Краниопластика: мультидисциплинарный подход

Отделение реабилитационной медицины, факультет клинической неврологии, Кембриджский университет и больница Адденбрукс, Кембридж, Великобритания:

H. Mee, F. Anwar, K. Alexander, K. Kendrick.

Отделение нейрохирургии, факультет клинической неврологии, Кембриджский университет и больница Адденбрукс, Кембридж, Великобритания:

I. Timofeev, N. Owens, K. Grieve, G. Whiting, A. Helmy, P. Hutchinson, A. Kolias.

Декомпрессивная краниэктомия (ДК) — это операция, при которой удаляется большая часть черепа, чтобы уменьшить отёк мозга. Выжившим пациентам обычно требуется последующая реконструкция черепа с использованием либо собственной кости, либо искусственного протеза, известная как краниопластика. Краниопластика восстанавливает целостность черепа, но также может улучшить неврологические функции. Стандартное лечение после ДК заключается в проведении краниопластики через несколько месяцев, поскольку исторически сложилось так, что более ранняя краниопластика может увеличить риск инфекции. Однако недавние систематические обзоры поставили это под сомнение и продемонстрировали, что ранняя краниопластика (в течение трех месяцев после ДК) может способствовать неврологическому восстановлению. Однако пациентов часто переводят в реабилитационное отделение после их острой госпитализации и перед краниопластикой. Лучшее понимание патофизиологических эффектов краниопластики и взаимосвязи сроков и осложнений позволило бы разработать более целенаправленные программы реабилитации, адаптированные для каждого пациента, что позволило бы максимизировать пользу от краниопластики. Это может максимально увеличить потенциал восстановления, что, возможно, приведёт к улучшению функциональных и когнитивных показателей, повышению качества жизни и потенциально снизит потребность в долгосрочном уходе. Этот обзор направлен на то, чтобы ознакомить многопрофильную команду специалистов с краниопластикой, включая её историю, патофизиологические последствия для восстановления, осложнения и важные клинические аспекты как в острый период, так и в период реабилитации.

Введение

Предыстория

Декомпрессивная краниэктомия (ДК) становится всё более распространённой процедурой за последние 15–20 лет, в основном из-за того, что её всё чаще применяют при черепно-мозговых травмах (ЧМТ) и инсультах (1) в качестве первичной процедуры при ожидаемом отёке мозга или в качестве вторичной процедуры для лечения повышенного внутричерепного давления, не поддающегося медикаментозному лечению. Несколько клинических исследований (2, 3) продемонстрировали её эффективность. Краниопластика направлена на реконструкцию черепа, обеспечивая защиту мозга и улучшая внешний вид. Это может привести к заметному улучшению неврологических функций из-за физиологического воздействия на свод черепа, и это следует рассматривать как важный этап в процессе реабилитации пациентов. Однако остаются открытыми интересные клинические вопросы, в том числе о частоте осложнений, неврологическом восстановлении и результатах, влиянии времени на эти факторы, выборе материала и общей экономической эффективности.

Исторические аспекты

Самой ранней известной нейрохирургической операцией было трепанационное отверстие, также известное как трепанация или трепанирование, которое выполнялось в эпоху неолита (4). Черепа, найденные на кладбищах Паракас и Парачамак в Перу, датируются более чем 3000 лет назад и относятся к доисторической культуре инков. Они демонстрируют это раннее нейрохирургическое вмешательство (5, 6), которое сейчас широко известно как трепанационное отверстие. Затем последовала краниопластика, и древние авторы из Египта, Греции и Италии описывают эту практику. Однако только после того, как Фаллопиуса (1523-1562), фламандского врача и анатома, который описал первую настоящую краниопластику, который объяснил, что “кость может быть заменена, если твердая мозговая оболочка не повреждена, но если твердая мозговая оболочка повреждена, рассматривается возможность «золотой» краниопластики” (7). В 1668 году голландский хирург Джоб Янсзун ван Микерен сообщил о первой успешной краниопластике костным трансплантатом у русского человека с использованием ксенотрансплантата собаки. Дальнейшие достижения связаны с именем французского хирурга Огюстена Беллоста (1732), который описал использование «двух крыльев по обе стороны от свинцовой краниопластины черепа для покрытия твёрдой мозговой оболочки после трепанации черепа» (8). Позже, в 1820 году, немецкий хирург Ван Вальтер провёл первую операцию по пересадке аутологичной костной ткани для краниопластики (9). С тех пор хирургическая техника и биоматериалы, используемые в этой операции, были усовершенствованы, и теперь это стандартная нейрохирургическая процедура.

Многопрофильная команда по реконструкции черепа

После краниопластики у пациентов часто возникает множество физических, когнитивных, функциональных и психологических проблем, и краниопластика является дополнительным фактором, усложняющим и без того непростую картину реабилитации. Термин «мультидисциплинарная команда» (MDT) относится к деятельности, которая требует участия специалистов из нескольких областей (10), которые слаженно работают над наблюдением за лечением и реабилитацией конкретного пациента. Это зависит от слаженной и эффективной командной работы, поскольку ни одна клиническая дисциплина не может в одиночку удовлетворить потребности пациента. Конкретный состав команды будет варьироваться в зависимости от клинических потребностей и характера каждой отдельной услуги, но в контексте мультидисциплинарного подхода к реконструкции черепа в состав основной команды будут входить медсёстры, физиотерапевты, эрготерапевты, логопеды, диетологи, нейропсихологи, нейропсихиатры, нейрохирурги и реабилитологи. Главный врач мультидисциплинарной команды будет контролировать логистику краниопластики, включая производство и / или хранение, а также сроки проведения операции, а также контролировать клинический путь, такой как управление тоном и нейропсихологические проблемы. Кроме того, мультидисциплинарная команда будет стремиться получить целостный обзор всех аспектов реабилитации пациента, особенно гарантируя, что краниопластика выполняется по правильным показаниям и в оптимальное время с целью обеспечения максимальных шансов на неврологическое восстановление, где это возможно. Важно иметь возможность обращаться за советом и помощью к другим командам, не входящим в основной состав многопрофильной команды, и это называется междисциплинарной командной работой. Челюстно-лицевая хирургия и пластическая и реконструктивная хирургия — две специальности, которые могут потребоваться для обсуждения сложных случаев с точки зрения хирургической реконструкции, а также для ортопедов, при обсуждении краниопластин и других потенциальных протезов.

Патофизиологические Механизмы

Доктрина Монро-Келли гласит, что «сумма объёмов мозга, спинномозговой жидкости и внутричерепной крови постоянна» (11), и после черепно-мозговой травмы это равновесие может быть нарушено, что часто приводит к повышению внутричерепного давления (ВЧД), вызывающему снижение давления церебральной перфузии [ЦПД (среднее артериальное давление минус ВЧД)]. Своевременное лечение имеет решающее значение для снижения риска ишемии головного мозга, и в качестве стратегии лечения в этом контексте в качестве жизненно важного вмешательства в тех тяжёлых случаях, когда внутричерепное давление не снижается медикаментозно, может рассматриваться первичная или вторичная декомпрессивная трепанация черепа.

Тем, кто выживет, через несколько месяцев потребуется вторая операция по восстановлению черепа. Эта операция, которая называется краниопластикой, проводится для восстановления целостности черепа, нормализации внутричерепной физиологии и улучшения внешнего вида. Помимо очевидного преимущества в виде восстановления механической защиты мозга, она также может улучшить неврологические функции (12). Точные патофизиологические механизмы, лежащие в основе возможного улучшения неврологического состояния после краниопластики, до конца не изучены, но улучшение отчасти связано с физиологическим воздействием, которое оказывает на мозг восстановление целостности свода черепа (13). Отрицательный градиент между атмосферным и внутричерепным давлением может привести к ухудшению состояния после краниэктомии (14). Краниотомия стабилизирует градиент атмосферного давления и восстанавливает фиксированный объём свода черепа, позволяя паренхиме мозга расшириться. Нарушение циркуляции спинномозговой жидкости и перфузии головного мозга хорошо изучено в хронической фазе черепно-мозговой травмы, как и улучшение гидродинамики спинномозговой жидкости (15–17) и улучшение кровотока в головном мозге (17–19) после краниопластики. Эти патофизиологические последствия - это то, что предлагается для объяснения причин возможного неврологического улучшения, но необходимы дальнейшие исследования, чтобы лучше понять эти принципы (13). Краниопластика не оказывает прямого влияния на основную черепно-мозговую травму, и поэтому неврологические результаты не всегда улучшаются после краниопластики. На сегодняшний день не существует четкой модели, позволяющей предсказать, какие пациенты получат наибольшую пользу от краниопластики, и поэтому лучшее понимание патофизиологических последствий и взаимосвязи с неврологическим исходом остается приоритетом.

Клинические показания

Примерно в 65% случаев декомпрессивная краниэктомия проводится из-за черепно-мозговых травм (ЧМТ) или инсультов, а также по другим показаниям, включая субарахноидальное кровоизлияние, опухоли и инфекции. Большинству выживших пациентов требуется реконструкция черепа с помощью краниопластики, которая часто является плановой, элективной операцией. Она обеспечивает защиту головного мозга, помогает снизить риск падений за счёт улучшения равновесия вестибулярной системы, а также избавиться от синдрома трепанированного черепа. Улучшение черепно-лицевого эстетического вида, хотя и не является основной целью реконструкции, не должно оставаться без внимания. Растущее количество доказательств свидетельствует о том, что ранняя краниопластика может повысить шансы на неврологическое восстановление, как функциональное, так и когнитивное (4, 14, 20). Иногда рассматривается возможность ускоренной краниопластики, особенно в клиническом контексте синдрома трепанации черепа или при лечении и уменьшении пульсирующих или болезненных дефектов после краниэктомии. Противопоказаниями к краниопластике являются наличие любой возможной инфекции в головном мозге или костях, а также неуправляемая гидроцефалия.

Синдром трепанации

Впервые описанный Грантом и Норкроссом в 1939 году (21) как синдром, включающий сильные головные боли, головокружение с болью в месте трепанации черепа и изменённое когнитивное состояние, в настоящее время он включает три основных компонента (22):

1. Возникновение неврологических дефицитов через недели или месяцы после краниэктомии.
2. Возникновение неврологических дефицитов, которые не связаны с исходной патологией.
3. Клиническое решение после краниопластики.

Согласно определению, термин «синдром трепанации» следует использовать только после того, как краниопластика устранит неврологические симптомы. До краниопластики используется термин «синдром запавшего лоскута». Однако в клинической практике эти два термина взаимозаменяемы. Это сложно диагностируемое последствие декомпрессивной краниэктомии, вероятно, из-за сложности и неоднородности результатов, с которыми сталкиваются пациенты после тяжёлой черепно-мозговой травмы. Часто оно развивается медленно, в течение нескольких дней или недель, и в самых тяжёлых случаях приводит к заметному ухудшению неврологического состояния, вплоть до комы. Считается, что это связано с отрицательным перепадом давления между атмосферой и черепной коробкой, что приводит к неврологическим нарушениям (14) из-за запавшего лоскута. Клинические проявления разнообразны. Недавний систематический обзор, проведённый Ашайери и др. (22), показал, что наиболее распространёнными симптомами являются двигательная слабость (61%), за которой следуют когнитивные нарушения (44%), нарушения речи (30%), изменения сознания (28%) и головные боли (20%). В среднем с момента трепанации черепа до появления симптомов проходит 5 месяцев. В систематический обзор были включены 54 случая, при этом 34,6% пациентов сообщили о полном выздоровлении от неврологических симптомов, характерных, после краниопластики.

Из-за времени начала заболевания пациенты, подверженные наибольшему риску, часто находятся в реабилитационных учреждениях, поэтому важно знать и понимать этот зачастую незаметный и сложный клинический сценарий. Лечение включает в себя полное клиническое обследование, чтобы выявить любые новые или усугубляющиеся неврологические симптомы в дополнение к симптомам, вызванным основной черепно-мозговой травмой. Важно положение пациента, так как неврологические симптомы часто ослабевают, когда он лежит горизонтально, и следует ускорить реконструкцию черепа (21, 23).

Процедура, техника и соображения

В «Руководстве по лечению тяжёлой черепно-мозговой травмы у взрослых» (4-е издание) (24) для снижения смертности и улучшения неврологических результатов рекомендуется использовать лобно-височно-теменную пластику черепа с минимальным размером 12 см × 15 см. Планирование краниопластики следует начинать как можно раньше и учитывать размер и расположение пластики черепа, необходимость и способ закрытия кожи головы, а также расположение височной мышцы, поскольку всё это влияет на успех хирургической реконструкции черепа (25). В идеале во время трепанации черепа следует позаботиться о том, чтобы между мозгом и лоскутом кожи головы сохранялась плоскость. Дальнейшие хирургические манипуляции включают приподнимание лоскута кожи головы, рассечение мягких тканей мозговой оболочки и сосудов кожного лоскута. Было доказано, что бифронтальная краниопластика повышает риск осложнений, при этом вероятность инфицирования в 2,5 раза выше (26), чем при полушарной краниопластики. Кроме того, сообщается, что у пациентов с бифронтальной краниопластикой чаще возникают повторные операции (27). Расположение декомпрессивной краниэктомии имеет влияние на специфику осложнений, но это в основном связано с тяжестью и типом основного повреждения головного мозга. Применение антибиотиков при интубации и во время операции широко распространено, но доза и частота применения послеоперационных антибиотиков при инфекциях в области хирургического вмешательства не ясны.

Материалы

В широком смысле материалы делятся на аутологичные и синтетические. Развитие материалов и технологий производства привело к тому, что синтетические материалы стали более распространёнными, но «идеальный» или «оптимальный» материал до сих пор не найден. К благоприятным характеристикам относятся биологическая совместимость и остеоиндуктивные/остеокондуктивные свойства. Материал должен быть механически прочным, но при этом простым в обработке, чтобы его можно было использовать для изготовления индивидуальных конструкций и форм. В идеале он должен быть устойчивым к инфекциям, не разрушаться и не проводить тепло. Ни один материал не соответствует всем этим требованиям, поэтому в клинической практике используются такие разнообразные материалы (Таблица 1).

Таблица 1.

Краткое изложение материалов краниопластики.

Аутологичный материал по-прежнему остаётся наиболее часто используемым для краниопластики во всём мире, но он требует хранения и консервации, которые осуществляются в основном двумя способами: либо материал хранится в подкожном абдоминальном кармане, что впервые стало популярным в 1920-х годах и имеет то преимущество, что обеспечивает стерильную среду, но требует дополнительных операций на брюшной полости и учёта связанных с этим рисков, либо материал хранится в экстракорпоральных условиях путём криоконсервации в глубоком морозильнике при температуре не ниже −80 градусов по Цельсию. Этот метод впервые был применён в 1950-х годах для снижения риска инфицирования, но он был связан с девитализацией тканей и потенциальным повышением риска резорбции костной ткани. Однако недавний систематический обзор, проведённый Корлиссом и др. (28), не выявил статистически значимых различий в показателях инфицирования и резорбции при сравнении двух методов хранения. Тем не менее, во многих странах криоконсервация строго регулируется, и во многих странах требуется обязательное хранение биоматериала в специальных банках, что сильно ограничивает возможности хранения аутологичных тканей для краниопластики и является одним из факторов, побуждающих использовать синтетические материалы.

Кроме того, усовершенствованные методы медицинской визуализации и биомоделирования ещё больше расширили возможности краниопластики. Широкое использование автоматизированного проектирования и производства (CAD/CAM) помогает преодолеть недостатки интраоперационного моделирования. Краниопластика с использованием 3D-печати также получает всё более широкое распространение. Анализ существующих материалов (29–31) показывает, что они практически эквивалентны с точки зрения осложнений, но необходимо также учитывать переменные затраты (32, 33). Для окончательного ответа на вопрос об использовании идеального материала необходимы дальнейшие исследования. Самыми серьёзными препятствиями для использования искусственных имплантатов являются зачастую высокая стоимость и отсутствие данных о долгосрочных результатах их применения.

Расчет времени

Существуют значительные разногласия по поводу оптимального времени проведения краниопластики и её связи с послеоперационными осложнениями и неврологическим восстановлением. В целом, существует три клинических сценария, предшествующих краниопластике (рис. 1) (34). После того, как будет определено, подходит ли кранипластика с клинической точки зрения, продолжаются споры о «оптимальном времени». Пороговые значения для «ранней» и «поздней» краниопластики обычно устанавливаются до и после 12 недель, но это постоянно оспаривается. Недавнее международное совещание по посттравматической краниопластике показало, что определение временных рамок для краниопластики несколько искусственно, учитывая неоднородность клинических сценариев, но может быть полезно для клинического сравнения и исследовательских целей (35). Были согласованы четыре временных интервала (после краниэктомии) (86,8% согласия): сверхранний — до 6 недель; ранняя краниопластика — от 6 недель до 3 месяцев; промежуточный — 3–6 месяцев; отсроченный — более 6 месяцев (35). Однако необходимо учитывать различные факторы, в том числе сопутствующие заболевания пациента, клиническое состояние, такое как гемодинамическая или дыхательная нестабильность, инфекции, возможное заживление ран и прогресс в реабилитации.

Рисунок 1. Архавлис и др. (34).

В клинической практике сроки варьировались от 6 до 12 месяцев после декомпрессивной краниэктомии, поскольку считалось, что ранняя краниотомия повышает риск инфекции. Эпизодические статистические данные национальных больниц за последние 6–8 лет в Соединенном Королевстве показывают, что средние сроки сокращаются в соответствии с недавними систематическими обзорами (31, 36), в которых сравнивались показатели осложнений при «ранней» и «поздней» краниопластики. В обоих случаях показатели инфицирования были сопоставимы, что ставит под сомнение утверждение о том, что «поздняя краниопластика снижает риск инфекции». Еще одним фактором, влияющим на выбор времени, является продолжительность процедуры: среднее время ранней краниопластики составляет 109 минут, что значительно меньше (37), чем при поздней краниопластике. Хотя это может не оказывать прямого влияния на реабилитацию пациента, выбор времени процедуры по отношению к реабилитационному процессу может иметь значительные последствия, которые следует учитывать. Функциональное восстановление после черепно-мозговой травмы продолжается как минимум в течение двух лет после травмы (38) и далее, важно рассматривать краниопластику как потенциальный способ повысить шансы на выздоровление, и время проведения операции имеет решающее значение при структурировании и планировании программы стационарной или амбулаторной реабилитации. Однако краниопластика часто проводится на более поздних этапах стационарной программы или даже после выписки, в результате чего пациенты иногда не получают необходимой интенсивной терапии в то время, когда патофизиологические последствия краниопластики могут привести к улучшению неврологических показателей.

Осложнения

В большинстве случаев краниопластика полезна для пациента, но сопряжена со значительными рисками (30). В целом, частота осложнений, как правило, составляет от 15% до 30% (26, 37, 39), а систематический обзор 2016 года (36) (18 исследований с участием 3126 пациентов) показал, что общая частота осложнений составила 19,5% без различий в зависимости от периода времени.

К распространённым осложнениям относятся инфекции, внутричерепные кровоизлияния, скопление внемозговой жидкости, гидроцефалия, судороги и резорбция костной ткани.

Инфекция

Исторически сложилось так, что более высокий уровень инфицирования при ранней краниопластике вызывал опасения, но недавние исследования и систематические обзоры поставили это под сомнение. В 2016 году многоцентровое проспективное когортное исследование не выявило различий в уровне инфицирования при ранней краниопластике по сравнению с поздней (32). Это было подтверждено несколькими более поздними систематическими обзорами (31, 36), и в настоящее время принято считать, что уровень инфицирования не зависит от сроков. Частота инфицирования варьируется от 1,4% до 24,4% (в среднем 7,7%) (36). Этот диапазон обусловлен тем, что считается инфекцией: от поверхностной инфекции раны до субдуральной эмпиемы, требующей удаления черепной кости.

Клиническими признаками инфекции являются болезненность и чувствительность кожи головы, покраснение и отёк, которые могут сопровождаться повторным открытием хирургического рубца (40). Наиболее опасными и оказывающими наибольшее влияние на пациента являются тяжёлые инфекции краниопластики, приводящие к удалению имплантата. После удаления имплантата повторная установка часто проводится не ранее чем через 1 год, после нескольких курсов антибиотиков, повторных госпитализаций и повторных операций, которые могут существенно повлиять на реабилитацию, функциональность и качество жизни пациента.

Гидроцефалия

Посттравматическая гидроцефалия и субдуральные гигромы (скопления спинномозговой жидкости под твёрдой мозговой оболочкой) являются распространёнными явлениями (41). Частота их возникновения после краниопластики составляет от 5% до 45% в зависимости от диагностических критериев: от установки вентрикулоперитонеального шунта до бессимптомной вентрикуломегалии, наблюдаемой при серийной визуализации. Бывает сложно определить, вызвана ли гидроцефалия после краниопластики: самой краниопластикой и сроками её проведения, прямым повреждением головного мозга (13, 37) или краниэктомией.

Недавний систематический обзор показал, что совокупная частота возникновения гидроцефалии составляет 7,93% (13) независимо от времени проведения операции, при этом, частота возникновения после ранней краниопластики в группе пациентов с ЧМТ ниже.

Было высказано предположение, что высокая частота возникновения осложнений после краниопластики может быть связана с размером области декомпрессивной краниэктомии, при этом большие дефекты приводят к необратимому расширению желудочков, а после краниопластики расширенные желудочки могут вызывать обструкцию субарахноидального пространства, повышая сопротивление оттоку спинномозговой жидкости (42).

Кроме того, более низкий уровень гидроцефалии у тех, кто перенёс раннюю краниотомию, отчасти объясняется нормализацией динамики внутричерепного давления и оттока спинномозговой жидкости за счёт улучшения функции грануляции паутинной оболочки (43). Поздняя краниопластика может привести к необратимой дисфункции грануляций арахноидальной оболочки, что, в свою очередь, приведёт к постоянной дисфункции оттока спинномозговой жидкости. Одной из стратегий лечения является установка вентрикулоперитонеального шунта (ВПШ) во время краниопластики, чтобы устранить последствия гидроцефалии, возникшей после краниопластики. В настоящее время эта практика варьируется и обычно рассматривается в каждом конкретном случае.

С клинической точки зрения, независимо от причины, гидроцефалия представляет собой диагностическую проблему как в остром периоде, так и в период реабилитации. Она должна быть в поле зрения любого врача, который наблюдает пациентов после декомпрессивной краниэктомии, независимо от того, были ли они до или после краниопластики. Активная визуализация и лечение должны рассматриваться у тех пациентов, которые медленно приходят в себя, плохо восстанавливаются или у которых наблюдается неврологическое ухудшение (13, 37). Если при рентгенологическом исследовании обнаруживается расширение желудочков, следует рассмотреть возможность направления в нейрохирургическое отделение, где часто проводится визуализация, а при необходимости — инфузионные исследования и рассматривается возможность установки вентрикулоперитонеального шунта для комплексного лечения.

Припадки

По оценкам, частота возникновения судорог после краниопластики составляет 6,1% (36), но бывает сложно определить, насколько этот риск, вторично связанный с краниопластикой, превышает риск, связанный с основным повреждением головного мозга. К факторам риска относятся ЧМТ, геморрагический инсульт, послеоперационная инфекция и кровотечение, мужской пол и неврологические нарушения до краниопластики (44). Выделить закономерность отдельные случаи также может быть сложно, учитывая, что существует множество факторов, влияющих на частоту припадков после краниопластики, но исследования показали значительное снижение частоты припадков после краниопластики, если противоэпилептические препараты (ПЭП) назначаются как минимум на семь дней (45, 46). На практике пациенты часто уже принимают ПЭП на момент краниопластики из-за имеющегося повреждения головного мозга.

Резорбция костной ткани (BFR)

Резорбция костного лоскута — хорошо известное осложнение после аутогенной краниопластики, которое может иметь серьёзные последствия для пациентов, особенно с точки зрения необходимости дальнейшей операции по удалению лоскута и/или его ревизий, а также косметического результата. Патофизиология резорбции костного лоскута до конца не изучена, но, вероятно, она связана с неравномерным кровоснабжением кожи головы и твёрдой мозговой оболочки, а также с отсутствием сращения с окружающей костью, при этом инфекция, скорее всего, является одним из факторов. К другим факторам риска относятся множественные переломы, фрагментация кости, большие размеры краниопластики, более молодой возраст, вентрикулоперитонеальные шунты и ранняя кранипластика (32). Резорбция костного лоскута может привести к более существенному дефекту, что повлечёт за собой дальнейшие осложнения и операции, а также потенциально ухудшит внешний вид пациента.

Тема, обсуждавшаяся на международном консенсусном совещании по посттравматической краниопластике (35), связанная с резорбцией костного лоскута. Участники на 100% согласились с тем, что костный трансплантат представляет опасность, но на 88,5% согласились с тем, что методы хранения (стр. 6) неясным образом влияют на скорость резорбции.

Соображения по реабилитации

Комплексная реабилитационная мультидисциплинарная команда для краниопластики

Пациентам, перенёсшим декомпрессивную краниэктомию, часто требуется комплексное лечение, как описано выше, и часто проводятся структурированные периоды стационарной реабилитации. В Соединённом Королевстве это часто осуществляется в сочетании с реабилитацией в отделениях 1-го и 2-го уровня специализированной мультидисциплинарной командой. Результаты лечения пациентов, перенёсших декомпрессивную краниэктомию, неоднородны: от пациентов с длительным нарушением сознания до тех, кто восстанавливает функциональную независимость. Краниотомия должна рассматриваться для всех категорий пациентов, но, возможно, по разным причинам. Структура программы реабилитации должна быть разработана в соответствии с концептуальной основой здравоохранения, такой как «Международная классификация функционирования, ограничений жизнедеятельности и здоровья» (ICF) (47), чтобы учесть все аспекты краниопластики. Краниопластика должна проводиться только «при наличии» и «в случае» клинической необходимости. В идеале эти решения должны приниматься в рамках мультидисциплинарного подхода к реконструкции черепа с учётом параметров, описанных в этом обзоре, что, как мы надеемся, приведёт к оптимальному лечению конкретного пациента и максимальному улучшению неврологических результатов.

Позиционирование и мобильность

У пациентов, восстанавливающихся после черепно-мозговой травмы или инсульта, часто наблюдается сложное сочетание физических, когнитивных, психологических и психосоциальных потребностей. Они могут сильно различаться, и ни один случай не похож на другой, но дефект черепа усложняет процесс реабилитации. Часто возникают трудности с положением тела, передвижением и общим уходом за собой. У пациентов с вдавленной складкой часто наблюдается повышенный тонус, что требует круглосуточного контроля осанки, использования ортопедических приспособлений и шин для оптимизации положения головы, таза, туловища и конечностей, а также медикаментозного лечения с применением общих и локальных спазмолитиков.

Риск падений у пациентов после черепно-мозговой травмы всегда вызывает беспокойство у специалистов мультидисциплинарной команды, обостряется после краниэктомии черепа из-за физических нарушений, повышенной импульсивности, когнитивных нарушений и потери равновесия.

Безопасность пациентов всегда имеет первостепенное значение, и опрос показал, что уверенность физиотерапевтов, реабилитирующих пациентов после инсульта (декомпрессионной гемикраниэктомии), была ниже, чем у тех, у кого нет дефекта черепа (48), что свидетельствует о более осторожном подходе к этой группе пациентов.

Для этой группы людей вполне может потребоваться меньше упражнений на равновесие или сердечно-сосудистые тренировки, а поскольку отсутствует соответствующее руководство, может быть принят более осторожный подход.

Вероятно, этот подход будет схожим во всей мультидисциплинарной группе, хотя доказательств этому мало, что может привести к различным схемам реабилитационных вмешательств для этих пациентов, что может иметь для них пагубные последствия.

Краниопластика снижает риск падений за счёт различных физиологических эффектов и, вероятно, придаёт специалистам по реабилитации дополнительную уверенность в лечении таких пациентов.

Использование черепных шлемов в таких условиях варьируется, особенно среди взрослого населения. Шлемы по-прежнему часто назначают после краниэктомии у детей, но только в отдельных случаях для взрослых, представляющих особую опасность. Нет объективных доказательств того, что пациенты получают больше травм головы из-за черепно-мозговой травмы в период между краниэктомией и краниопластикой. Это может быть связано с тем, что эта группа пациентов с меньшей вероятностью может получить серьёзную травму головы, а если они мобильны или социально активны, то часто это происходит в присутствии терапевта, коллеги или члена семьи, поэтому риск, скорее всего, снижается.

Косметический аспект

Краниофациальный косметологический эффект часто бывает трудно объективно оценить, поскольку он субъективен для каждого отдельного пациента. Однако до реконструкции черепа пациенты могут неохотно проходить стационарное или амбулаторное лечение из-за косметических недостатков и неуверенности в себе. Это может повлиять на их реабилитацию, самооценку и психическое здоровье. После краниопластики доступны некоторые шкалы для оценки косметологического эффекта. Однако на сегодняшний день они не получили широкого распространения в клинической практике, и часто врачи используют визуально-аналоговую шкалу для оценки эстетического восприятия, но существует очень мало доказательств того, как это может повлиять на реабилитацию пациента.

Вождение

Основным фактором, ограничивающим возвращение к вождению после краниопластики, является риск возникновения судорог, который, по имеющимся данным, составляет около 6% после краниопластики (36). Могут быть и другие причины, по которым вождение может быть противопоказано из-за перенесённой черепно-мозговой травмы, но сама по себе кранипластика не должна ограничивать вождение в будущем. Для возвращения к вождению следует придерживаться обычных рекомендаций. В Соединенном Королевстве пациент должен сообщить DVLA (орган лицензирования водителей и машин), что ему была сделана краниопластика, и при подаче заявления на получение прав группы 1 это не является абсолютным противопоказанием к вождению, но необходимо учитывать основное состояние, приводящее к операции, прежде чем можно будет вернуть права.

Контактные виды спорта

Это зависит от конкретного случая, рекомендаций нейрохирургической бригады и более широкого междисциплинарного подхода, а также от вида контактного спорта. Поскольку синтетические материалы часто обладают большей прочностью на разрыв, чем аутологичная кость, сама краниопластика часто не является ограничивающим фактором при рассмотрении вопроса о возвращении к контактным видам спорта, в отличие от основной травмы головного мозга.

Полет

Управление гражданской авиации (CAA) рекомендует воздержаться от полётов в течение как минимум 7 дней после нейрохирургического вмешательства из-за риска расширения пневмоцефалии на высоте, но не даёт конкретных рекомендаций для более сложных вмешательств, поэтому каждый случай должен рассматриваться соответствующим специалистом. Однако в отношении краниопластики, если пациент полностью восстановился после операции, особых ограничений для полётов нет, но, опять же, следует учитывать характер повреждения головного мозга. Пересадка между декомпрессивной трепанацией черепа и краниопластикой — гораздо более сложная задача, и, хотя для этого нет конкретных рекомендаций, по возможности её следует выполнять под руководством опытного врача.

Результаты после краниопластики

Неврологический последствия

Количественная оценка и классификация неврологических изменений — непростая задача, особенно в группе с такой неоднородностью клинических исходных данных, от пациентов с длительным нарушением сознания до тех, кто находится на пути к хорошему функциональному результату, независимому от краниопластики. Существует множество описаний улучшения неврологического состояния после краниопластики (Таблица 2), которые можно разделить на физические, функциональные и когнитивные результаты. Однако, учитывая множество сопутствующих факторов, в том числе тяжесть травмы, место проведения краниэктомии, время и интенсивность реабилитации, универсального решения не существует, и к каждому случаю необходимо подходить индивидуально. В систематическом обзоре 2018 года изучались двигательные и когнитивные изменения после краниопластики и было показано, что процедуры, проведённые в течение 90 дней, улучшили двигательную функцию, в то время как результаты краткой шкалы оценки психического состояния (MMSE) или функции памяти существенно не изменились (49). Однако дальнейший систематический обзор, в котором сравнивались «ранние и поздние» группы, не выявил различий в неврологическом статусе до краниопластики, но показал значительно лучшие результаты в ранней группе (12). Дальнейшие серии наблюдений показывают, что ранняя реконструкция черепа ускоряет процесс функционального, физического и когнитивного восстановления (4, 20, 34), что подтверждает идею о том, что «чем раньше, тем лучше», но нет однозначных доказательств или единого мнения об оптимальном времени для краниопластики; для определения временных рамок требуются дальнейшие перспективные исследования.

Таблица 2.

Влияние сроков на осложнения и неврологические исходы — последние систематические обзоры.

Также важно помнить, что нет никаких гарантий улучшения неврологического состояния после краниопластики. Есть предположение, что кранипластика оказывает наибольшее влияние на неврологическое восстановление у тех пациентов, у которых неврологическое состояние улучшалось независимо от краниопластики, а кранипластика помогает оптимизировать патофизиологическое состояние свода черепа, о чём говорилось выше, что приводит к наиболее оптимальному состоянию для нейропластичности и улучшения неврологического состояния. Однако для понимания того, каким пациентам кранипластика принесёт наибольшую пользу, необходимы дальнейшие исследования. В клинической практике, в основном субъективно, из-за недостатка доказательств, наблюдаются и более тонкие изменения после краниопластики, которые могут существенно повлиять на потенциал реабилитации пациента, качество его жизни и общий результат, включая положение тела, тонус и спастичность.

Влияние краниопластики на когнитивные способности

Познавательная деятельность является ключевой частью неврологического восстановления, которая может существенно повлиять на функциональную независимость, качество жизни и общее самочувствие. Роль, которую краниопластика может играть в когнитивных изменениях, требует осторожной оценки, поскольку существует множество сопутствующих факторов, которые необходимо принимать во внимание, но всё большее количество обзоров и серий случаев демонстрируют значительное улучшение когнитивных функций после краниопластики (20, 49–52). Само по себе познание — это общий термин, и идеальный план тестирования должен включать пять областей когнитивных функций, а именно: память, речь, внимание, зрительно-пространственные функции и исполнительные функции. Это часто делается в рамках набора когнитивных тестов, но не всегда указывается как таковое.

В одной серии случаев, описанных Ди Стефано и др. (20), у пациентов, которым в течение 6 месяцев после ЧМТ была проведена краниотомия, наблюдались более значительные когнитивные изменения. Поэтому было рекомендовано считать краниотомию ключевым фактором нейропсихологического восстановления и проводить её при первой возможности, чтобы воспользоваться оптимальным периодом для реабилитации. Однако 5-летнее ретроспективное исследование, проведённое Коралло и др. (50), снова показало улучшение когнитивных функций после краниопластики, но наиболее значительные различия наблюдались через 4 года после краниопластики.

Важно помнить, что не у всех пациентов наблюдается улучшение когнитивных функций после краниопластики, и трудно отделить улучшение, которое можно было бы ожидать в течение естественного периода восстановления после краниотомии, от непосредственного улучшения в результате краниопластики, но эти вопросы, по крайней мере, следует обсуждать и учитывать в рамках реабилитации пациента. Как уже говорилось ранее, в центре внимания будущих исследований должно быть более глубокое понимание факторов, которые предсказывают неврологическое восстановление после краниопластики.

Направления будущих исследований

Направления будущих исследований

• Сроки проведения краниопластики и их взаимосвязь с неврологическим исходом
• Связь краниопластики с гидродинамикой внутричерепной жидкости и клиническим восстановлением
• Оптимальный выбор материала для реконструкции черепа
• Отдаленные результаты после реконструкции черепа

Заключение

Краниопластика — это хорошо зарекомендовавшая себя и широко применяемая нейрохирургическая процедура, помогающая в реконструкции черепа. За последние 10–15 лет она претерпела изменения благодаря усовершенствованию технологий, методов проведения операций и производства. Не существует двух одинаковых клинических сценариев, но в идеале краниопластика должна обсуждаться и рассматриваться многопрофильной командой специалистов для пациентов после краниэктомии. У пациентов, которым показана краниопластика, следует учитывать осложнения, сроки, качество жизни и эстетику. Для максимального восстановления и улучшения результатов необходим хороший диалог между хирургом и командой реабилитологов. При принятии таких решений и планировании, основанном на международной классификации функционирования, инвалидности и здоровья, краниопластика может стать важным компонентом программы реабилитации пациента после черепно-мозговой травмы.

Финансирование

Этот проект был профинансирован отделением академической нейрохирургии Кембриджского университета.

Авторский вклад

ХМ является основным автором. Ф.А., И.Т., Н.О., К.Г., Г.В., К.А., К.К., А.Х., П.Х. и А.К. просмотрели и отредактировали статью. Все авторы внесли свой вклад в статью и одобрили представленную версию.

Конфликт интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Примечание издателя

Все утверждения, изложенные в этой статье, принадлежат исключительно авторам и не обязательно отражают точку зрения их аффилированных организаций, а также издателя, редакторов и рецензентов. Любой продукт, который может быть рассмотрен в этой статье, или заявление, которое может быть сделано его производителем, не гарантируются и не одобряются издателем.

===================================================

REKOST-M: Индивидуальные краниопластины - сделаны с помощью 3D технологии на основе КТ пациента, от российской компании ICONLAB

Наши контакты:

Сайт: https://iconlab.ru

Телефон: 8 (800) 700-41-56

Telegram: https://t.me/iconlab

===================================================

Ссылки

• 1.Kolias AG, Kirkpatrick PJ, Hutchinson PJ. Decompressive craniectomy: past, present and future. Nat Rev Neurol. (2013) 9(7):405–15. 10.1038/nrneurol.2013.106 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 2.Hutchinson PJ, Kolias AG, Timofeev IS, Corteen EA, Czosnyka M, Timothy J, et al. Trial of decompressive craniectomy for traumatic intracranial hypertension. New Engl J Med. (2016) 375(12):1119–30. 10.1056/NEJMoa1605215 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 3.Vahedi K, Hofmeijer J, Juettler E, Vicaut E, George B, Algra A, et al. Early decompressive surgery in malignant infarction of the middle cerebral artery: a pooled analysis of three randomised controlled trials. Lancet Neurol. (2007) 6(3):215–22. 10.1016/S1474-4422(07)70036-4 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 4.Kim BW, Kim TU, Hyun JK. Effects of early cranioplasty on the restoration of cognitive and functional impairments. Ann Rehabi Med. (2017) 41(3):354–61. 10.5535/arm.2017.41.3.354 [DOI] [PMC free article] [PubMed] [Google Scholar]
• 5.Rifkinson-Mann S. Cranial surgery in ancient Peru.pdf. Neurosurgery. (1988) 23(4):411–6. 10.1227/00006123-198810000-00001 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 6.Kushner DS, Verano JW, Titelbaum AR. Trepanation procedures/outcomes: comparison of prehistoric Peru with other ancient, medieval and American-Civil-War cranial surgery. World Neurosurg. (2018). [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 7.Sanan A, Haines SJ. Repairing holes in the head: a history of cranioplasty. Neurosurgery. (1997) 40(3):588–603. [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 8.Missori P, Curra A, Paris HS, Peschillo S, Fattapposta F, Paolini S, et al. Reconstruction of skull defects in the middle ages and renaissance. Neurosci. (2015) 21(3):322–8. [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 9.Pryor L, Gage E, Langevin C-J, Herrera F, Breithaupt A, Gordon C, et al. Review of bone substitutes. Craniomaxillofacial Trauma Reconstr. (2009) 2(03):151–60. 10.1055/s-0029-1224777 [DOI] [PMC free article] [PubMed] [Google Scholar]
• 10.Norrefalk J-R. How do we define multidisciplinary rehabilitation? J Rehabil Med. (2003) 35(2):100–1. 10.1080/16501970306118 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 11.Mokri B. The Monro–Kellie hypothesis. Neurology. (2001) 56(12):1746–8. 10.1212/WNL.56.12.1746 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 12.Malcolm JG, Rindler RS, Chu JK, Chokshi F, Grossberg JA, Pradilla G, et al. Early cranioplasty is associated with greater neurological improvement: a systematic review and meta-analysis. Neurosurgery. (2018) 82(3):278–88. 10.1093/neuros/nyx182 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 13.Nasi D, Dobran M. Can early cranioplasty reduce the incidence of hydrocephalus after decompressive craniectomy? A meta-analysis. Surg Neurology Int. (2020) 11(94). [DOI] [PMC free article] [PubMed] [Google Scholar]
• 14.Oyelese AA, Steinberg GK, Huhn SL, Wijman CAC. Paradoxical cerebral herniation secondary to lumbar puncture after decompressive craniectomy for a large space-occupying hemispheric stroke: case report. Neurosurgery. (2005) 57(3):E594. 10.1227/01.NEU.0000170437.79760.DF [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 15.Shahid AH, Mohanty M, Singla N, Mittal BR, Gupta SK. The effect of cranioplasty following decompressive craniectomy on cerebral blood perfusion, neurological, and cognitive outcome. J Neurosurg. (2018) 128(1):229–35. 10.3171/2016.10.JNS16678 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 16.Jiang Y, Wang Y-K, Shi X-L, Wang S-H, Li Y-M, Wang J-Y, et al. Improvement of cerebral blood perfusion in certain cerebral regions after cranioplasty could be monitored via tympanic membrane temperature changes. Brain Inj. (2018) 32(11):1–8. 10.1080/02699052.2018.1493615 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 17.Yoshida K, Furuse M, Izawa A, Izawa N, Kuchiwaki H, Inao S. Dynamics of cerebral blood flow and metabolism in patients with cranioplasty as evaluated by 133Xe CT and 31P magnetic resonance spectroscopy. J Neurol Neurosurg Psychiatry. (1996) 61:166–71. 10.1136/jnnp.61.2.166 [DOI] [PMC free article] [PubMed] [Google Scholar]
• 18.Winkler PA, Stummer W, Linke R, Krishnan KG, Tatsch K. Influence of cranioplasty on postural blood flow regulation, cerebrovascular reserve capacity, and cerebral glucose metabolism. J Neurosurg. (2000) 93(1):53–61. 10.3171/jns.2000.93.1.0053 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 19.Chibbaro S, Vallee F, Beccaria K, Poczos P, Makiese O, Fricia M, et al. The impact of early cranioplasty on cerebral blood flow and its correlation with neurological and cognitive outcome. Prospective multi-centre study on 24 patients. Rev Neurol. (2013) 169(3):240–8. 10.1016/j.neurol.2012.06.016 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 20.Stefano CD, Rinaldesi ML, Quinquinio C, Ridolfi C, Vallasciani M, Sturiale C, et al. Neuropsychological changes and cranioplasty: a group analysis. Brain Inj. (2015) 30(2):164–71. 10.3109/02699052.2015.1090013 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 21.Grant FC, Norcross NC. Repair of cranial defects by cranioplasty. Ann Surg. (1939) 110(488–512):1–25. [DOI] [PMC free article] [PubMed] [Google Scholar]
• 22.Ashayeri K, Jackson EM, Huang J, Brem H, Gordon CR. Syndrome of the trephined: a systematic review. Neurosurgery. (2016) 79(4):525–34. 10.1227/NEU.0000000000001366 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 23.Rienzo AD, Colasanti R, Gladi M, Pompucci A, Costanza MD, Paracino R, et al. Sinking flap syndrome revisited: the who, when and why. Neurosurg Rev. (2019) 43(1):323–35. 10.1007/s10143-019-01148-7 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 24.Carney N, Totten A, OReilly C, Ullman J, Hawryluk G, Bell M, et al. Guidelines for the management of severe traumatic brain injury. (2016):1–244. [Google Scholar]
• 25.Honeybul S, Ho KM. Cranioplasty: morbidity and failure. Brit J Neurosurg. (2016) 30(5):523–8. 10.1080/02688697.2016.1187259 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 26.Bonis PD, Frassanito P, Mangiola A, Nucci CG, Anile C, Pompucci A. Cranial repair: how complicated is filling a “Hole”? J Neurotraum. (2012) 29(6):1071–6. 10.1089/neu.2011.2116 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 27.Gooch MR, Gin GE, Kenning TJ, German JW. Complications of cranioplasty following decompressive craniectomy: analysis of 62 cases. Neurosurg Focus. (2009) 26(6):E9. 10.3171/2009.3.FOCUS0962 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 28.Corliss B, Gooldy T, Vaziri S, Kubilis P, Murad G, Fargen K. Complications after in vivo and ex vivo autologous bone flap storage for cranioplasty: a comparative analysis of the literature. World Neurosurg. (2016) 96:510–5. 10.1016/j.wneu.2016.09.025 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 29.Malcolm JG, Mahmooth Z, Rindler RS, Allen JW, Grossberg JA, Pradilla G, et al. Autologous cranioplasty is associated with increased re-operation rate: a systematic review and meta-analysis. World Neurosurg. (2018) 116. 10.1016/j.wneu.2018.05.009 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 30.Liu L, Lu S-T, Liu A-H, Hou W-B, Cao W-R, Zhou C, et al. Comparison of complications in cranioplasty with various materials: a systematic review and meta-analysis. Brit J Neurosurg. (2020):1–9. [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 31.Yadla S, Campbell PG, Chitale R, Maltenfort MG, Jabbour P, Sharan AD. Effect of early surgery, material, and method of flap preservation on cranioplasty infections: a systematic review. Neurosurgery. (2011) 68(4):1124–30; 9-discussion. 10.1227/NEU.0b013e31820a5470 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 32.Goiato MC, Anchieta RB, Pita MS, dos Santos DM. Reconstruction of skull defects. J Craniofac Surg. (2009) 20(5):1512–8. 10.1097/SCS.0b013e3181b09b9a [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 33.Aydin S, Kucukyuruk B, Abuzayed B, Aydin S, Sanus GZ. Cranioplasty: review of materials and techniques. J Neurosci Rural Pract. (2011) 2(2):162–7. 10.4103/0976-3147.83584 [DOI] [PMC free article] [PubMed] [Google Scholar]
• 34.Archavlis E, Nievas MCY. The impact of timing of cranioplasty in patients with large cranial defects after decompressive hemicraniectomy. Acta Neurochir. (2012) 154(6):1055–62. 10.1007/s00701-012-1333-1 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 35.Iaccarino C, Kolias A, Adelson PD, Rubiano AM, Viaroli E, Buki A, et al. Consensus statement from the international consensus meeting on post-traumatic cranioplasty. Acta Neurochir. (2020):1–18. [DOI] [PMC free article] [PubMed] [Google Scholar]
• 36.Malcolm JG, Rindler RS, Chu JK, Grossberg JA, Pradilla G, Ahmad FU. Complications following cranioplasty and relationship to timing: a systematic review and meta-analysis. J Clin Neurosci. (2016) 33:39–51. 10.1016/j.jocn.2016.04.017 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 37.Xu H, Niu C, Fu X, Ding W, Ling S, Jiang X, et al. Early cranioplasty vs. late cranioplasty for the treatment of cranial defect: a systematic review. Clin Neurol Neurosur. (2015) 136:33–40. 10.1016/j.clineuro.2015.05.031 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 38.Wilkins TE, Beers SR, Borrasso AJ, Brooks J, Mesley M, Puffer R, et al. Favorable functional recovery in severe traumatic brain injury survivors beyond six months. J Neurotraum. (2019) 36(22):3158–63. 10.1089/neu.2018.6153 [DOI] [PMC free article] [PubMed] [Google Scholar]
• 39.Schuss P, Vatter H, Marquardt G, Imöhl L, Ulrich CT, Seifert V, et al. Cranioplasty after decompressive craniectomy: the effect of timing on postoperative complications. J Neurotraum. (2012) 29(6):1090–5. 10.1089/neu.2011.2176 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 40.Acciarri N, Nicolini F, Martinoni M. Cranioplasty: Routine Surgical Procedure or Risky Operation? World Journal of Surgical Research. 2016 December 21. Available from: http://www.npplweb.com/wjsr/fulltext/5/5#:∼:text=Cranioplasty%20is%20too%20often%20considered%20a%20routine%20surgical,of%20complications%20is%20possible%20also%20with%20autologou%20bone
• 41.Honeybul S, Ho KM. Incidence and risk factors for post-traumatic hydrocephalus following decompressive craniectomy for intractable intracranial hypertension and evacuation of mass lesions. J Neurotraum. (2012) 29(10):1872–8. 10.1089/neu.2012.2356 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 42.Czosnyka M, Copeman J, Czosnyka Z, McConnell RS, Dickinson C, Pickard J. Post-traumatic hydrocephalus: influence of craniotomy on the CSF circulation. J Neuro Neurosurg Psychiatry. (2000):246a–8a. 10.1136/jnnp.68.2.246a [DOI] [PMC free article] [PubMed] [Google Scholar]
• 43.Waziri A, Fusco D, Mayer SA, McKhann GM, 2nd, Connolly ESJ. Postoperative hydrocephalus in patients undergoing decompressive hemicraniectomy for ischemic or hemorrhagic stroke. Neurosurgery. (2007) 61(3):489–93; discussion 493-4. 10.1227/01.NEU.0000290894.85072.37 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 44.Lee L, Ker J, Quah BL, Chou N, Choy D, Yeo TT. A retrospective analysis and review of an institution’s experience with the complications of cranioplasty. Brit J Neurosurg. (2013) 27(5):629–35. 10.3109/02688697.2013.815313 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 45.Chen F, Duan Y, Li Y, Han W, Shi W, Zhang W, et al. Use of an antiepileptic drug to control epileptic seizures associated with cranioplasty: a randomized controlled trial. Int J Surg. (2017) 40:113–6. 10.1016/j.ijsu.2017.02.017 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 46.Yeap M-C, Chen C-C, Liu Z-H, Hsieh P-C, Lee C-C, Liu Y-T, et al. Postcranioplasty seizures following decompressive craniectomy and seizure prophylaxis: a retrospective analysis at a single institution. J Neurosurg. (2018):1–5. [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 47.WHO | International Classification of Functioning, Disability and Health (ICF). (2011).
• 48.Budhdeo S, Meek T, Cosco TD, Turaga S, Chari A, Sharma N. Physiotherapist confidence level in mobilising stroke patients after decompressive hemicraniectomy: are helmets useful? Biorxiv. (2019) 632604. [Google Scholar]
• 49.Cola MCD, Corallo F, Pria D, Buono VL, Calabrò RS. Timing for cranioplasty to improve neurological outcome: a systematic review. Brain Behav. (2018) 8(11):e1106. [DOI] [PMC free article] [PubMed] [Google Scholar]
• 50.Corallo F, Buono VL, Calabrò RS, Cola MCD. Can cranioplasty be considered a tool to improve cognitive recovery following traumatic brain injury? A 5-years retrospective study. J Clin Med. (2021) 10(22):5437. 10.3390/jcm10225437 [DOI] [PMC free article] [PubMed] [Google Scholar]
• 51.Stefano CD, Sturiale C, Trentini P, Bonora R, Rossi D, Cervigni G, et al. Unexpected neuropsychological improvement after cranioplasty: a case series study. Brit J Neurosurg. (2012) 26(6):827–31. 10.3109/02688697.2012.692838 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]
• 52.Corallo F, Cola MCD, Buono VL, Marra A, Luca RD, Trinchera A, et al. Early vs late cranioplasty: what is better? Int J Neurosci. (2017) 127(8):1–6. 10.1080/00207454.2016.1235045 [DOI] [PubMed] [Google Scholar]