Весной 2020 года, когда мир замер в ожидании, а улицы опустели, в одной из городских больниц продолжалась жизнь. Не жизнь — битва.
Мария Сергеевна, врач-инфекционист с 20-летним стажем, уже третью неделю не видела семью.
Муж оставлял ей термос с кофе у дверей больницы, а дочь рисовала открытки и писала: «Мама, возвращайся».
Но возвращаться было нельзя — отделение было переполнено, а каждый новый день приносил десятки пациентов.
В приемном покое пахло хлоркой, кофе и чем-то металлическим — запах больницы, знакомый до боли. Мария Сергеевна, заведующая инфекционным отделением, поправляла сползающую маску и в сотый раз протирала очки.
За последние три недели она научилась ненавидеть эти противные запотевающие стекла.
— Мария, тебе хоть поспать? — медсестра Аня, ее «правая рука», сунула ей в ладонь холодную банку энергетика.
— После дежурства.
На часах было 3:47. Где-то за окном шел дождь, а в коридоре гудел кислородный концентратор.
Его привезли в 4 утра.
— 78 лет, температура 39,5, сатурация 82%, — отчеканил фельдшер скорой.
— Семья болеет, помочь некому.
Иван Петрович лежал неподвижно, только пальцы судорожно цеплялись за простыню. Глаза — мутные, испуганные. Такие глаза Мария Сергеевна видела слишком часто в последние месяцы.
— Будем бороться, — коротко сказала она и кивнула Ане.
В палате пахло лекарствами и… яблоками.
Оказалось, Иван Петрович привез с собой в сумке два сморщенных фрукта — «для внучки, если выпишут».
Писк мониторов, хриплое дыхание, тихий стук капельницы. И скрип тележки санитаров где-то вдалеке.
Медсестры шептались: «Если в пятницу первым поступит мужчина — отделение будет на грани, но вытянем».
На третий день Иван Петрович начал задыхаться.
— Переворачиваем! — Мария Сергеевна рванула занавеску. — Аня, подавай кислород!
Она чувствовала, как пот стекает у нее под халатом, а резиновые перчатки прилипают к пальцам.
— Держитесь! — кричала Аня, сжимая его руку.
— Ваша внучка Леночка ждет! Вы же обещали ей на море съездить!
Иван Петрович слабо закашлялся. Монитор запищал чаще.
К шестому дню он впервые сел. К десятому — съел тот самый сморщенный фрукт.
А когда его выписывали, достал из тумбочки листок в клеточку:
— Это вам… Стихи.
Дрожащим почерком было написано:
«Спасибо вам за Ваши руки,
За то, что ночь — как день, светла…»
Мария Сергеевна спрятала листок в карман халата и впервые за месяцы позволила себе заплакать.
Этот рассказ — о тысячах таких же медиков, которые каждый день спасают жизни, даже когда сами едва держатся на ногах.
С Днём медицинского работника! 🩺💙