— Здравствуй, моя хорошая, ласточка ты моя, — на пороге, широко раскинув руки, стояла мать Анны Волковой — шестидесятипятилетняя пенсионерка Тамара Григорьевна.
— Мам, ты откуда взялась? — удивилась Анна, — почему не сказала, что приедешь?
Рядом с Тамарой Григорьевной стояла её старшая дочь, сестра Анны — Марина, на семь лет старше. Несмотря на разницу в возрасте, у Анны уже была семья: муж и двое детей. А Марина, в свои тридцать семь, всё ещё оставалась незамужней.
Марина давно мечтала о замужестве, но подходящего жениха всё не находилось, хотя она была и умна, и привлекательна.
— Заходите, не стойте на пороге, — решительно произнесла Анна, находившаяся в отпуске по уходу за младшим сыном Мишей. Её старшая дочь, Лера, уже училась во втором классе и сейчас была в школе.
— Ох, Анечка, устали мы с дороги, — вздохнула Тамара Григорьевна, — слава богу, добрались, теперь отдохнём. Марина, доставай всё из сумок, а ты, Анна, показывай, где нам устроиться.
— Мам, тише, пожалуйста, ребёнок спит, — встревоженно попросила Анна. — Давай спокойно разберёмся. Что значит «доставай всё»? Вы надолго приехали?
— А если и надолго, что, выгонишь нас? — с лёгкой насмешкой ответила мать. — Я тебя растила, ночей не спала, а ты теперь меня, как чужую, на улицу?
— Да кто вас гонит, что ты придумываешь? — раздражённо ответила Анна. — Просто хочу понять, сколько вы с Мариной у нас пробудете. У нас же двушка, двое детей, ты понимаешь.
— И что с того? — отмахнулась Тамара Григорьевна. — Мы с твоим отцом вчетвером вас растили, и ничего. Ты с мужем и Мишей в одной комнате, а мы с Мариной и Лерой — в другой.
— Я не хочу спать с бабушкой, — заявила Лера, вернувшаяся из школы с отцом Анны, Николаем. — Она храпит, я не буду с ней в одной комнате!
— Подумаешь, проблема, — фыркнула Тамара Григорьевна. — Спи с родителями.
Вечером семья Волковых, вместе с детьми, теснилась в детской комнате. Не выгонять же мать и сестру на улицу. Пару ночей можно и потерпеть. Тамара Григорьевна упомянула, что они с Мариной в городе проездом.
— Зачем они приехали? — шёпотом спросил Николай.
— Не совсем поняла, — пожала плечами Анна. — Мама говорит, у них какое-то важное дело. Судьбоносное, как она выразилась. Остановились у нас ненадолго, скоро дальше поедут.
— Судьбоносное для кого? Для Марины или для твоей мамы? — уточнил муж.
— Без понятия, — вздохнула Анна. — Надеюсь, не для нас. И знаешь, спать на надувном матрасе в детской как-то не очень.
— Ничего, милая, я завтра в командировку, тебе тут посвободнее будет, — усмехнулся Николай, но Анна тут же легонько ткнула его в бок, и он замолчал.
Все уснули, а Анна всё ворочалась, вспоминая детство. Её родная мать умерла, когда девочке было шесть лет. Мама была хрупкой, болезненной, и однажды её не стало. Какое-то время Анна жила с отцом и бабушкой Ниной, но потом отец женился на Тамаре Григорьевне.
Новая мачеха, высокая и громогласная, сразу напугала девятилетнюю Анну. Когда Тамара вошла в её комнату, показалось, что она заняла всё пространство.
— Зови меня мамой, — сказала она. — А это твоя сестра, Марина.
В комнату вошла шестнадцатилетняя Марина и посмотрела на Анну исподлобья. Так, без лишних слов, девочки познакомились и начали делить комнату. Анне это не нравилось, но выбора не было. Вскоре она поняла, что Марине тоже не по душе ни замужество матери, ни новая сестра.
Но именно это их и сблизило. Через пару лет родился младший брат, Дима. Жизнь стала ещё сложнее: Тамара Григорьевна оказалась властной и шумной. Анна быстро сообразила, что после школы нужно уезжать из дома, иначе мачеха её задавит.
Так и вышло: Анна окончила школу, уехала учиться в город, встретила Николая, вышла замуж, родила двоих детей. Квартиру взяли в ипотеку — живи да радуйся.
Младшему брату, Диме, уже девятнадцать. Он учится в университете и часто видится с Анной. Она рада за него: парень вырвался из-под влияния матери, получит диплом и останется в городе.
А вот Марине не повезло. В свои тридцать семь она всё ещё живёт с матерью и отчимом, работает в салоне красоты в посёлке. Семьи у неё нет. Анна считает, что в этом виновата Тамара Григорьевна. Её властный характер подавляет Марину. У сестры были мужчины, но ни один не нравился матери.
— Посмотри, на кого он похож! — с презрением говорила Тамара. — С таким стыдно на людях показаться.
— Мам, не тебе с ним жить, — огрызалась Марина. — Мы любим друг друга.
— Любовь у неё! Разведёшься, а детей мне на шею повесишь. Он же ненадёжный, Ира, послушай меня.
Марина расставалась с очередным мужчиной, а мать только радовалась:
— Не переживай, дочка, своё ты не упустишь.
Но годы шли, а «своё» всё проходило мимо. Анна не раз говорила сестре:
— Мама держит тебя, как в клетке. Ей удобно, что ты рядом, помогаешь по дому.
— Не могу я её бросить, — вздыхала Марина. — Она болеет, давление скачет, отец пьёт.
— Марин, жизнь одна. Решай сама.
Анне было жаль сестру, но та не хотела уезжать. И вот теперь Тамара и Марина приехали к Волковым. За ужином Марина проговорилась: они с матерью едут в Сочи. Подруга Тамары хочет познакомить своего сына с Мариной — своего рода смотрины.
— Почему вы едете, а не они? — удивилась Анна. — Ты едешь знакомиться с мужчиной? Не странно ли это?
— А что странного? — пожала плечами Марина. — Мама сказала, если они приедут, нам придётся их кормить, стол накрывать. А так мы сами поедем, заодно на море отдохнём. Пусть они нам столы накрывают.
Анна вдруг заметила, что Марина становится похожа на мать: такая же расчётливая, напористая. Если сестра скоро не уедет от Тамары, она превратится в её копию. Пора что-то делать, но, возможно, уже поздно.
Утром Николай собирался в командировку. Он работал машинистом поезда, часто бывал в разъездах.
— Ань, может, намекнёшь родне, что пора бы в гостиницу? — предложил он. — Что-то они засиделись.
— Коль, мама хочет, чтобы ты их до Сочи довёз, а потом обратно в Москву.
— Мой поезд не идёт в Сочи, — усмехнулся Николай. — Объясни ей, что поезд — не такси.
— У тебя же есть связи, — вмешалась Тамара Григорьевна, подслушав разговор. — Ты машинист, Волков! Неужели не можешь договориться, чтобы нас с Мариной бесплатно до Сочи довезли?
— Нет, не могу, — отрезал Николай. — У нас так не принято. Родственников у железнодорожников полно, нам что, вагон для них цеплять? Купите билеты, я договорюсь, чтобы вам лучшие места дали, ещё и со скидкой.
Тамара обиделась, ушла в комнату и громко хлопнула дверью, ворча:
— Вот родня! И Анна, и Николай — жмоты, каких свет не видал.
Анна была потрясена. Она несколько дней готовила для мачехи и сестры, старалась угодить, а Николай предложил помочь с билетами. Но Тамаре всё не так. Ей бы всё бесплатно, а для других она и пальцем не пошевелит. Даже Лере, своей внучке, не привезла ни конфетки.
На следующий день гости уехали — Анна дала им денег на билеты до Сочи, не сказав об этом мужу. Ей просто хотелось поскорее избавиться от родственников.
Мужчина, с которым познакомили Марину, ей не подошёл. Они с Тамарой вернулись ни с чем.
— Ничего, доча, зато морем подышали, — утешала её мать. — Жаль, Анна с детьми к свекрови уехала, а то бы мы к ним ещё раз заглянули.
Марина кивнула, полностью соглашаясь с матерью.