Паблики и СМИ маленькой страны на Южном Кавказе, а также армянская диаспора в могучей стране-соседе, второй день кричат о участии этнических азербайджанцев Ирана в диверсиях против своей Родины. Но так ли это?
Элементарная логика подсказывает, что будучи правоверными шиитами, они никогда не пошли бы на сотрудничество с врагами другой веры. А вот те, кого не связывают крепкие религиозные узы с исламской страной, вполне могли бы продаться.
Впрочем, давайте по-порядку...
Израильские удары по стратегическим объектам на территории Ирана, вызвавшие резонанс в регионе и за его пределами, всё чаще сопровождаются вопросом: как столь точная и дерзкая операция могла быть осуществлена в условиях жёсткого режима безопасности Исламской Республики? Всё больше экспертов склоняются к мысли, что без внутренней помощи израильская разведка действовать не могла. Один из возможных, но малоосвещённых факторов — участие армянской диаспоры и армянских структур, как внутри самого Ирана, так и за его пределами.
Иранские христиане — идеальные "невидимки" в системе безопасности
В Иране армянская община — одно из немногих христианских меньшинств, официально признанных государством. Численность иранских армян оценивается в пределах 200 тысяч человек, и они традиционно занимают устойчивое положение в обществе. Им разрешено свободное вероисповедание, они имеют своих представителей в парламенте, живут в крупных городах — Исфахан, Тебриз, Урмия — и активно задействованы в экономике и сфере услуг.
Такая интеграция в государственную систему создаёт редкую возможность для проведения разведывательной и логистической работы, не вызывающей подозрения. Они находятся в ключевых сферах — от авиаперевозок и телекоммуникаций до портов и логистических центров. Это именно те узлы, где проходит важнейшая информация и перемещаются грузы, включая военные.
Церковные каналы и дипломатия "в рясе"
Армянская апостольская церковь, несмотря на свой религиозный статус, представляет собой уникальный информационный и коммуникационный ресурс, растянутый от Ирана до Европы и США. Устойчивые связи между епархиями, включая каналы передачи сообщений, церковную дипломатию и миссионерскую логистику, в потенциальных спецоперациях могут использоваться как невидимый мост — не вызывающий подозрений у иранской контрразведки.
Такой канал мог бы стать особенно полезным для "Моссада", известного своей способностью использовать нестандартные маршруты и связи. Вопрос, который стоит: могла ли израильская разведка пройти мимо столь очевидной возможности? Вероятнее всего — нет.
Армения — транзитная территория или скрытая база?
На фоне резкого сближения Еревана и Тель-Авива с 2023 года — включая обмен послами, военно-технические контакты и активное обсуждение совместных проектов в сфере ВПК — Армения стала всё чаще фигурировать как возможный логистический тыл для операций против Ирана.
География также говорит в пользу этой версии: армяно-иранская граница, в особенности в Сюникской области, слабо контролируется, а маршруты контрабанды здесь работают десятилетиями. Израиль мог использовать территорию Армении для переброски дронов, радиоэлектронных комплексов, средств связи и даже групп подготовки. Под видом гуманитарных или церковных грузов через эти каналы могла проходить высокотехнологичная начинка будущих диверсий.
Киберпространство и армянский ИТ-сектор
Ещё одна неочевидная точка опоры — армянская технологическая индустрия. ИТ-сектор Армении плотно связан с западными подрядчиками, включая структуры из США и Израиля. Разработка программного обеспечения, сотрудничество с телекоммуникационными компаниями и работа в облачных хранилищах создаёт возможность внедрения вредоносного кода, сбора данных, проведения кибератак.
Современная война всё чаще перемещается в виртуальную плоскость, и здесь даже небольшая страна может оказаться полезным «форпостом». Особенно — если её структуры недостаточно регулируются, а прозрачность работы с иностранными партнёрами оставляет лазейки для спецслужб.
Армянская диаспора в Иране — пассивное прикрытие или активные участники?
Не стоит недооценивать и внутреннюю поддержку — как пассивную, так и активную. Армяне, в отличие от арабов, курдов или суннитов, не вызывают постоянных подозрений у иранских служб. Это делает их потенциальной сетью наблюдения и передачи информации. Особенно это актуально в районах, где действительно были зафиксированы удары по инфраструктуре — Тебриз, Урмия, Исфахан.
Здесь армяне исторически проживают десятилетиями, нередко имея доступ к городским сетям, транспортной системе, промышленным предприятиям и даже стратегическим подземным объектам. Именно такой «человеческий ресурс» мог использоваться для наведения, закладки датчиков, отслеживания перемещений и координации атак.
Мотивация
Отдельный пласт — возможные мотивации. Не все они обязательно идеологические. В некоторых случаях это может быть материальный интерес, в других — стремление нанести удар по Ирану, где азербайджанцы являются чуть ли не большинством. Для части армянского националистического актива, особенно в диаспоре, союз с Израилем может рассматриваться как инструмент давления на Баку, а участие в анти-иранских действиях — как форма мести.
Таким образом, армянский след в операции "Моссада" против Ирана не является фантастической гипотезой. Он вписывается в цепочку событий, совпадений и тенденций, указывающих на формирование нового тактического альянса, где маленькие сообщества играют ключевую роль в больших геополитических играх.
Вывод: новый вызов для иранской контрразведки
Иранская контрразведка, традиционно одна из самых жёстких в регионе, уже сталкивалась с изощрёнными операциями иностранных спецслужб. Однако взаимодействие этнических, религиозных и технологических факторов в текущей ситуации требует переосмысления подходов. Внимание к церковным структурам, дигитальным компаниям и логистическим коридорам на периферии — вот новый фронт обороны Ирана, если он не хочет повторения подобных атак в будущем.