Рассказ | Невозможно забыть | Часть 2 |
Непрошенные объяснения |
Прошло три дня с того памятного ужина, и Лидия почти убедила себя, что всё наладится само собой. Кира не упоминала о Константине, хотя постоянно что-то печатала в телефоне с таинственной улыбкой. Рабочие будни помогали отвлечься от навязчивых мыслей о прошлом. Почти получалось вернуться к привычному ритму жизни.
Почти. Пока секретарь не заглянула в кабинет со словами:
– Лидия Александровна, к вам посетитель. Говорит, что по рабочему вопросу.
– Он представился? – Лидия не подняла головы от истории болезни.
– Соловьёв Константин Дмитриевич.
Ручка выскользнула из пальцев и оставила кляксу на белом листе. Сердце забилось так быстро, что стало трудно дышать.
– Скажите... скажите, что я занята, – пробормотала она.
– Да, он предположил, что так и будет, но говорит, что это очень важно. Какая-то благотворительная деятельность для больницы.
Лидия закрыла глаза. Хитрый гад. Прекрасно знал, что она не сможет отказаться от разговора, если речь идёт о пользе для учреждения.
В отделении действительно не хватало современного оборудования, а бюджетные деньги были крайне скудны.
– Хорошо, – сказала она наконец. – Пригласите его.
За минуту женщина поправила волосы, подкрасила губы, проверила, аккуратно ли сидит белый халат. И тут же разозлилась на себя за эти приготовления. Ей было всё равно, как она выглядит в глазах Константина Соловьёва. Совершенно всё равно.
Дверь открылась, и он вошёл.
В тёмном костюме, с букетом белых роз в руках и улыбкой, уже не тако бесшабашной, как в юности. Да и в глазах теперь была осторожность взрослого мужчины, который понимает, что играет с огнём.
– Лида, – сказал он, закрывая за собой дверь. – Спасибо, что не отфутболила меня.
– Я приняла делового партнёра, – холодно ответила она, не поднимаясь из-за стола. – Вы ведёте речь о благотворительности, если не ошибаюсь? Давайте сосредоточимся на этом.
– Говорил, – Константин положил букет на стол. – Компания действительно выделяет средства на социальные проекты, но сначала прошу о небольшом разговоре. О нас, Лид.
– Забудь. Не существует никаких "нас", – резко отрезала Лидия. – Зато есть моя дочь, которая, к несчастью, встречается с человеком, способным причинить ей боль.
– Выслушай меня, пожалуйста, – Константин сел в кресло перед её столом, не дожидаясь приглашения. – Хочешь узнать правду, почему я сбежал тогда?
– “Тогда” произошло двадцать три года назад, какая разница сейчас?
– Разница в том, что ты думаешь обо мне как о подонке, который бросил тебя без объяснений.
– Так и было. - отрезала Лидия.
Константин помолчал, и в этой тишине Лидия услышала, как он тяжело вздыхает.
– Помнишь Игоря Красильникова? – спросил он наконец.
Лидию передёрнуло.
Конечно, она помнила. Игорь был однокурсником Константина, который никогда ей не нравился. Смазливый, самоуверенный, с привычкой совать нос в чужие дела.
– Помню, – коротко ответила она.
– За неделю до моего отъезда он рассказал, что видел тебя в кафе с каким-то товарищем. Вы обнимались и целовались. Видит он это не первый раз и твой роман на стороне, длящийся несколько месяцев, прикрывать не станет.
Лидия резко обернулась.
– Что?! Окстись, какой роман?
Мужчина развёл руками:
– У него были фотографии, – продолжил, не глядя на неё. – Ты в кафе действительно обнимаешься с парнем. То есть он обнимает тебя, а ты смеёшься. Игорь тогда пожалел меня, потому что все уже знали, что ты полгода играешь на два фронта.
Константин нервно расслабил верхнюю пуговицу на рубашке, разговор был ему крайне неприятен.
– Что за бред, какие фотографии? – Лидия почувствовала волну тошноты.
– Да… – для убедительности он кивнул, – Тот парень был сыном богатых родителей. Игорь был весьма убедителен, объясняя, что он может дать тебе и чего не смогу я. Лид, я даже осуждать не смел, время было трудное, а тут сытая жизнь, деньги, перспективы… Ты всегда стремилась лечить людей, а сколько стоила ординатура?
– И… – голос Лидии задрожал от гнева. – Ты поверил ему, вместо того, чтобы просто спросить меня?
– Он оставил мне фото, и я варился в аду несколько дней. Мне было двадцать, – Константин, наконец, посмотрел на неё, не скрывая боли. – Был влюблён как дурак, а ты была самой красивой девушкой в мире, Лид. В тебя все парни были влюблены. Игорь озвучил именно то, чего я в душе всегда боялся. И вместе с фотографиями это казалось логичным.
– Логичным? – Лидия оперлась на стол руками. – Конечно, да! Девушка, которая говорила тебе "люблю" каждый день, может ходить на сторону?
– Такая девушка, как ты, рано или поздно поймёт, что заслуживает лучшего, чем бедный студент из неблагополучной семьи.
Лидия онемела. Смотрела на Константина и отчётливо осознавала, что они потеряли друг друга из-за глупости, страха и чужой подлости.
– Фотографии… – сказала она медленно. – Опиши подробно.
– Ты в голубом платье, сидишь с парнем в белой рубашке, у вас мороженое, фрукты и вино. Он говорит, ты смеёшься, а после вы идёте по парку в обнимку. Он обнимает тебя за плечи, ты его - за пояс.
Лидия закрыла глаза. Голубое платье. Кафе. Парк. Она очень хорошо помнила тот день.
– Костя… Это был мой двоюродный брат Алексей, – сказала она тихо. – Он тогда приехал из Питера поступать в наш институт, я показывала ему город.
Константин побледнел. Вскочил и сделал несколько шагов по кабинету.
– Что?
– Мой двоюродный брат! – Лидия ударила ладонью по столу. – Мы с детства очень дружили, и Игорь это прекрасно знал, потому что видел нас, подходил, знакомился…
Лидия сделала шумный вдох.
– Я, как последняя идиотка, ждала от тебя хоть какого-то объяснения. Обзвонила все больницы, думая, что с тобой что-то случилось, а когда осмелилась прийти к твоим родителям, и они сказали, что ты уехал в Москву. "Начинать новую жизнь". Кем, ты думаешь, я себя чувствовала?
Константин без сил опустился на стул. Она видела смену эмоций на его лице: шок, понимание, раскаяние.
– Лида, я... – начал он.
– Не надо слов, Костя, – перебила его. – Всю жизнь я думала, что ты разлюбил, встретил другую, а может, просто испугался серьёзных отношений и сбежал. Теперь, оказывается, всё ещё хуже. Ты исчез, потому что поверил в тупые сплетни, вместо того чтобы поговорить со мной.
– Я был идиотом...
– Не идиотом. – Лидия подошла к двери и положила руку на ручку. – Трусом, который не доверял женщине, которую якобы любил.
– Лида, подожди, – Константин встал. – Я причинил тебе боль и понимаю, что не имею права просить прощения, но позволь мне хотя бы попытаться это исправить.
– Исправить? – Лидия повернулась к нему. – Как ты исправишь то, что Кира росла без отца, потому что её мать так и не научилась доверять мужчинам? Как исправить то, что я не могу поверить в любовь? И не поздно ли?
– Прошлое никто не может изменить, Лид, – сказал он тихо. – Но я могу сказать тебе правду о настоящем. Никого не любил так, как тебя тогда. Женился, думая, что смогу забыть, но… Увы. Развёлся, потому что нельзя строить семью с одним человеком, а любить другого. Это нечестно по отношению ко всем.
– Прекрати! – отвернулась Лидия. – Ты встречаешься с моей дочерью и не имеешь права говорить всё это!
– С Кирой мы познакомились случайно. Когда понял, кто она, хотел всё прекратить, но... она хорошая девочка, Лида. Добрая, умная. Не заслуживает того, чтобы ее бросили без объяснений.
– А я заслуживала?
– Нет, но тогда я не смог, а сейчас есть шанс поступить правильно, – тон его голоса смягчился. – Не хочу причинять ей боль, но и лгать не могу.
Лидия открыла дверь.
– Уходи, – сказала она устало. – И больше не приходи сюда.
– Лида...
– Уходи, Константин. Это всё слишком…Не говори ей пока ничего, я должна подумать.
Он прошёл мимо неё к двери:
– Игорь Красильников умер пять лет назад, – хрипло проговорил. – Рак. Перед смертью написал мне письмо. Просил прощения за то, что разрушил нас из зависти. Он сам был в тебя влюблён, думал, если я уеду, будет проще завоевать...
Дверь закрылась, и Лидия осталась одна в кабинете с букетом белых роз и правдой, которая могла бы поменять всё, если бы стала известна раньше.
Женщина опустилась в кресло и закрыла лицо руками. В голове была полная каша. Все годы их разлуки произошли из-за подлой лжи. Константин любил её по-настоящему, но оказался слишком молод и неуверен в себе, чтобы поверить в эту любовь.
А теперь что? Теперь, когда правда открылась, что с этим делать?
И главное: что делать с Кирой, которая ни о чём не подозревает? Девочка каждый день сильнее влюбляется в мужчину, которого её мать полюбила первой…
Полёт в прошлое
Неделю после визита Константина Лидия была сама не своя. Пыталась сосредоточиться на работе, пациентах, привычных домашних делах, но мысли постоянно возвращались к разговору в кабинете.
Хуже всего было видеть Киру. Дочь светилась от счастья, несмотря на то, что Константин был всё время занят и не находил времени побыть с ней вместе.
– Мам, а ты знаешь, Костя говорит, что возможно останется в нашем городе на неопределённое время, – сказала Кира за завтраком, и Лидия почувствовала, как кофе стал горьким на вкус.
– Зачем? Разве его проект не закончился?
– Появились новые возможности. Он рассматривает несколько вариантов, – Кира намазывала масло на хлеб, и в её движениях была какая-то счастливая лёгкость. – Мам, мне кажется, он серьёзно настроен.
«Ещё бы он не был серьёзно настроен», – мрачно подумала Лидия. «Только вот к кому именно». Господи, как трудно решиться сказать правду.
Звонок мобильного телефона прервал её размышления. На экране высветился незнакомый номер. Она спешно вышла из-за стола и отошла, чтобы дочери не было слышно.
– Лид, это я, – услышала она знакомый голос, и сердце пропустило удар.
– Откуда у тебя мой номер? – спросила она, вставая из-за стола и уходя в другую комнату.
– У Киры взял.
Лидия покосилась на дочь, которая продолжала завтракать, ни о чём не подозревая.
– Что нужно? – холодно спросила она.
– Встретиться с тобой… Это важно.
– Мы уже все выяснили в прошлый раз.
– Нет, – голос Константина звучал настойчиво. – Не всё, Лида. Встреться со мной. Пожалуйста… Один раз. Выслушай и решай сама, хочешь ли ты, чтобы я исчез из вашей жизни.
Лидия молчала, сжимая трубку. Часть её кричала «нет», а другая часть – та, что двадцать три года ждала объяснений – нуждалась в разговоре. И, возможно, не одном.
– Где? – спросила она наконец.
– На набережной. Там, где раньше была наша скамейка.
Он даже не спросил, помнит ли она это место. Видимо, был уверен, что да. И не ошибся. Старая деревянная скамейка под раскидистым дубом, с которой открывался вид на реку, всё ещё была на месте, и Лидия раз в несколько лет обнаруживала себя там, вспоминая, как они с Костей мечтали в этом месте о будущем, которое не случилось.
– В восемь, – сказала она. – И это последний раз, Константин.
– Понимаю, – ответил он тихо. – Спасибо.
***
Аллея из старых дубов на набережной по-прежнему была красива. Старички-фонари, медленнотекущая река... Только вот скамейку неожиданно обновили. Снесли старую и заменили металлической, более современной. Надо же… Давно здесь не была.
Лидия освободилась раньше и села, глядя на воду. Солнце садилось, подсвечивая облака, и река казалась жидким золотом. Кажется, воды всё ещё помнили первое Костино “люблю”, прозвучавшее тут…
– Лида.
Она обернулась. Константин стоял в нескольких шагах от скамейки, держа в руках два бумажных стаканчика с горячим чаем.
– Ты всё до сих пор любишь барбарисовый? – сказал он, протягивая ей один.
Лидия приняла ароматный напиток, удивляясь тому, что мужчина помнил такие мелочи. Запах барбариса мгновенно перенёс её в прошлое, когда они пили чай, чтобы согреться, сбегая сюда от чужих глаз.
– Садись, – сказала она, отодвигаясь к краю скамейки.
Константин сел, но между ними осталось расстояние – достаточное, чтобы не касаться друг друга случайно, но недостаточное, чтобы не чувствовать тепла его тела.
– Лида, я много думал о нашем разговоре, – начал он. – Твои слова… ты права. Я был трусом.
– Уже не имеет значения, – ответила Лидия, глядя на реку. – Слишком много воды утекло.
– Нет, это важно, потому что я должен сказать тебе то, чего не сказал тогда. И то, что понял только сейчас.
В свете заходящего солнца его лицо казалось моложе, и на мгновение ей показалось, что прошедшие годы были только сном.
– Когда Игорь показал мне фотографии, – продолжал Константин, – я не просто поверил ему потому, что был молод и глуп. Я поверил потому, что боялся.
– Чего?
– Что ты слишком хороша для меня.
Он отпил глоток, и Лидия заметила, что сильные, мужские руки дрожат.
– Лида, я рос в семье, где отец пил, а мать работала на трёх работах, чтобы свести концы с концами. Носил одну и ту же куртку несколько лет, потому что денег на новую не предвиделось. А ты была как принцесса из сказки.
– Какая принцесса? – возмутилась Лидия. – Константин, мы с мамой жили вдвоём после смерти отца. Я подрабатывала санитаркой, чтобы помочь ей с деньгами, а не для того, чтобы была практика, как все думали.
– Но ты всегда выглядела особенной. Умной, красивой, уверенной в себе. Ты всегда знала, чего хочешь от жизни, я был рядом с тобой самозванцем.
– Брось, ты же был первым на курсе, – тихо сказала Лидия. – Самым талантливым. Помнишь, как Гаврилов говорил, что у тебя будет блестящее будущее?
– Но я был из другого мира. И когда Игорь мне “открыл глаза”, я решил, что ты, наконец, нашла того, кто тебя достоин. Сделала свой выбор и просто не знаешь, как от меня избавиться.
Лидия поставила стаканчик на скамейку и повернулась к нему лицом.
– Господи, какой же ты идиот, – сокрушаясь, покачала головой. – Полный. Думаешь, мне было важно, сколько денег у твоих родителей и какая у тебя куртка?
– Нет, но...
– Никаких “но”! – Лидия встала и сделала несколько шагов к ограждению набережной. – Я влюбилась в то, как ты мечтал изменить мир, как целовал меня так, смотрел, будто я была самым драгоценным, что у тебя есть!
Константин тоже встал и подошёл к ней.
– Ты и была, – прохрипел, стоя рядом. – Самым дорогим, что у меня было. Именно поэтому я так боялся и одновременно был готов потерять тебя.
– Так и вышло, – в глазах Лидии блестели слёзы. – Поздравляю, Константин. Ты добился своего.
– Лид… Должен сказать тебе правду. – шагнул ещё ближе, и она вдохнула знакомый запах его кожи, который мгновенно пробудил память тела. – Я… Не переставал тебя любить.
– Не говори этого, – шепнула она.
– Буду! Потому что это правда. Какой бы ни была моя жизнь, где бы я ни был, ты всегда была здесь, – он приложил руку к сердцу. – Когда женился, я честно пытался полюбить жену, но не смог. Она не была тобой. И когда развёлся, сказал себе, что начну новую жизнь, но и тут опять провал, потому что… Лид, оказалось, что тебя невозможно забыть.
– Кося, остановись, – Лидия попыталась отойти, но крепко взял её за руки.
– Я вернулся в этот город не из-за работы, – продолжал он. – Долгое время не мог решиться, потому что трудно было бы вынести, если бы ты была счастливо замужем, и думать забыла о прошлом… А тут так прижало. Не хотел вмешиваться, просто решил посмотреть, какой ты стала…
– И что же ты увидел? – дрожа спросила Лидия.
– Женщину, которая стала ещё прекрасней, чем девчонка из прошлого. Она спасает людей, воспитала замечательную дочь, сохранила ту же доброту и силу...
– Но это не помешало тебе закрутить с Кирой, – горько сказала Лидия.
– Как бы объяснить… Жизнь идёт, её надо как-то жить. Кира, возможно, чем-то напомнила мне тебя, хотя внешне вы очень разные...
Лидия с силой выдернула руки.
– Она влюблена в тебя! – сказала дрожащим голосом. – Доверяет!
– А я люблю её мать, – ответил Константин. – И всегда любил… Что делать.
Чувства, которые оба пытались похоронить, оказались живы и болезненно остры, а сейчас разгорались с новой силой.
– Что ты хочешь от меня? – спросила устало.
– Ещё один шанс, – ответил Константин. – Пожалуйста! Давай решим ситуацию с Кирой и…
Лидия закрыла глаза. В голове был полный хаос.
Двадцать три года боли и одиночества из-за мужской подлости и трусости на одной чаше весов состязались с чувствами, которые, как лавина, вырывались из подвалов души и накрывали с головой, на другой чаше. И между ними её девочка Кира…
Как? Как сказать влюблённой девочке правду? Это не трусость, не глупость, не эгоизм, а забота о самом важном, что есть в жизни любой матери – о её ребёнке.
– Я не знаю, – призналась, поднимая на него взгляд.
– Дай мне возможность поговорить с Кирой, объяснить ей... – попросил он.
– Что?! Что ты был с ней только потому, что не знал, чья она дочь? И бросаешь теперь ради её матери? – от понимания, насколько глубоко ранят её девочку, по щекам полились слёзы.
– Объяснить, что иногда в жизни случаются ситуации, которые никто не планировал. Что чувства – это не то, что можно взять под контроль и направить...
Лидия покачала головой.
– Она не поймёт, Костя, – покачала головой, – ты не знаешь Киру. Девочка почувствует себя преданной и мной, и тобой.
– Возможно, Лид, возможно, но ложь будет ещё хуже.
Лидия посмотрела на реку, которая текла так же спокойно, как двадцать три года назад, когда жизнь казалась простой и ясной. Теперь же всё так запуталось, что без боли не распустить. Взяла из протянутой руки платок и вытерла влагу на лице.
– Жду твоего звонка и поговорю с Кирой. Просто разреши. И… Что бы ни случилось, знай – я никогда не жалел ни о чём так сильно, как о том, что потерял тебя тогда.
Повернулся и пошёл прочь, оставив её одну с гудящей от мыслей головой. Злилась ли она на него? Да. Очень! Любила ли до сих пор? Возможно. Хотела ли дать ему ещё один шанс? Не знала…
Но одно она знала точно, что смотреть в глаза дочери и делать вид, что ничего не изменилось, становится невыносимым.
Интересно читать? Сообщите об этом лайком и интересного станет больше! Подпишитесь и скиньте ссылку близким - вместе читать ещё интереснее!