несколько яблок и апельсины, в отделе кулинарии он выбрал готовый салат, отбивные и запеченную картошку. Стоя в очереди на кассе, вспомнил, что так и не позвонил Сухорукову. Его рука машинально полезла в карман за телефоном.
«Ай, да приду домой и позвоню, не здесь же»…, - остановил он сам себя, и оставил телефон лежать в кармане. Хотя поделиться радостной новостью ему хотелось.
Через некоторое время в своей квартире, сидя в кресле после душа, он набрал в своём телефоне номер Виктора Алексеевича.
- Алло. Привет, Паш, - ответил Сухоруков.
- Привет. Ты где? Уже дома, или ещё на работе? – спросил Павел Сергеевич.
- Только вышел из холдинга и сел в машину, - ответил Сухоруков. Фоном слышался шум мотора.
- Может, ко мне заедешь? Посидим, поговорим, - предложил Анисимов.
- Ладно, жди, - согласился Сухоруков и отключил связь.
- Ооо, как интересно то, что я скажу…, сразу согласился приехать, - усмехнулся Анисимов и отложил телефон в сторону.
А через полчаса он уже рассказывал Виктору Алексеевичу подробности своей поездки.
- Ты уверен? Точно, Аркадий? – пытливо смотрел в глаза Павлу Сергеевичу Виктор Алексеевич.
- Ну, всё сходится, группа крови, особые приметы, все на месте, голос его, также голову поворачивает, смотрит с прищуром. Ну, исхудал, сил нет, на коляске его возят, взгляд потухший, можно сказать равнодушный какой-то. Но это всё можно понять. Человек больной, ничего не помнит из прошлого. Понимаешь, Вить, он ничего не знает, Для него всё ново. Вот поправится, появятся силы… Ну, он это, он. Чё я шефа не узнаю?
- Тебя не узнал? – прервал его Виктор Алексеевич.
- Не узнал, - кивнул Павел Сергеевич. - Удивился, что я работаю у него в холдинге.
- А что говорят врачи? Когда память вернётся?
- Ну, это у всех по-разному происходит. К кому-то память возвращается быстро, кто-то живет так годами.
- Годами…, - повторил Сухоруков и покачал головой. – Нам совсем не надо, чтоб он жил так годами.
- Ну, нейрохирург, который его наблюдает, обещал связаться с профессором «К». Посмотрим, что профессор скажет.
- Посмотрим, - согласился Сухоруков. – Кстати, Илона Аркадия уж живым не ждёт, - сказал он. – Поинтересовалась, где ты пропадаешь. Ну, мне пришлось сказать, что поступил сигнал, и ты уехал, чтоб его проверить. Она сразу в слёзы…
- Значит, мне завтра придётся перед ней отчитываться. Спасибо, что предупредил, - усмехнулся Павел Сергеевич.
- Не придётся. Она с утра улетит в Екатеринбург. Хочет сама встретиться с теми, с кем Аркадий Борисович встречался. Я ей подготовил те же бумаги, с которыми Хайман ездил.
Посмотрим, что она привезёт, если ей повезёт…, - покачал головой Сухоруков.
- Илона Георгиевна смелая женщина, рядом с Аркадием двери ногой открывала…, получится ли в этот раз, увидим, - усмехнулся Анисимов. – Одна летит?
- Одна. Заявила, что сопровождающие ей не нужны, она не так популярна как Хайман. Ну и подколола, что твоя охрана его проворонила, - сказал Сухоруков.
- Вот, с…, - выругался Анисимов, - не нужна ей охрана.
- Непопулярная, хочет стать популярной…, - согласился с ним Сухоруков.
**** ****
Близился вечер. Уставшая Илона в гостиницу приехала на такси. Её сегодняшние встречи с нужными людьми состоялись, но она была не довольна ими. Она зашла в свой номер, бросила баснословно дорогую сумку в виде портфеля на кровать, и, развязав узел на поясе, расстегнула пуговицы на кашемировом пальто.
«Странная ситуация…, - думала она, снимая пальто. – Не понимаю…, ничего не понимаю, - бросила она своё бежевое пальто рядом с сумкой и принялась разматывать намотанный на шее шарф из тонкого шёлка. – Что это всё значит? Не понимаю…, не понятно ничего…, - старалась она собрать свои мысли воедино, обдумать всё и разобраться. Она уселась в кресло, расстегнула застёжки на ботильонах с высоким каблуком. Стянув их, помассировала руками пальцы ног и размяла пятки. – Как устали…, - провела она ладонями по икрам и помассировала лодыжки. – Ладно, приму душ, и всё пройдёт», - решила она и, встав с кресла, продолжила раздеваться…
Стоя в душевой кабине под тёплыми струями воды, ласкающими тело, и взбивая на волосах мыльную пену душистого шампуня, она продолжала думать о встречах с «административным ресурсом»…
« Странно как-то они меня встретили. Губернатор, вообще отказался встречаться…, отправил к заму. А тот…, ну понятно, что политик…, научился говорить, вот и говорил…, - усмехнулась она. – У него талант, говорить много не отвечая. Не было бы этого таланта, вряд ли он дослужился бы до зама, - промелькнула в её голове мысль. – Вот и мне ответил как всем, вроде что-то сказал, а практически ничего…
Почему губернатор не стал со мной встречаться? - задала она себе снова вопрос, который её тревожил. Она задавала его себе и в такси, и в приёмной, ожидая, когда её примет его зам. Она усиленно искала ответ, но не находила. - В Москве столько раз он встречался со мной, а в Екатеринбурге, вдруг занят стал. Он же сам Аркадия тащил сюда, сам обещал, что всё устроит. Конечно, за бабки. Никто не ждал и не ждёт, что будет бесплатно. Мы ему заплатили уже за отель, как за «пробный шар». Отель, это так, начало…, застолбить территорию…, закрепиться в регионе…, построить его не проблема, - думала она.
Илона стояла перед зеркалом в ванной комнате, и вытиралась полотенцем. – Я же знаю, о чём они с Аркашей договаривались. Аркаша выбивал выход на свердловские земли под застройку. Госзаказы должны были быть нашими…, без конкурентов, и без тендеров. Мы отстёгиваем…, отстёгиваем…, отстёгиваем с каждым новым заказом… и всё решается с полпинка. Но всё идёт не так… Что произошло? Был какой-то разговор, о котором я не знаю? Была договорённость? Что? - ломала она голову уже стоя перед другим зеркалом и нанося на лицо вечерний макияж. – Может, переписка была, а я не знаю о ней? А что? Может, губернатор ему в личку писал? Чёрт, - выругалась она, вспомнив Константина не тем словом, - Просила же его взломать и посмотреть, что у Аркашки в личной почте. Так нет…, не получилось у него. Компьютерный гений криворукий. Из-за него я сейчас сижу здесь и ломаю голову, над проблемой. Как? Как всё решить и избежать больших потерь? С кем поговорить ещё…, - думала она, проводя помадой по губам. – Ладно, завтра постараюсь решить…, с утра с мэром встречусь…, и ещё есть люди…, с ними тоже поговорю», - решила она и взглянула на часы, висящие на стене.
Через несколько минут Илона спустилась в ресторан отеля к ужину. Народу в ресторане было совсем немного. Илона сидела за столом у стены, листала меню, и ждала официанта, когда краем глаза заметила вошедших в зал четырёх крупных мужчин в чёрных деловых костюмах. Чёрные рубашки и короткий ёжик волос не слишком ей понравились. Компания разделилась. Один остался крутиться у входа с девушкой-хостес. Второй – встал у бара, а оставшиеся двое направились к ней.
По спине Илоны пробежал лёгкий холодок.
«Спокойно», - приказала она сама себе.
Два громилы уселись напротив неё.
- Такая красивая женщина и одна…, - пробасил один из них, - без охраны, - добавил он, спустя минуту.
- В наш город опасно приезжать, - уставился на неё второй.
Илона собрала всю свою внутреннюю силу, и не дрогнув голосом заговорила:
- Мальчики, вы ни с кем меня не спутали?
- Не, Илона Георгиевна, - покачал головой первый, - ни с кем не спутали.
«Они знают моё имя», - пронеслось молнией в её голове.
- Уезжайте отсюда по-хорошему, - ласково сказал второй, в то же время смотря на неё с угрозой.
- С чего вдруг? – железным тоном процедила она.
- С того, что так надо, - второй сменил тон на жесткий.
- Цветочки для дамы, - кинул первый на стол сломанную красную гвоздику, когда громилы вставали из-за стола. Через минуту все четверо покинули зал ресторана.
«Это что ещё за дрянь», - кипела от гнева Илона.