16 июня 1815 года возле бельгийской деревушки Линьи в провинции Намюр состоялось сражение между французской и прусско-саксонской армиями. Французами командовал лично император Наполеон I, а немцами - уже далеко немолодой генерал-фельдмаршал Г. Л. Блюхер.
Соотношение сил складывалось не в пользу французской армии: 75-80 тысяч человек и 210 пушек против 90-тысячного войска и 216 орудий. Не критично, конечно. Да и при военном-то таланте французского императора, шансы на победу у него имелись и при этом весьма неплохие.
Накануне сражения французы перешли реку Самбра, поскольку планировали разгромить Блюхера прежде, чем он успел бы соединить свои войска с англо-нидерландской армией, которой командовал герцог Веллингтон, занявший позиции в окрестностях Картр-Бра.
К слову, там 16 июня 1815 года тоже разразилась битва между Веллингтоном и французским маршалом Неем. Только вот её результаты оказались куда менее впечатляющими для французов: всего лишь ничья, тогда как при Линьи...
Впрочем, не будем забегать вперёд.
Главный удар Наполеон собирался нанести по правому флангу немцев. И несмотря на то, что атаковал он их довольно поздно - в 14:30 пополудни, французам уже вскоре удалось захватить Сент-Аман и часть Линьи. И если бы во время этой атаки не произошло одно недоразумение и Наполеону удалось бы наголову разбить или даже взять в плен Блюхера, то история Европы могла быть совсем иной.
Но что же это было за недоразумение такое? Дело в том, что генерал Друэ д’Эрлон, получив приказ о начале фланговой атаки, не понял (или притворился что не понял): относится ли это распоряжение императора к сражению при Линьи или же к битве при Картр-Бра?
Друэ медлил, не решаясь атаковать противника. И эта задержка дала пруссакам возможность выбить французов из Сент-Амана, однако те всё ещё продолжали сильно теснить их правый фланг.
Время шло, наступил вечер, а обе стороны так и не добились успеха... Неужели ничья?
Отнюдь! Блюхер, желая завершить сражение в свою пользу, допустил ошибку. Он направил часть войск из Линьи, на помощь своему правому флангу тем самым ослабив там оборонные позиции. Наполеон воспользовался этим его промахом и двинул на Линьи свои войска. Французы прорвали прусскую линию обороны по центру и уже совсем собрались добить противника, как вдруг... во французском стане произошло ещё одно недоразумение.
На поле боя (наконец-то!) появились войска Друэ д'Эрлона, которые французский император... по ошибке принял за подкрепление, прибывшее на помощь к пруссакам! Снова возникла заминка, которой на этот раз воспользовался уже Блюхер, отдавший своим войскам приказ об отступлении в сторону Вавра.
Позже прусский генерал-фельдмаршал попытался исправить положение, но кавалерийская атака, которую он лично организовал и возглавил, так ни к чему и не привела. Более того: во время неё Блюхер потерял коня и едва не был убит. На некоторое время прусская армия попросту потеряла его из вида, что ещё больше усилило смятение и панику в её рядах.
Отступали пруссаки в беспорядке, причём, в ходе этого отступления несколько тысяч их новобранцев дезертировало, воспользовавшись всеобщей сумятицей и неразберихой.
В тот день прусская армия потеряла около 20 тысяч человек и 40 орудий, в то время как потери французов составили приблизительно 11 тысяч личного состава.
Вместо заключения
Итогом битвы при Линьи стало поражение, но не разгром прусской армии. Наполеон допустил ошибку слишком рано списав Блюхера со счёта. Пожилой генерал-фельдмаршал позже смог собрать разрозненные части прусской армии, восстановить в её рядах порядок и отправить своё войско на помощь Веллингтону. А тут ещё к нему присоединился сильный корпус генерала Бюлова и...
В общем, судьба французского императора и его империи была предрешена. И произошло это не 18 июня 1815 года во время битвы при Ватерлоо, а парой дней раньше. 16 июня 1815 года, когда Наполеон так и не удосужился раз и навсегда разобраться с Блюхером и его армией.