Приветствую. Это дело во многом уникально. Во-первых, потому что такого поведения прокуроров не было замечено ни ранее, ни позднее, а во-вторых, потому что произошло это в блокадном Ленинграде, где, казалось бы, людям было совсем не до того... Весной 1942 года прокурор Ленинского района города Ленинграда Михаил Гермагенович Зорько (сорокалетний женатый мужчина, воспитывающий двоих детей) вызвал к себе для дачи объяснений гражданку Анну Воеводову, работавшую заведующей столовой №11. Поводом стала жалоба местного управдома на неработающую канализацию в столовой. Анна явилась к прокурору. Она была видной, молодой и красивой девушкой и очень приглянулась Зорько. Он дал ей номер своего служебного телефона и даже предложил встретиться в нерабочей обстановке, сказав, что ему нужно сообщить ей некие важные сведения наедине. Девушка забеспокоилась: она предоставила прокурору исчерпывающие объяснения — что же ему ещё нужно? Посчитав, что это действительно что-то важное, она согласилась на встречу.
Анна пришла в назначенное время в указанное место, однако вместо важных сведений прокурор Зорько начал делать ей прозрачные намеки на отношения, далеко выходящие за рамки рабочих. Анна отказала прокурору в его поползновениях. Отвергнутый Зорько не угомонился и начал преследовать девушку: находил поводы вызывать её в прокуратуру, приходил к ней домой, звонил на работу и т.д. и т.п. Анна раз за разом отказывала ему, объясняя, что никакие отношения между ними невозможны. Всё это действо длилось несколько месяцев. В конце лета 1942 года против Анны Воеводовой неожиданно было возбуждено уголовное дело по статье 111 УК РСФСР. Анну обвиняли в том, что она якобы допустила хищение из столовой продуктов на 504 рубля. Вообще хищение произошло до того, как Анна Воеводова стала заведующей данной столовой, и девушка это доказала, но дело всё равно дошло до суда. Инициировал это уголовное дело именно прокурор Михаил Зорько. 6 ноября 1942 года дело Анны было рассмотрено в подготовительном заседании, назначено к слушанию на 12 ноября.
Статья 111 УК РСФСР «Бездействие власти, халатное отношение к своим должностным обязанностям» вообще-то нетяжёлая, и максимальное наказание по ней было лишение свободы до 3 лет. Но в то трудное время, когда Ленинград находился в блокаде, любое хищение продуктов каралось сурово и такое обвинение могло обернуться серьезными последствиями. Теперь Анна Воеводова испугалась не на шутку. Её подруги посоветовали Анне обратиться в Ленинградский горком партии и объяснить сложившуюся ситуацию. Девушки заявили, что готовы быть свидетелями, ведь они видели как Зорько доставал Анну. Анна Воеводова стеснялась, но всё же послушала подруг и пошла в горком. И это было правильное решение. Как только в горкоме узнали об этой ситуации, Михаил Зорько был вызван к секретарю ВКП(б) для объяснений. Кроме этого были запрошены материалы дела из суда. И тут оказалось, что их уже нет! Не составило труда выяснить, что их изъял сам Зорько, который догадался, зачем его вызывают к секретарю ВКП(б), и испугался ответственности. Из материалов проверки:
Зорько, опасаясь ответственности, изъял дело из народного суда под личную расписку и без предварительной отмены определения подготовительного заседания. Без определения народного суда на доследование он провел дополнительное расследование по делу, прекратив его по тем мотивам, что недостача продуктов относится к периоду, когда Анна Воеводова в столовой не работала.
Проблема решилась сама собой, а Анна была девушкой не мстительной, поэтому не стала требовать наказания прокурора. В горкоме посчитали, что на этом конфликт исчерпан. Почему-то товарищей совершенно не смутили подобные действия прокурора, и он остался на своей должности... Через год Михаил Зорько был награждён медалью «За оборону Ленинграда». Но, как известно, там, где не справляются люди, помогает сама судьба. Вскоре прокурор Зорько вновь оказался замешан в неслужебных отношениях с одной следовательницей прокуратуры. Летом 1946 года Ленинградский городской суд приговорил его к 5 годам лишения свободы по статье 109 УК «Злоупотребление властью или служебным положением, то есть такие действия должностного лица, которые оно могло совершить единственно благодаря своему служебному положению». По случаю амнистии срок сократили в два раза, и бывший прокурор отправился на 2,5 года в места не столь отдалённые махать кайлом во благо любимой Родины. А государственная служба для него была отныне закрыта. Вот так.
Ну а на этом всё. Ставьте лайки если статья была интересна, пишите своё мнение в комментариях и подписывайтесь на канал. Всего хорошего.