Вчера встретила в магазине Катю. Узнала не сразу — так изменилась. Стройная, ухоженная, в хорошем пальто. А ведь помню её совсем другой... Тогда, лет пять назад, она мыла полы в нашем офисе. Тихая такая, незаметная. Кто бы мог подумать, какая у неё история за плечами.
Разговорились в очереди. Катя с коляской стояла, малыш спал. Красивый такой, кудрявый.
— Это ваш? — спрашиваю.
— Мой, — улыбается. — Ванечка. Скоро три года будет.
И тут я вспомнила ту историю. Как она этого ребёнка нашла. Боже мой, какая драма была...
А началось всё с того дня, когда я увидела её в слезах в коридоре. Максим, наш тогдашний начальник отдела, только что её отчитал при всех. За что — не помню уже. Он вообще любил сотрудников унижать, особенно тех, кто не мог дать сдачи.
— Не плачьте, — говорю ей. — Максим козёл, все знают.
Катя вытерла глаза рукавом халата.
— Привыкну, — тихо сказала. — Мне не привыкать.
Вот тогда я и узнала её историю. Не всю сразу, по кусочкам. То она обронит что-то, то Павел, охранник наш, расскажет. Он с ней дружил, один только и общался нормально.
Представляете, в три года родителей потеряла. Авария какая-то страшная. Родители были люди обеспеченные, бизнес свой имели. А Катю в тот день в садике оставили — и это её спасло.
Потом детдом. Но недолго. Взяли её какие-то приёмные родители из деревни. И знаете зачем? Не из любви к детям, а чтобы многодетной семьёй считаться. Пособия получать, льготы разные.
— Дом у них был как свинарник, — рассказывала мне Катя. — Постоянно грязно, воняет. Они вообще не работали, только на государство надеялись. А вся работа по дому на меня легла. В шесть лет я уже полы мыла, стирала, готовила.
— Как же так? — ужасалась я.
— А что делать? Если не слушалась — били. Хворостиной по спине. Быстро поняла, что лучше молчать и терпеть.
Боже, какое детство... Питалась объедками, донашивала старые вещи приёмных братьев. Даже мальчишечьи рубашки приходилось носить. И всё ждала, когда восемнадцать исполнится.
Как только совершеннолетие настало — сразу собралась и уехала. Скандал, конечно, был.
— Неблагодарная! — кричала приёмная мать. — Это так ты нам за крышу над головой платишь?
— Вы мне не родители, — ответила Катя. — Я взрослая и сама решаю, как жить.
Деньги она копила втайне, по рублю откладывала. Как только хватило на билет и первое время — сразу рванула в город. Без работы, без связей, без ничего. Но главное — подальше от тех людей.
Комнату сняла у бабушки за безумные деньги. Но выбора не было. Работу искала долго. Везде отказывали — то опыта нет, то не подходит по каким-то причинам. А может, просто провинциалку не хотели брать.
В итоге устроилась к нам уборщицей. Работа тяжёлая, но хоть что-то. А коллектив у нас был... Ну, вы знаете, как в офисах бывает. Каждый сам за себя, интриги, подсиживания.
Максим, начальник отдела, такую атмосферу только поощрял. Считал, что сотрудники должны конкурировать между собой, а не дружить. Даже сеть стукачей организовал — кто что сказал, кто на кого пожаловался, всё ему докладывали.
Катя этого не понимала поначалу. Думала, что люди должны помогать друг другу. Вот и попалась однажды.
Разговорилась с одним менеджером, пожаловалась на Максима:
— Представляете, какой он неряха? Под столом у него постоянно мусор, хотя урна рядом стоит. Коврик перед кабинетом грязный всегда — песок от его ботинок. А недавно видела, как он кофе недопитый в цветок вылил. Растение от этого чахнет совсем.
Менеджер только улыбнулся. А потом сразу к Максиму побежал всё доложить.
— Деревенская паршивка! — взбесился начальник. — Приехала неизвестно откуда, а ещё и замечания делать смеет!
Хотел её сразу уволить, но на носу были важные переговоры с владельцем компании. Решил подождать до лучших времён.
А с Павлом, охранником, у Кати настоящая дружба завязалась. Хороший парень, недавно из армии вернулся. Невеста его не дождалась, с другим ушла. Больно ему было, но он не озлобился.
— Значит, так надо было, — говорил он Кате. — Найду своё счастье с другой.
Часто они после работы вместе гуляли, в кино ходили. У Кати со времён детдома друзей не было, а тут наконец появился человек, с которым можно по душам поговорить.
И вот тот самый день настал. День важных переговоров. Катя немного опаздывала, бежала напрямик через переулки. И вдруг слышит — плачет кто-то. Детский плач.
Смотрит — коробка стоит, а в ней младенец. Крохотный такой, в грязных пелёнках. Несколько недель от роду максимум.
Что делать? На работу опаздывает, а ребёнка на улице бросить не может. Схватила коробку и побежала дальше.
Влетает в офис, а там уже Максим с владельцем фирмы Владимиром Романовичем и партнёрами по переговорам. Павел на проходной увидел её с младенцем — глаза округлил.
— Где взяла? — шёпотом спрашивает.
— Потом объясню. Подержи пока, я переоденусь быстро.
Младенец как назло расплакался. Катя его качает:
— Тише, малыш, не плачь. Наверное, голодный.
А тут Максим заметил весь этот цирк. В бешенство пришёл:
— Это что ещё за безобразие? Мало того, что опоздала, так ещё и ребёнка притащила! Где это видано, чтобы уборщица с младенцем работала? Как ты убирать собираешься, если весь день нянчиться будешь? Такая молодая, нагуляла, наверное, головой не думала! Сейчас же уволю без всяких пособий!
Павел уже готов был заступиться, но тут вмешался Владимир Романович:
— Максим Алексеевич, прекрати орать. Это же ребёнок, а не бомба. Побойся бога.
И тут он рассказал то, что всех потрясло:
— Я сам жену и дочку маленькую в аварии потерял. Всё бы отдал, чтобы снова свою малышку на руках подержать. Дети — это же чудо. Ты холостяк, откуда тебе знать, что такое родительское счастье? Некуда было девушке ребёнка деть — ну и что? Она же не бездельничает, на работу пришла.
Максим стушевался, тихонько извинился. А Катя начала объяснять:
— Владимир Романович, это не мой ребёнок. Я его на улице нашла, в коробке лежал. Родители выбросили, как мусор.
У Владимира Романовича глаза увлажнились. Пообещал помочь найти родителей малыша.
После переговоров он Максима к себе вызвал и объявил о переводе в филиал. Понятно было — это понижение. Владимир решил, что в главном офисе такому человеку не место.
А родителей младенца он действительно нашёл. Мать — восемнадцатилетняя девчонка. Покаялась, конечно, но от ребёнка отказалась. Сказала, что не готова быть матерью.
— Я хочу его усыновить, — твёрдо заявила Катя. — Не могу я его в детдом отдать. Он же совсем крошка.
— А я с тобой, — сказал Павел. — Мы ведь уже давно друг другу нравимся. Я тебя люблю, если честно. Давай поженимся и станем родителями этого малыша.
Катя заплакала от счастья, бросилась ему на шею.
Свадьба была простая, но искренняя. Владимир Романович, узнав об их решении, премию большую выдал на обустройство семьи. Кате предложил работу в офисе, а Павлу — место в личной охране с хорошей зарплатой.
Вот такая история. А вчера встретила их в магазине — счастливые такие, Ванечка красивый мальчик растёт. Катя рассказала, что второго ребёнка ждут уже.
— Знаете, — говорит мне, — я всю жизнь была сиротой. Сначала в прямом смысле, потом в душе. А когда Ванечку нашла, поняла — вот она, моя семья. Мой смысл.
Удивительно, как жизнь поворачивается. Катя могла пройти мимо того младенца. Испугаться, придумать отговорки — работа там, проблемы всякие. Но не прошла. И получила в итоге всё — любовь, семью, достойную жизнь.
А её приёмные родители думали, что используют ребёнка для своей выгоды. А воспитали человека с золотым сердцем, который спас другого сироту.
Павел тоже молодец. Не каждый мужчина согласится взять на себя такую ответственность. Чужого ребёнка, бессонные ночи, расходы. А он не раздумывая согласился.
Владимир Романович — тот вообще ангел. Мог бы просто пройти мимо этой истории, сделать вид, что не его дело. А он помог молодой семье встать на ноги.
Вот и думаю иногда — а много ли среди нас таких людей? Кто не пройдёт мимо чужой беды, кто рискнёт собственным благополучием ради незнакомого человека?
Катя всегда говорила, что ей не повезло в детстве. А я думаю — повезло. Потому что все эти испытания сделали её такой, какая она есть. Сильной, доброй, способной на самопожертвование.
Конечно, лучше бы без всех этих страданий. Но жизнь такая штука — не всегда справедливая. Зато иногда воздаёт сполна за все обиды.
История Кати показывает — добро возвращается. Не сразу, не всегда очевидно, но возвращается. Она всю жизнь была лишена родительской любви, а в итоге смогла подарить её другому сироте.
Круг замкнулся. И это прекрасно.
***
А как считаете вы — смогли бы взять на себя такую ответственность? Усыновить найденыша, зная о предстоящих трудностях? Или всё-таки прошли бы мимо?
Поделитесь в комментариях своими мыслями — мне действительно интересно ваше мнение. У меня есть ещё много похожих судеб, о которых стоит рассказать.