– Елена Викторовна, вы дома? Откройте, пожалуйста!
Я замерла с половником в руке. Голос за дверью показался знакомым, но не могла понять, чей именно. Виктор ушел полчаса назад, ключи не забывал.
– Кто там?
– Это я, Сергей. Твой муж.
Половник упал на пол со звонким стуком. Сердце забилось так громко, что казалось, соседи услышат. Три года. Три года я жила с мыслью, что его больше нет. Что он где-то там, возможно, уже...
– Серёжа? – голос дрожал. – Это правда ты?
– Открывай, Лена. Нам нужно поговорить.
Руки трясли, когда поворачивала замок. За дверью стоял мужчина, которого я когда-то любила. Постаревший, загорелый, в незнакомой куртке. Но это был он.
– Господи, где ты был? – первым порывом хотелось обнять, но что-то в его взгляде остановило.
– Можно войти?
Я отступила, пропуская его в прихожую. Он оглядел стены, переклеенные обои, новую обувницу.
– Ремонт делала?
– Да, в прошлом году. Серёжа, объясни мне, где ты был все это время? Я подавала заявление в милицию, тебя искали!
Он снял куртку, повесил на крючок – тот самый, который сам когда-то прикрутил. Движения привычные, будто не было этих трех лет.
– В Подольске жил. У дяди Володи работал.
– В Подольске? Это же всего в двух часах езды! Почему не позвонил? Не написал?
– Лена, не кричи. Соседи услышат.
Я и не заметила, что повысила голос. В груди клокотала обида, смешанная с радостью и непониманием.
– Серёжа, я думала, ты мертв. Я тебя в морге искала, по больницам обзванивала. Как ты мог?
Он прошел в зал, сел в свое любимое кресло. То самое, которое я хотела выбросить в первый год, но не решилась.
– Проблемы были серьезные. Помнишь, я дачу продал?
– Помню. Из-за этого мы и поругались тогда.
– Так вот, денег все равно не хватило. Должен остался Коле Жукову двести тысяч. Он не шутил, понимаешь? Сказал, если не отдам в срок, будут проблемы. Большие проблемы.
Я опустилась на диван напротив. Руки все еще дрожали.
– И ты просто сбежал? Оставил меня одну разбираться?
– Я не сбежал. Я решил заработать и вернуться. Думал, за полгода управлюсь.
– Полгода? Серёжа, прошло три года!
Он отвел взгляд к окну. За стеклом мелькали огни соседних домов.
– Работа оказалась не такой прибыльной. А потом... потом стало проще так жить. Никого не надо было обманывать, делать вид, что все хорошо.
– Проще? – я не верила своим ушам. – Тебе было проще бросить семью?
– Какая семья, Лена? Максим давно отдельно живет, ты на работе пропадала. Мы и так уже чужими стали.
Слова били больнее пощечины. Может, в них была доля правды, но слышать это сейчас было невыносимо.
– Знаешь что, давай не будем сейчас об этом. Главное, что ты жив, что вернулся. Где ты жить будешь?
Сергей посмотрел на меня с удивлением.
– Как где? Дома. Это же моя квартира тоже.
Комок подкатил к горлу. Вот оно. Сейчас начнется самое сложное.
– Серёжа, квартира больше не твоя. Я оформила ее на себя год назад.
Он поднялся с кресла так резко, что я невольно отшатнулась.
– Как это не моя? Что значит оформила на себя?
– Тебя признали без вести пропавшим. По решению суда я стала единственным собственником.
– Без моего ведома? Без моего согласия?
– Серёжа, тебя не было! Никто не знал, жив ты или нет!
Он начал ходить по комнате, и я узнала эту его привычку – мерить шагами пространство, когда нервничал.
– Значит, решила, что я не вернусь, и прибрала все к рукам?
– Не прибрала к рукам! Я не могла ничего сделать с квартирой, пока ты числился собственником. Коммунальные платежи, налоги – все на мне висело, а прав никаких не было.
– И сколько же времени ты ждала, прежде чем от меня избавиться?
– Год! Целый год я ждала, надеялась. А потом поняла, что жизнь продолжается.
Дверной звонок прервал нашу перепалку. Я посмотрела на часы – половина девятого. Кто может прийти в такое время?
– Ждешь кого-то? – Сергей остановился у окна.
– Нет.
Звонок повторился, более настоятельно. Я подошла к двери.
– Елена Викторовна, это Галина Михайловна. Можно к вам?
Соседка. Именно ее мне сейчас не хватало.
– Галина Михайловна, неудобное время...
– Я видела, что свет горит. И потом, у меня к вам важный разговор.
Сергей кивнул мне – мол, открывай. Галина Михайловна вошла в прихожую и замерла, увидев мужчину.
– Добрый вечер. А вы...
– Это мой муж, – сказала я тихо. – Сергей.
Лицо Галины побледнело. Она поперхнулась воздухом и схватилась за косяк.
– Ваш муж? Но как... откуда...
– Из Подольска, – сухо ответил Сергей. – А вы, простите, кто будете?
– Галина Михайловна, соседка, – она явно пыталась взять себя в руки. – Елена Викторовна, мне нужно с вами поговорить. Наедине.
– Галина Михайловна, что случилось? Вы так странно себя ведете.
– Елена Викторовна, поверьте, это очень важно.
Сергей внимательно посмотрел на соседку.
– А знаете что, поговорите. Я схожу покурю.
Он взял куртку и вышел на лестничную площадку. Галина дождалась, пока стихнут его шаги.
– Елена Викторовна, садитесь.
– Что происходит? Вы меня пугаете.
– Я знала, где ваш муж.
Слова повисли в воздухе. Я не сразу поняла их смысл.
– Что вы сказали?
– Я видела его в Подольске. Полгода назад. Ездила к сестре на дачу, он там на стройке работал.
Мир поплыл перед глазами. Я опустилась на диван.
– Вы видели Серёжу полгода назад? И молчали?
– Елена Викторовна, поймите правильно...
– Понять что? Что вы скрывали от меня, что мой муж жив?
– Я думала, вам будет лучше без него! Вы же сами рассказывали, как он дачу без вашего ведома продал, как пил, как деньги тратил непонятно на что!
– Это не ваше дело было решать, что мне лучше!
– Елена Викторовна, вы тогда такая несчастная были. А потом наладилась жизнь, Виктора встретили...
При упоминании Виктора меня как током ударило. Господи, а если бы он сегодня остался? Если бы они встретились?
– Галина Михайловна, как вы могли? Вы же мне помогали с документами! Вы знали, что я признаю его без вести пропавшим!
– Я думала, так будет честнее. Зачем ему возвращаться, если он сам ушел?
– Потому что я его жена! Потому что у меня было право знать!
Дверь хлопнула, и в квартиру вернулся Сергей. Он сразу почувствовал напряжение.
– Ну что, дамы, о чем тут беседовали?
Галина Михайловна поднялась с дивана.
– Я пойду. Елена Викторовна, простите меня.
Она быстро покинула квартиру, оставив нас наедине. Сергей пристально посмотрел на меня.
– Что она хотела?
– Ничего особенного. Бытовые вопросы.
Я не могла сейчас рассказать ему правду. Слишком много всего навалилось сразу.
– Лена, я устал. Можно я приму душ?
– Конечно.
Он пошел в ванную, и я услышала шум воды. Привычный звук, который не слышала три года. Достала телефон, набрала номер Максима.
– Максим, это мама. Можешь приехать? Срочно.
– Мам, что случилось? Ты плачешь?
– Не плачу. Просто приезжай, пожалуйста.
– Еду.
Через полчаса раздался звонок. Максим влетел в прихожую как вихрь.
– Мам, что...
Он замер, увидев мужские ботинки у входной двери.
– Чьи это?
– Сын, садись. Мне нужно тебе кое-что сказать.
– Мам, у тебя в ванной кто-то есть. Это Виктор?
– Нет. Это твой отец.
Максим опустился на стул, будто подкошенный.
– Папа? Живой?
– Живой.
– Где он был?
– В Подольске. Работал.
– Три года работал и ни разу не позвонил?
Из ванной донесся голос Сергея:
– Макс? Ты приехал? Сейчас выйду!
Максим посмотрел на меня растерянно.
– Мам, я не готов его видеть.
– Сынок, он твой отец.
– Отец, который бросил нас? Который заставил тебя три года думать, что он мертв?
Дверь ванной открылась, и появился Сергей в домашнем халате – том самом, который я не решалась выбросить.
– Сын!
Он шагнул к Максиму с распростертыми объятиями, но тот отстранился.
– Привет, отец.
– Максим, ты на меня обижен?
– А как ты думаешь?
– Сын, я могу все объяснить.
– Не надо. Мама уже объяснила. Ты убежал от долгов и решил, что нам будет лучше без тебя.
– Не убежал, а решил проблему.
– За три года?
– Максим, не говори со мной в таком тоне.
– А в каком мне с тобой говорить? Ты же мне не отец больше. У меня нет отца три года.
Сергей побледнел.
– Макс...
– Мам, я пойду домой. Мне нужно все это переварить.
Максим ушел, хлопнув дверью. Мы с Сергеем остались одни.
– Он меня ненавидит.
– Он разочарован. Дай ему время.
– А ты? Ты меня тоже ненавидишь?
Я долго молчала, подбирая слова.
– Я не знаю, что я чувствую. Три года – это долгий срок. Я научилась жить без тебя.
– С другим мужчиной?
Вопрос прозвучал как обвинение.
– Серёжа, у нас нет права друг другу предъявлять претензии. Ты ушел. Я осталась.
– Но я же вернулся!
– Через три года! Когда мне это уже не нужно!
Он сел в кресло, опустил голову.
– Лена, я понимаю, что поступил плохо. Но давай попробуем все наладить.
– Как? Как можно наладить то, что разрушено?
– Мы же любили друг друга.
– Любили. Но любовь не переживает такого предательства.
Телефон зазвонил. На экране высветилось имя "Виктор".
– Лена, можно я завтра заеду? Хочу тот кран посмотреть, который подтекает.
Я посмотрела на Сергея. Он внимательно слушал.
– Виктор, завтра не получится. Я перезвоню.
– Все в порядке? Голос какой-то странный.
– Все хорошо. До свидания.
– Твой новый мужчина? – спросил Сергей после того, как я положила трубку.
– Это не твое дело.
– Мое. Ты все еще моя жена.
– Юридически – нет. Мы в разводе уже полгода.
Его лицо изменилось.
– Как в разводе?
– Подала заявление на развод по упрощенной процедуре. Через суд, по факту твоего длительного отсутствия.
– Без моего согласия?
– Сергей, тебя не было! Суд признал тебя без вести пропавшим, а потом и развод оформил!
Он встал и снова начал ходить по комнате.
– Значит, ты от меня полностью избавилась. И квартиру отобрала, и развод оформила.
– Я не отбирала! Я выживала!
– За мой счет!
– За свой! Я работала, платила за все, содержала эту квартиру!
– Это все равно моя собственность!
– Была твоей. Теперь моя.
Он остановился передо мной.
– Лена, я могу обратиться в суд. Признание без вести пропавшим можно отменить.
– Обращайся. Только где ты жить будешь, пока разбираешься?
– Здесь. В своей квартире.
– В моей квартире. И я не обязана тебя пускать.
Мы смотрели друг на друга, как чужие люди. Три года назад он был моим мужем, отцом моего сына. Сейчас – незнакомец, который претендует на мою квартиру.
– Лена, давай не будем ссориться. Я признаю, что поступил неправильно. Но ведь мы можем все исправить?
– Что именно исправить?
– Вернуть все как было.
– Как было уже не будет, Серёжа. Мы оба изменились.
– Ты изменилась. Стала жестче.
– А ты стал предателем.
Слово повисло в воздухе. Сергей отвернулся к окну.
– Если так считаешь, зачем тогда разговариваем?
– Потому что нам нужно решить практические вопросы. Где ты будешь жить, как будем делить имущество.
– Какое имущество? Это моя квартира!
– Твоя была. Сейчас ты можешь подать иск о восстановлении прав собственности. Но это долгий процесс, и непонятно, чем кончится.
– А ты что предлагаешь?
– Продадим квартиру, разделим деньги пополам.
Он повернулся ко мне.
– Пополам? Почему пополам?
– Потому что справедливо.
– Справедливо было бы отдать мне мою квартиру!
– Сергей, ты исчез на три года! Я тебя хоронила! Я одна платила кредит, коммуналку, налоги!
– Я не просил тебя это делать!
– А кто должен был? Домовой?
Мы снова кричали. Соседи наверняка слышали, но было уже все равно.
– Ладно, – сказал он устало. – Давай завтра спокойно все обсудим. Сейчас эмоции зашкаливают.
– Завтра обсудим. А сегодня где спать будешь?
– У Романа переночую.
Роман – его младший брат. Они особо не дружили, но в трудную минуту Серёжа всегда к нему обращался.
– Хорошо.
Он оделся, взял куртку.
– Лена, я не хотел причинить тебе боль.
– Но причинил.
– Я исправлюсь.
– Поздно уже исправляться.
Он вышел, и я наконец-то смогла вздохнуть полной грудью. Рука дрожала, когда набирала номер Виктора.
– Лен, что случилось? Ты так странно говорила по телефону.
– Виктор, мне нужно тебе кое-что сказать. Можешь приехать?
– Сейчас приеду.
Виктор появился через двадцать минут. Добрый, надежный, с букетом цветов – такой, каким я его знала полгода.
– Что случилось? Ты вся бледная.
– Садись, Витя.
Он сел рядом на диван, взял меня за руку.
– Витя, мой муж вернулся.
Его рука разжалась.
– Какой муж?
– Сергей. Тот, который пропал три года назад.
– Он жив?
– Жив. Только что ушел.
Виктор откинулся на спинку дивана.
– Где он был?
– В Подольске. Работал, скрывался от долгов.
– И решил вернуться?
– Узнал, что я квартиру оформила на себя.
Виктор молчал долго, переваривая информацию.
– Лен, а что это значит для нас?
– Не знаю, Витя. Честно не знаю.
– Ты его любишь?
– Любила. Три года назад. Сейчас я даже не знаю, кто он такой.
– А меня?
– Тебя люблю сейчас.
– Но он твой муж.
– Бывший муж. Мы развелись.
– Он об этом знает?
– Знает. И очень недоволен.
Виктор встал, прошелся по комнате.
– Лен, я не хочу встревать в чужие семейные разборки.
– Это не семейные разборки. Это мое прошлое, которое неожиданно объявилось.
– Для него ты не прошлое. Он вернулся.
– Витя, ты что, бросаешь меня?
– Не бросаю. Просто даю тебе время разобраться. Когда поймешь, что хочешь, позвонишь.
Он поцеловал меня в лоб и ушел. За один вечер я потеряла спокойную жизнь, которую строила три года.
Утром позвонила Тамара Ивановна, свекровь.
– Елена, это правда, что Серёжа вернулся?
– Правда.
– Слава богу! Я всегда знала, что он жив! А ты его хоронила, квартиру на себя переписывала!
– Тамара Ивановна...
– Теперь-то понимаешь, что натворила? Надо срочно все возвращать!
– Ничего я не натворила.
– Как это ничего? Ты от сына избавилась!
– Он сам ушел!
– Потому что ты его довела! Своими претензиями, упреками!
Я положила трубку. Связываться со свекровью не было сил.
Через час позвонил Максим.
– Мам, я всю ночь не спал. Думал.
– И к какому выводу пришел?
– Не знаю, как к нему относиться. Вроде и отец, но... он же нас бросил.
– Максим, ты взрослый человек. Решай сам, как с ним строить отношения.
– А ты что будешь делать?
– Тоже не знаю.
– Мам, не возвращайся к нему, пожалуйста.
– Максим...
– Я видел, как ты мучилась эти три года. Как плакала по ночам. Как винила себя в том, что он ушел. Не возвращайся в этот ад.
– Сынок, я и не собираюсь.
– А квартиру отдашь?
– Не отдам. Продадим и разделим.
– Правильно.
Вечером снова пришел Сергей. Спокойнее, чем вчера.
– Лена, я говорил с адвокатом. Он сказал, что у меня есть шансы вернуть права на квартиру.
– Возможно. А я говорила со своим адвокатом. Он сказал, что у тебя шансов мало.
– Значит, будем судиться?
– Если хочешь. Или договоримся полюбовно.
– На каких условиях?
– Я уже говорила. Продаем, делим пополам.
– А если я не соглашусь?
– Тогда будем судиться годами. Ты будешь снимать жилье, я буду жить здесь. В итоге все равно придем к тому же.
Он подумал.
– У меня есть встречное предложение.
– Какое?
– Ты покупаешь мою долю. За полтора миллиона.
– У меня нет полутора миллионов.
– Возьмешь кредит.
– Не возьму. Зачем мне кредит на двадцать лет?
– Тогда продаем и делим.
– Вот и договорились.
Мы оформили квартиру на продажу через агентство. Покупатели нашлись быстро – трехкомнатная в хорошем районе, с ремонтом. За три миллиона восемьсот тысяч.
Когда подписывали документы, Сергей спросил:
– Лена, а что дальше?
– Дальше живем отдельно.
– Я имею в виду нас. Может, попробуем еще раз?
– Нет, Серёжа. Нет доверия – нет отношений.
– Ты меня простить не можешь?
– Могу. Но забыть не могу. А без забывания прощение не работает.
Каждый получил свою долю. Сергей снял однокомнатную квартиру в соседнем районе, устроился работать прорабом в строительную компанию. Я купила двухкомнатную квартиру в том же доме – на этаж выше.
Максим постепенно наладил отношения с отцом. Не такие близкие, как раньше, но нормальные. Встречаются раз в неделю, разговаривают по телефону.
Тамара Ивановна так и не простила меня за "предательство сына". Но мне уже было все равно.
Галина Михайловна переехала к сестре в другой район. Перед отъездом зашла извиниться.
– Елена Викторовна, я понимаю, что поступила неправильно.
– Галина Михайловна, каждый поступает так, как считает нужным. Просто у всех поступков есть последствия.
Через полгода я позвонила Виктору.
– Витя, ты свободен завтра вечером?
– Свободен. Ты разобралась?
– Разобралась.
– И?
– И хочу тебя видеть.
Мы встретились в том же кафе, где познакомились год назад. Он почти не изменился – такой же добрый, надежный.
– Как дела с бывшим мужем?
– Никак. Живем отдельно, общаемся только по необходимости.
– Не жалеешь?
– О чем жалеть? О том, что три года жила в неопределенности? Или о том, что наконец-то поставила точку?
– Может, жалеешь о том, что семья не сложилась?
– Витя, семья не сложилась три года назад, когда он ушел. А я только недавно это поняла.
Мы снова стали встречаться. Осторожно, не спеша. Оба понимали – нужно время, чтобы залечить раны.
Сергей иногда звонил. По делу – документы какие-то подписать, с Максимом что-то обсудить. Голос стал чужим, далеким.
Однажды спросил:
– Лена, ты счастлива?
– Да, Серёжа. А ты?
– Учусь быть счастливым.
– Это правильно.
Может, мы оба получили урок. Он – что от проблем нельзя убегать, что семья это не только права, но и обязанности. Я – что нельзя жить прошлым, что нужно уметь отпускать даже самое дорогое, если оно тебя разрушает.
Жизнь продолжается. У каждого своя.
***
Прошло два года. Елена жила спокойно в своей новой квартире, Виктор стал частым гостем, а отношения с Сергеем свелись к редким деловым разговорам. Однажды весенним утром, разбирая почту, она обнаружила странное письмо без обратного адреса. Внутри была фотография — Сергей в обнимку с незнакомой женщиной и маленьким ребенком. На обороте чьей-то рукой было написано: "Познакомьтесь с семьей, которую он скрывал все эти годы.." читать новую историю...