Кажется, трудно найти человека, который не читал бы сказок Чуковского (не даром, уже много лет подряд он становится самым издаваемым автором в сегменте детской литературы). Но мало кто знает, что Корней Иванович (настоящее имя - Николай Корнейчуков) ещё при жизни был известен, как критик, журналист, переводчик. Признание это не было случайным: отчисленный из гимназии Чуковский самостоятельно выучил языки и получил должность корреспондента «Одесских новостей» в Лондоне. Вернувшись в Россию, он стал свидетелем мятежа на броненосце «Потёмкин» и, переехав в Петербург, в 1905 году возглавил антиправительственный сатирический журнал «Сигнал». К слову, в электронной библиотеке им. Н. А. Некрасова можно познакомиться с несколькими выпусками журнала. Содержание их, думаю, понятно каждому. Журнал просуществовал недолго: после выхода третьего номера Чуковского вызвали к следователю, а после четвертого - арестовали. На закрытом суде молодого издателя защищал Оскар Грузенберг, ранее защищавший Владимира Короленко и Максима Горького. Чуковского оправдали. Но не стоит считать, что после этого его жизнь стала проще и
«сказочнее». В детскую литературу будущий сказочник пришел уже состоявшимся литератором – в 1916 году А.М. Горький предложил ему возглавить детский отдел в «Парусе». Тогда же и появился всем нам известный «Крокодил». Это станет поворотным моментом не только в его профессиональной деятельности, но и в детской литературе в целом. Чуковского признают новатором, его сказки завоюют сердца миллионов, но также найдут отголосок и среди взрослой аудитории, к сожалению, не столь радужный. Его произведения начнут изымать из печати, начнется борьба с «чуковщиной». В статье против Чуковского Крупская напишет:
«Что вся эта чепуха обозначает? Какой политический смысл она имеет? <...> Герой, дарующий свободу народу, чтобы выкупить Лялю, — это такой буржуазный мазок, который бесследно не пройдет для ребенка. Приучать ребенка болтать всякую чепуху, читать всякий вздор, может быть, и принято в буржуазных семьях, но это ничего общего не имеет с тем воспитанием, которое мы хотим дать нашему подрастающему поколению. Такая болтовня — неуважение к ребенку. <...>
Я думаю, „Крокодил“ ребятам нашим давать не надо, не потому, что это сказка, а потому, что это буржуазная муть».
Но это не единственный случай. В 40-х годах нападкам подвергнется сказка «Приключения Бибигона» (кстати, именно еë Чуковский написал в Переделкине), в печати вновь она появится лишь в 50-х. Во время жестокой цензуры писатель продавал самое ценное, что у него было - рукописи Некрасова. Изучению творчества поэта, работе над собранием его сочинений (а благодаря Чуковскому оно пополнилось на несколько тысяч стихотворений) Корней Иванович посвятил 40 лет. За это, в 1962 году, его удостоят Ленинской премии. В этом же году Оксфордский университет присудит ему звание Доктора литературы. Чуковскому на тот момент будет 80 лет.
Настоящий кладезь, безусловно, книга
«От двух до пяти», над которой он работал постоянно - при жизни автора вышло 20 изданий с дополнениями.
Подвергшийся огромному количеству испытаний, переживший 3 своих детей, Корней Иванович не переставал любить жизнь, не переставал вдохновляться ею.
«Но когда я беру в руки перо, меня до сих пор не покидает иллюзия, что я всё ещё молод, и что тем, для кого я пишу, ещё очень недавно исполнилось двадцать. И что у меня с ними общий язык.
Наивная иллюзия, но без неё я не смог бы ни жить, ни писать, так как (нынче я чувствую это особенно ясно) быть с молодыми – наш радостный долг»
К.И. Чуковский, 1964 г.
Кажется, я только сейчас начинаю понимать, почему лучшим отдыхом Чуковский считал общение с детьми: они искренние и разум их чист. В них нет засилья модных взглядов и течений, предвзятого мнения, навязанной сфабрикованной мысли.
Сказок, к слову, он написал не так много: в двух томах его сочинений, что мне посчастливилось приобрести в букинистическом, сказки занимают чуть больше 40 страниц. И здесь, наверное, мы понимаем, что важно не сколько, а - как!
#пишикогдауженеможешьбольшенеписать #чуковский
