Последний раз Катю видела ученица Алина, с которой они встречались в кафе около двух часов дня.
– Она планировала открыть салон красоты и хотела взять меня на работу, – рассказывает девушка. – Как раз начали разговаривать, когда зазвонил телефон. Похоже, звонивший сообщил ей о публикации личной переписки в сети.
Катя пыталась получить доступ в интернет с мобильного, но безуспешно.
– Она сказала, что едет домой и вернется через полчаса, попросив меня подождать, – вспоминает свидетельница.
По дороге домой она позвонила мужу, Алексею Татаркину, подозревая его причастность к утечке информации, поскольку он хорошо разбирался в компьютерах. По его словам, он предложил встретиться в квартире, которую они снимали после развода.
Татаркин утверждает, что они встретились в подъезде, где и произошла ссора. Катя обвинила его в публикации переписки с одним из знакомых мужчин. Алексей, в свою очередь, обрушил на нее поток обвинений.
По словам матери Кати, он часто провоцировал девушку ревностью.
– Я спросил у жены, правдивы ли слухи о ее отношениях с другими мужчинами. Ответ был однозначным: я должен быть глупцом, если не замечал этого, – рассказал Алексей следователям.
– Не осознавая, что делаю, схватил нож и ударил Катю в грудь.
После удара она упала на пол. Я попытался ее подхватить… Мы сидели на полу, Катя лежала у меня на коленях… Примерно десять минут она не подавала признаков жизни… Потом я осознал, что убил ее. Взял нож и начал избавляться от следов преступления…
Дальнейшие действия Татаркина не соответствуют поведению человека в состоянии аффекта. Создавалось впечатление, что все его действия были направлены на создание тщательно продуманного алиби. Он не вызвал скорую помощь и не пытался спасти жену. Хладнокровно разделил тело на девять частей и упаковал их в мусорные пакеты.
С телефона Кати были отправлены две SMS: одна – о том, что она уехала кататься, другая – о намерении перезвонить на следующий день.
Именно этими сообщениями он вводил следствие в заблуждение. В тот же вечер, после убийства, он вел переписку от имени жены с ее ноутбука.
Около девяти вечера он вынес пакеты во двор и погрузил их в автомобиль «ВАЗ-2107», который накануне принимал на ремонт. Останки были захоронены в разных местах – часть возле деревни Чультем, остальное – на свалке недалеко от деревни Вожой в Завьяловском районе.
На следующий день, 28 мая, когда мать Кати начала беспокоиться, он позвонил другу, шеф-повару одного из ресторанов города, сообщив, что сломал руку и находится в больнице, а позже заедет пообедать.
Он действительно обратился в травматологию, но врачам сказал, что травмировался накануне вечером. Возможно, это было частью плана по созданию алиби.
Перелом он использовал и в ресторане у друга, попросив официантку помочь снять с карты 100 000 рублей, ссылаясь на невозможность пересчитать деньги. Вместе они посетили торговый центр, но он не вошел внутрь, опасаясь попасть в поле зрения камер видеонаблюдения. Девушка хорошо запомнила, что карта принадлежала Екатерине Гуровой.
Мать Кати позвонила Алексею 28 мая, несмотря на неприязнь к зятю, так как Катя не отвечала на звонки с предыдущего вечера.
Поняв, что Татаркин что-то скрывает, она связалась с подругой дочери, обзвонила морги и больницы в районе, подала заявление в полицию, а 29-го уже была в Ижевске.
С этого момента в городе началась масштабная поисковая операция, в которой участвовали волонтеры, местные жители и даже экстрасенсы.
– Я почти не сомневалась, что исчезновение Кати связано с ним, но не думала, что у него хватит на это, – говорила женщина. – Я считала, что он просто удерживает ее и вымогает деньги. Я написала ему письмо с требованием вернуть Катю в обмен на деньги и имущество.
Поиски девушки продолжались около месяца. Доказать причастность Татаркина к ее исчезновению оказалось непросто.
Помогла официантка, которая сняла деньги по просьбе Татаркина и, увидев объявления о поиске Кати, связалась с ее матерью.
Важную роль сыграли показания соседки, слышавшей крики в квартире Кати, а также свидетели, видевшие Алексея за рулем «ВАЗ-2107» в день пропажи.
Найдено было кровь Екатерины в машине. Результаты экспертизы поступили в начале июля.
10 июля Татаркин был задержан. Он продолжал отрицать свою причастность к исчезновению жены.
– Он устраивал сцены во время допроса, жаловался на плохое самочувствие, и ему вызывали скорую помощь, – вспоминает Евгений Федоров, следователь. – Но врачи не обнаружили никаких проблем со здоровьем, а о микроинсульте документально подтвердить не удалось.
12 июля, на очередном допросе, он неожиданно признался в убийстве.
– Признаваясь в убийстве, он делал вид, что глубоко переживает и сожалеет, иногда даже пускал слезы, – вспоминает следователь.
Суд приговорил Татаркина к 9 годам и 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.