12 июня 2025 года в Кремле заслуженную награду получил писатель Юрий Михайлович Поляков. Он стал лауреатом Государственной премии. Представляя лауреата, председатель Союза писателей России Владимир Мединский вспомнил как его поколение в 1980-е годы зачитывалось первыми повестями Полякова – «ЧП районного масштаба» и «Сто дней до приказа». Прошло четыре десятка лет, а Юрия Михайлович по-прежнему в прекрасной творческой форме.
Сейчас Поляков работает над эпопеей (по-другому не скажешь) под общим названием «Совдетство». Сегодня мы сравниваем две первых её книги: «Совдетство-1» и «Совдетство-2»?
Какая из этих книг «круче»?
О первой из них мы уже писали. Вся она – это подробнейшее описание трех августовских дней 1968 года. Юра Полуяков (под этим прозрачным псевдонимом автор изобразил самого себя) только что приехал из пионерского лагеря и ждёт отъезда к морю. Вот он с чайником идёт на общую кухню родного общежития. А здесь едет на автобусе с мамой в «Детский мир» за обновками к путешествию на юг. Каждый эпизод влечёт за собой отступления в виде воспоминаний и размышлений.
Но общего сюжета здесь нет. Как и захватывающей интриги, которую, может быть, ждёт иной читатель, привыкший что от книги Полякова нельзя оторваться, и она «проглатывается» за неделю.
Здесь – другой жанр, тоже имеющий многочисленную армию поклонников. Мемуары, книги о детстве, отрочестве, «университетах» любят, ценят, читают.
Теперь о книге «Совдетство-2» – это уже три в одном. Три самостоятельных произведения под одной обложкой: «Природа шепчет», «Селищи и Шатрищи» и «Пионерская ночь». Все три связаны друг с другом общими героями.
Для автора они прекрасно известные родные люди, черты характера которых ему знакомы до мелочей. Поэтому ничего выдумывать ему не приходилось. Нужно было лишь, подобно Микеланджело, отсечь лишнее. И Юрию Михайловичу, с его талантом психолога и рассказчика, это удалось в полной мере. Поэтому каждая новая история о Тимофеиче, Лиде, дяде Юре Батурине-Башашкине, тёте Вале, деде Жоржике – делает образ каждого героя ещё более понятным и живым уже для читателя.
В повести «Природа шепчет» (представляющей описание весеннего пикника в Измайловском лесопарке), основное внимание уделено судьбе деда Жоржика. Впрочем, не будем её пересказывать. Скажем только, что от этой трагической истории автором умело протянута смысловая нить к повести «Селищи и Шатрищи». Вот о ней расскажем подробнее. Ведь в этой повести Юрий Михайлович Поляков выступает в непривычной для себя роли писателя-деревенщика.
Поэтому «Селищи и Шатрищи» – это, безусловно, новое слово в творчестве Юрия Михайловича. Да и в современной русской литературе в целом.
Почему? Попробуем объяснить.
В хрущевские времена деревенская молодежь хлынула в города – на работу и учебу. Однако связь с деревней эти парни и девушки сохранили. Там ведь остались их матери (отцы у большинства погибли на войне). Эти женщины с нетерпением ждали своих городских внуков. А те потом целый год вспоминали сельское приволье: лес с грибами, речку, аромат скошенной травы, вкус парного молока, бабушкины ватрушки. Да что год – всю жизнь. К сожалению, мироощущение этих людей до сих пор не было представлено в литературе. Там царили горожане. Либо чистые «деревенщики».
Но вот появились «Селищи и Шатрищи» Юрия Полякова. Здесь представлен довольно редкий образ городского дачника в деревне. Но он все равно близок к типу «городского внука». За что Юрию Михайловичу отдельное спасибо. По крайней мере от одного из них.
Не можем не отметить, что в своей сельской прозе Поляков, как всегда, точен в деталях. До мелочей. Он даёт топографически выверенное изображение деревни Селищи, расположенной в Кимрском районе Тверской области, на левом берегу Волги (вернее Угличского водохранилища).
Помните в повести? «Деревня Селищи делится на две части, старую и новую, где всегда останавливались мы. Границей считался Ручий». Так и есть. «Бабунинский ручей делит деревню на две части — северную (Старые Селищи, Селище 1-е) и южную (Новые Селищи, Гроднево, Селище 2-е)» – сообщает всезнающая ВИКИПЕДИЯ.
В отличие от «Селищ и Шатрищ» в «Пионерской ночи» никакой новизны, казалось бы, нет и быть не может.
Ведь автором уже написан «Гипсовый трубач» – целый роман о пионерском лагере. Но, как оказалось, очень много из «лагерного» опыта Юрия Михайловича туда не поместилась. Что неудивительно. «Гипсовый трубач» – это роман о вожатых. Пионеры там – фон. А в «Пионерской ночи» фоном являются вожатые.
Кстати, в «Пионерской ночи» одна из вожатых получает веселое прозвище Полпотовна. Однако незабвенные вожди «красных кхмеров» Пол Пот и Иенг Сари получили в СССР всенародную известность только в 1979 году. А действие «Пионерской ночи» по любому происходит раньше.
Что это значит? А то, что «Пионерская ночь» – это художественное произведение. И автору многое позволено. В том числе и отход от скрупулезной исторической точности. Но за то и спрос с него велик: беллетристика должна быть изящной и интересной. Эти качества «Пионерской ночи» присущи в полной мере.
Ну и напоследок. Главный герой «Пионерской ночи», Юра Полуяков, поставил важный вопрос: почему продолжение хорошей книги обычно хуже её самой? Например, «Виконт де Бражелон» не идет ни в какое сравнение с «Тремя мушкетерами», а «Огненный бог марранов» явно слабее «Волшебника изумрудного города».
Так вот, на субъективный взгляд нашего канала «Совдетство-2» («Пионерская ночь») масштабнее, мощнее, глубже, чем «Совдетство-1», где маэстро ещё осваивался в новом для себя жанре.