Атомная подводная лодка К-429, созданная по проекту 670 А "Скат" в Горьком, была одной из 11 подобных субмарин. Габариты впечатляли: 104 м в длину, около 10 м в ширину, а по высоте она сравнима с пятиэтажкой. Максимальная скорость достигала 26 узлов, а погружаться могла на глубину до 300 метров.
- Субмарина была оснащена ядерной энергетической установкой мощностью примерно 90 МВатт и несла на борту восемь ракет П-70 «Аметист».
- Зачисленная в состав советского флота 31 октября 1972 года, К-429 уже через пять месяцев попала на ремонт из-за затопления реакторного отсека.
В 1975 году произошел еще один инцидент – взрыв при продувке балластной цистерны, повредивший "нос" субмарины. Однако эти происшествия были лишь предвестниками гораздо более серьезной катастрофы.
- К концу весны 1983 года К-429 завершила полугодовое успешное патрулирование в Индийском океане и вернулась в порт приписки. Команду отправили на отдых, а подводную лодку определили на ТО из-за многочисленных проблем с оборудованием.
- Ремонтные мероприятия планировалось начать осенью. Однако руководство второй флотилии, получив одобрение командования Тихоокеанского флота, сохранило за субмариной статус "постоянной БГ".
- Это подразумевало, что при возникновении чрезвычайных ситуаций, невзирая на имеющиеся технические неполадки, экипажу предоставлялось менее 24 часов на подготовку к выходу в море.
В тот период из столицы поступило распоряжение о переводе капитана 1-го ранга Николая Суворова, высококвалифицированного офицера с 25-летним стажем, на должность старшего преподавателя тактики в Санкт-Петербург. Он с женой уже планировал переезд, когда 20 июня командир дивизии неожиданно вызвал его и распорядился готовиться к выходу в море на К-429 для участия в учениях. Такое решение было вызвано невыполнением плана.
- Естественно, Суворов не скрывал своего возмущения, поскольку подводная лодка явно была не в состоянии выйти в море. Однако командир настоял на выполнении "приказа".
- Суворов под давлением подписал нужные бумаги. Информация о срочном отплытии дошла до остальных членов экипажа в последний момент. Экипаж собирался по принципу "с мира по нитке".
- К 23 июня на АПЛ были принудительно направлены специалисты с пяти различных субмарин.
Экипаж был укомплектован лишь за несколько часов до отплытия. Значительная часть моряков никогда на сталкивалась с подобной АПЛ. Вместо профессиональной подготовки и учений, экипаж привлекался к сельскохозяйственным и земляным работам. В дополнение к этому, непосредственно перед выходом в море на К-429 приняли 14 моряков-студентов, в результате чего общая численность достигла 120 человек. Очевидно, что стандартная трехдневная проверка функциональности оборудования и систем была пропущена. Тестирование на герметичность не проводилось, а процедура передачи подлодки была формальной.
- Руководство не обратило внимания на проблемы, и К-429 отправилась в плавание из бухты Крашенинникова 24 июня 1983 года. В 4:55 произошел взрыв аккумуляторной батареи в третьем отсеке из-за проникновения воды, что сделало самостоятельное всплытие подлодки невозможным.
- Отсек наполнился токсичными газами, экипаж отсека эвакуировался во второй. Подать сигнал бедствия с помощью аварийных буев оказалось невозможным, поскольку для предотвращения их случайного отсоединения они были жестко приварены к корпусу субмарины.
На большей части советских подводных лодок наблюдалась схожая проблема. Спасательная капсула, предназначенная для экстренной эвакуации экипажа, была намертво приварена к корпусу подлодки. Однако даже если бы она не была приварена, использовать её всё равно не удалось бы из-за неисправного подъёмного механизма. Тогда командир Суворов принял решение отправить на поверхность двух членов экипажа через торпедный отсек. Для этой опасной миссии были выбраны наиболее физически подготовленные и опытные подводники Лесник и Мерзликин.
- Они не соответствовали традиционному образу героев, постоянно игнорировали правила и регулярно отбывали дисциплинарные наказания.
- В 8:30 утра они через торпедный отсек вышли в воду. Не заметив поблизости судов, они, согласно предварительно оговоренной стратегии, направились вплавь к суше.
- По невероятному стечению обстоятельств их обнаружил корабль противолодочной обороны, экипаж которого искренне предположил, что задержал иностранных подводных разведчиков. Даже после того, как спасенных подняли на борт, их повествованию о затонувшей подводной лодке не придали значения. После того, как командир корабля обратился к вышестоящему руководству, которое установило контакт с командованием флотилии на Камчатке, информация о нахождении атомной субмарины на морском дне достигла штаба флота.
Спустя несколько часов после аварии к месту происшествия начали прибывать спасательные суда: корабль «Сторожевой», спасательные суда СС-83 и СС-38, а также водолазное судно ВМ-117. Также к месту аварии прибыла подводная лодка того же класса, что и затонувшая К-429. На ней должны были пройти процедуру декомпрессии спасённые моряки.
Внутри К-429 ситуация ухудшалась. В некоторых отсеках повысилось давление, температура достигла 50 градусов, воздух заканчивался. Не было ни фонарей, ни пищи, ни аварийных дыхательных аппаратов. На второй день в первом отсеке взорвалась аккумуляторная батарея.
- Когда специалисты в спасательном колоколе СК-59 не смогли пристыковаться к люкам К-429, было решено выводить подводников через торпедные аппараты по четыре человека.
- Несмотря на то, что в составе экипажа было 50% отличников боевой подготовки и больше половины людей имели квалификацию первого и второго класса, многие матросы не знали, как использовать индивидуальные спасательные средства, потому что не было тренировок. Спасательная операция шла нелегко.
Представить себе невозможно ощущения человека, пробирающегося через затопленный торпедный аппарат в громоздком водолазном костюме. Девятиметровый узкий проход шириной всего полметра, абсолютная тьма вокруг. Один юный моряк скончался от сердечного приступа. Другой несчастный, который первым выбирался и тянул за собой трос, запутался в нём. Водолазного ножа, который должен был находиться в его аварийном комплекте согласно инструкции, конечно же, не нашлось.
Спасательная операция продолжалась четыре дня. Молодой 23-летний специалист Василий Баев, прошедший подготовку водолаза на Черноморском флоте, покидая затопленную АПЛ последним, самостоятельно починил и герметизировал выходной люк, остановив проникновение воды. Именно его действия позволили в дальнейшем спасти подводную лодку. За этот героический поступок Василию вручили только орден Красной Звезды. 28 июня в 20:31 был эвакуирован последний из 104 членов экипажа.
Причиной инцидента стал сбой в логическом блоке дистанционного управления вентиляционными заслонками. Для обычного техника субмарины такая неполадка была вполне знакомой. При каждом погружении он обычно размещал специалиста в 4-м отсеке, чтобы тот следил за исполнением повторяющихся команд. Однако в этот злополучный день такого спеца на борту не было...
- После аварии, в рекордно короткие сроки - всего за шесть недель, подводную лодку подняли и направили на восстановление.
- Однако по иронии судьбы ночью 13 сентября 1985 года субмарина затонула повторно, прямо возле причала ремонтного предприятия. Впоследствии от восстановления отказались, переквалифицировав её в тренировочную подлодку, а к 1990 году полностью вывели из эксплуатации.
Расследование инцидента проводилось с явными нарушениями. Материалы дела ходили из рук в руки: документы разбирались и собирались заново, с намеренным исключением определённых страниц. Журнал дифферентовки, который командир лично спас при эвакуации, таинственным образом исчез. Всё указывало на попытку сделать Суворова единственным ответственным за произошедшую катастрофу.
Адмирал Сорокин, руководитель Главного политического управления ВМФ, высказался: "Случись эта трагедия далеко от штаба, всех участников наградили бы государственными наградами. Но всё произошло слишком близко к берегу".
- Расследование продолжалось восемнадцать месяцев. Жена командира, подготовив все нужные бумаги, отправилась в столицу добиваться справедливости.
- Она не осознавала, что вердикт был вынесен заранее, а все разбирательство – лишь формальность. В результате Суворова приговорили к десятилетнему заключению и арестовали непосредственно в суде.
Помимо этого, ему вменили штраф в размере 20 миллионов за ухудшение боевой готовности подлодок государства. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 сентября 1987 года Суворов получил амнистию. Спустя несколько лет после выхода на свободу он ушел из жизни. Впоследствии группа из двенадцати адмиралов подала судебный иск с просьбой о посмертной реабилитации капитана первого ранга. Олег Ерофеев, занимавший должность начальника штаба флотилии, впоследствии был назначен командующим Северным флотом. В период его командования в 1989 году произошла катастрофа с атомной подводной лодкой "Комсомолец".
- Руководство намеревалось наградить моряков, погибших в четвертом отсеке, однако бюрократические проволочки помешали этому - бумаги затерялись в административных инстанциях.
- Единственным напоминанием о шестнадцати членах экипажа "К-429", погибших в бухте Саранной, служит памятник в поселке Рыбачьем, где располагается база атомных подлодок Тихоокеанского флота.
За период с 1983 по 1989 год СССР потерял три подводные лодки: "К-429", "К-219" и "К-278". Также следует вспомнить взрыв реактора на подлодке в Чажме в 1985 году. Пророческими оказались заключительные слова Суворова в суде: "Если вы скроете правду и не позволите другим учиться на ваших ошибках, неизбежно последуют новые катастрофы и человеческие потери".
- К сожалению, приходится констатировать полное отсутствие выводов у военного руководства после данного трагического происшествия.
- Единственной "заботой" вышестоящих лиц стало "самосохранение" и перекладывание ответственности на членов экипажа и их командиров.
Спустя почти двенадцать лет, 12.08.2000, погиб "Курск".