Как долго она была в бессознательном состоянии, Вера не знала. Но когда очнулась, то не сразу вспомнила, что с ней случилось. Сначала она услышала глухо звучащий голос, как будто в ушах была вата, и от этого голос говорившего с трудом пробивался через эту преграду:
–Верочка, доченька, очнись! Ты меня слышишь?
Следом она услышала мужской голос, который тоже что-то говорил, но распознать, о чем идет речь, она не могла. Сквозь сплошной шум и гул, она с трудом поняла, что это голос Димы, ее Димы. С трудом приоткрыла тяжелые веки, она увидела над собой склоненные лица Дарьи и Димы, а над их головами сверху виднелось озабоченное и напуганное лицо Ульяны.
– Ну вот, все хорошо, пришла в себя, – с облегчением вздохнула Дарья.
Дима схватил ее за руку и приблизил к губам, словно пытаясь отогреть своим дыханием холодные пальцы.
Девушка попыталась встать, с беспокойством оглядываясь по сторонам.
– Лежи, не волнуйся, ты дома. Ты хоть помнишь, что произошло?
Она мотнула головой:
– Ну так, смутно. Подурнело, закружилась голова и все: думаю, что я отключилась, – она приподнялась, – А сейчас со мной все хорошо, только слабость. А где это я? – Вера внимательно стала осматривать большую и светлую комнату, которая больше напоминала царские покои, ну так ей показалось.
Она раньше никогда не видела ничего подобного, кроме, как в фильмах. Была немного непривычно и неловко находиться здесь. Она посмотрела на Дарью:
– Мама, почему я здесь, а не дома? И как здесь появилась ты?
Дарья присела на край кровати:
– Я в окно за тобой наблюдала, и видела, как приехал Дима, вы с ним долго о чем-то говорили, ты села в машину, приехала Ульяна и потом все забегали, засуетились. Я поняла, что-то случилось, вот и выскочила на улицу.
–А потом? Что было потом?
Но тут в комнату вошла девушка в белом крахмальном фартуке с красиво уложенными волосами:
– Ульяна Николаевна, завтрак готов.
Ульяна качнула головой и осмотрела присутствующих:
– Ну что, дорогие мои, приглашаю всех за стол. Верочка, ты сможешь идти или тебе помочь?
– Да что вы, все уже хорошо. Подумаешь, какой-то там обморок, – она улыбнулась, скосив глаза в сторону Димы. Он понял все без слов, тут же подставил ей руку:
– Ну что же, хватайся за меня и завтракать. Ты, видать, голодная из дома вышла, вот и результат.
Он провел ее через несколько больших и роскошных комнат, прежде, чем они оказались в величественной столовой.
Она была настолько огромна, что казалось, здесь могла бы разместиться целая армия гостей. Высокий потолок поддерживали массивные колонны, украшенные позолотой и лепниной. Стены украшали картины известных мастеров прошлого века, а посередине зала располагался огромный стол, покрытый белоснежной скатертью. Серебряные приборы сверкали в лучах солнца, пробивающегося сквозь легкие прозрачные ткани, прикрывающие огромные окна.
Возле каждого стула стояла хрустальная рюмка, наполненная рубиново-красным вином, источавшим аромат спелых ягод и пряностей. Рядом красовался кувшин с ярко-желтой жидкостью,похожей на компот из абрикосов. На столе возвышалась огромная фарфоровая супница, обрамленная изысканными рисунками цветов и птиц.
Запах свежевыпеченного хлеба смешивался со сладким ароматом ванили и корицы, исходящим от десертных тарелок, наполненными пирожными и печеньем. Ароматная дымка кружилась над столом, маня попробовать каждый кусочек лакомства.
Но самым удивительным было то, что никто не садился за этот роскошный стол. Он казался приготовленным специально для неё одной, приглашая отведать каждое блюдо, насладиться каждым глотком вина. Вера чувствовала себя Алисой, попавшей в Зазеркалье, где всё подчинялось своим собственным законам и правилам.
Сердце девушки трепетало от волнения и восторга перед этой загадочной сценой. Что ждало её дальше? Какие тайны скрывал этот дом? И кто пригласил ее сюда?
Нет, конечно, она знала ответ на свой потаенный вопрос: перед ней стояла виновница ее появления в этом шикарном жилище - это была ее мать Ульяна. Вера уже и сама поверила в то, что это является правдой, хотя не могла до последнего принять эту чудовищную новость, которую поведал отец. Но самым неожиданным было то, что ее сын Дима… При этом воспоминании у девушки учащенно забилось сердце и она, чтобы снова не потерять сознание, мысленно приказала себе :”Все, успокоилась, и никаких волнений. Мне нельзя волноваться”. Она обеспокоенно прикрыла живот руками, словно стараясь защитить плод своей любви.
Вера чувствовала, что её сердце медленно опускается вниз, словно груз, брошенный в воду глубокого озера. Она смотрела вокруг, пытаясь уловить хоть какую-то нить разговора или движения, собравшихся здесь близких ей людей, но ничего не происходило. Она понимала, что именно здесь и сейчас многое встанет на свои места, и откроется вся правда, которую она так хотела знать.
Дима провёл её к массивному стулу с высокой кожаной спинкой и галантно отодвинул его, приглашая сесть. Когда все заняли свои места, стол будто бы ожил от множества блюд, выстроившихся перед ними в живописном беспорядке. Но вместо оживленного разговоров царило напряженное безмолвие.
Глаза гостей встречались лишь мимолётно, избегая прямого взгляда друг на друга. Вера почувствовала холодком по спине скользнувшую неловкость момента, словно невидимая паутина накрыла столовую, лишив возможности двигаться и говорить. Даже аромат еды казался слишком тяжёлым, вызывая чувство тревоги и ожидания чего-то неопределённого.
Наконец, когда стало уже почти невыносимо молчать, прозвучал тихий голос хозяйки дома, Ульяны. Он был похож на звон колокольчика, который нарушил эту тишину.
–Давайте же приступим,— мягко сказала она, протягивая руку к тарелке и приглашая всех к началу трапезы.
И тут словно магический замок раскрылся. Все вздохнули облегченно, улыбнулись друг другу и начали есть. Верой овладело странное ощущение: казалось, мир вернулся обратно, словно было отменено какое-то древнее заклятие. Теперь все снова ожило, а звуки стали такими живыми и настоящими, какими они были всегда.
Вера посмотрела на Дарью, которая трясущимися от неловкости руками накладывала на свою тарелку все, что стояло рядом.
Ульяна подняла рюмку с искрящимся вином:
– Ну что, Дарья, за знакомство и за тебя.
Но Дарья побледнела и отрицательно замотала головой, отдернув руку от бутерброда с икрой, с которого она собиралась начать знакомство с кухней этого дома.
– Нет, нет, что ты, я не пью.
Губы Ульяны слегка растянулись в легкой усмешке:
– Ну вот, мне даже не с кем выпить за такую большую радость. Ну вы не обидитесь, если я пригублю настоечки?
– Мама, так я могу тебя поддержать, – Дима взял бокал. – Только я правда пока не понял, о какой такой радости ты говоришь. Может я чего-то не знаю? – потом он огляделся : – А где отец? Что-то я его не наблюдаю со вчерашнего вечера? Я думал, что вы приехали вдвоем, а оказалось, что ты мауль, одна прибыла.
Ульяна сделала глоток ароматной жидкости и посмотрела на сына:
– Отец скоро будет. Дима, сынок, ты много чего не знаешь. Но меня удивило то, что ты знаком с Верочкой. Я когда увидела ее у тебя в машине в бессознательном состоянии, думала, что сама сейчас отключусь.Вот удивили вы меня, ребята, так удивили, – она залпом влила в себя вино и откинулась на спинку стула.
Вера сидела молча, не смея нарушить диалог матери с сыном. Только Дарья, с какой-то поспешностью поглощала все, до чего доставала ее рука. Вера краем глаза видела, как ее рука несколько раз машинально хваталась за рюмку, но тут же отскакивала от нее, словно ее пробивало током.
Дима с интересом посмотрел на Верочку, потом перевел взгляд на Ульяну:
– Ты меня заинтересовала, мы с Верой ехали к тебе, чтобы сообщить новость, но теперь я понимаю, что удивлять собралась ты меня. Ну давай уж, не тяни, жду с нетерпением.
Ульяна сделала лицо серьезным и встала, потом подошла к сыну и положила руки ему на плечи:
– Я не знаю, что вас связывает с Верочкой, но она твоя сестра, – она тут же отдернула руки от него и вытянулась по струнке.
– Чего-о-о-о? – Дима вскочил со стула. – Ты меня сейчас разыгрываешь?
– Сынок, поверь мне. Это правда, зачем мне тебя обманывать? Ты должен знать, что у тебя есть прекрасная сестренка, которую ты полюбишь. Хотя о чем это я? – она улыбнулась, прищурив глаза. – Я смотрю, вы уже знакомы, да? Даже интересно, когда вы успели?
– Вот не поверишь, но успели, – Вере показалось, что Дима ответил с какой-то злостью в голосе. Но тут прибежала домработница и что-то зашептала хозяйке дома на ухо.
– Так конечно, пусть проходит.
В столовой появилась Наталья. Выглядела она ослепительно. Вера еще никогда не видела ее такой красивой. Все головы повернулись в ее сторону. Вере даже показалось, что Дима, ее Дима, вдруг с каким-то незнакомым для нее интересом стал рассматривать ту, на которой ему предстояло жениться. Ее сердце затрепетало от ревности, и она вдруг поняла, что не сможет делить его ни с кем. Еще совсем недавно ей казалось, что она влюблена в Женю, но сейчас она вдруг ясно осознала, что он был просто ее другом, и не более. А Дима был ее первым мужчиной , а сейчас еще и отцом ее ребенка, и Наталья не должна стоять между ними.
Но Наталья и Ульяна, конечно, еще не знали об этом, они даже не догадывались, какую новость хочет сообщить им Дмитрий. Вера даже засомневалась, сможет ли он сейчас объяснить им, что связывает их теперь, когда узнал о том, что она его сестра. Ей казалось, что выглядит он сейчас каким-то растерянным и смущенным: куда подевалась его прежняя уверенность.
– Наташенька, ты присаживайся, позавтракай с нами. Я хочу познакомить тебя с моей дочерью Верой.
Надо было видеть выражение лица девушки, ее словно кто-то по голове неожиданно стукнул. Вера про себя даже хихикнула.К Наташке она не испытывала никаких положительных эмоций, она не могла ей простить Женю, а сейчас еще и Диму. Эта красотка всегда была на шаг впереди нее.
Но сейчас она выглядела не лучшим образом: куда слетела ее спесь и высокомерие.
–Ваша дочь? Вера? Да ну и шутки у вас, – она засмеялась, не смея поверить в то, что сейчас услышала.
– Это не шутки. Это моя потерянная дочь, – Ульяна не хотела вдаваться в подробности и выкладывать всю правду о том, почему она не воспитывала свою дочь.
– Ну как? – Вере показалось, что у ее соперницы челюсть отвисла и никак не может встать на место.
Но Ульяна больше не хотела вести разговор на эту тему, ловко переключив внимание на стол.
– Давайте лучше пить чай, а то он уже остыл, а заодно и обсудим детали завтрашней свадьбы. Дима готов к этому торжеству. Надеюсь, Наталья, ты тоже?
– Да, конечно, – как–то неуверенно ответила девушка, с трудом приходя в себя, после услышанного.
Дима молчал, изредка бросая взгляд на Веру, отчего у нее появилась твердая уверенность,что он никогда не сможет объявить Ульяне и Наталье о принятом решении - отменить свадьбу.
Они что-то обсуждали, решали свадебные вопросы, но Вера уже не слышала , у нее сейчас было одно желание –уйти отсюда по – тихому. Она незаметно дернула Дарью за руку, и показала ей пальцами жест по направлению к выходу. Та мотнула головой, стараясь запихнуть в рот бутерброд с икрой. Вере было стыдно и неловко за мать. " Вот подумают, что мы сроду икры не ели. Ну куда она в себя столько пихает."
Она встала:
– Вы извините, я должна выйти на улицу, что-то мне не очень хорошо, надо на свежий воздух, – слукавила девушка, пытаясь найти повод, чтобы покинуть дом.
– Я с тобой? – Ульяна перестала разговаривать и подошла к дочери.
– Нет, спасибо. Меня мама проводит. Вы не переживайте, – она посмотрела на Диму который нерешительно топтался возле Ульяны и Натальи.