Она работала в престижной католической школе и помогала подросткам из «группы риска», но сама нарушила закон и профессиональную этику. На суде Натли просила дать ей условный срок, признавая свою вину. Она сказала, что разрушила свою жизнь: потеряла мужа, дом, друзей и опозорила своих детей. Но судья решил, что она должна понести реальное наказание.
