Иру Тюрину и Алису Синицкую сложно было назвать лучшими подругами, скорее просто очень хорошими знакомыми. Девушки изредка встречались, отправлялись в какой-нибудь модный клуб, танцевали до упаду, а потом разъезжались кто куда. Иногда переписывались, обсуждали знакомых парней.
Не сказать, что Ирина была красавицей, но волосы, кожа и фигура у неё были изумительные. Толпы мужчин вокруг Тюриной не вились, но каким-то образом, она шутя могла захомутать любого красавчика. Алиса всегда поражалась и втайне завидовала этому невероятному умению подруги. Иногда та могла сделать это ради спора, азартно блестя глазами: «Смотри, да учись, показываю чудеса бесплатно!» - задорно смеялась Тюрина. Подмигнув подруге, она шла к намеченному молодому человеку и через некоторое время парень, словно привороженный, да что там, как будто загипнотизированный покорно начинал исполнять Иркины капризы.
Алиса списывала подобные странности на невероятную харизму Тюриной, немного завидовала, но в целом особенно не интересовалась, как у неё так лихо получалось. Наверное, есть у человека настоящее обаяние, думала Алиса, да такое, что сражает мужиков наповал. По прошествии некоторого времени Ира вышла замуж, Синицкая - вслед за ней. Как это часто бывает в жизни, каждая пошла своей дорогой. Алиса сменила фамилию, стала Репиной. Прошло немало времени. Алисе было тридцать пять, когда они вновь увиделись.
Пасмурным январским днем женщина забежала на рынок возле дома за свежими овощами. Купив необходимые продукты, собиралась уходить, когда Алису остановила женщина с изможденным усталым лицом. Одета она была в старушечью потрепанную шубу из непонятного зверя, похожего на нутрию. Кое-где мех был вытерт до белых проплешин. Голову тетушки украшал цветастый платок, а на ногах красовались валенки. В общем, образ а-ля деревенская бабуля.
- Алиса, привет! - Внезапно женщина тронула Репину, за рукав шубы. Посмотрела в глаза. Взгляд был тяжелым, лицо хмурым.
Алиса немного испугалась. Нечасто её хватали чужие люди, да ещё при этом называя по имени. А эта дама была точно незнакома. Невольно отодвинувшись, Репина пристально всмотрелась в её лицо. Увидела смутно знакомые черты, словно небрежно заштрихованные, искаженные художником по имени Жизнь, и ахнула.
- Ира?! - Изумленно спросила Репина и чуть не добавила по инерции: «Что с тобой случилось?!», но вовремя прикусила язык.
Выглядела бывшая подруга, мягко говоря, неважно. Под глазами - иссиня-черные мешки, в потухшем взгляде - усталость и безнадежность, кожа посерела, как будто припорошенная дорожной пылью, но главное - через всю левую щеку от виска до края рта тянулся чудовищный багровый шрам. Он деформировал пропорции лица и левый глаз казался опущенным уголком книзу. Кажется, именно из-за этого уродливого рубца проходящие люди смущенно отводили взор, а то и вовсе шарахались от неё, как от прокаженной. Пока женщины стояли и разговаривали, человеческий поток обтекал их на солидном расстоянии.
- Ира, какая встреча! - Алиса поспешила стереть недоумение с лица, скоренько натягивая привветливую маску. - Как дела? Ты… Где сейчас?
- Тут, недалеко. Пойдём ко мне в гости? Хоть поболтаем, - как ни в чем не бывало ответила Тюрина и в этой непосредственности Репина с некоторым облегчением узнала прежнюю безбашенную Ирку. Не сказать, что Алису охватило дикое желание отправиться к Тюриной домой, скорее напротив: душа женщины тягостно заныла, прося уйти прочь от бывшей подруги. Тем более, их давно не связывало ничего общего. Репина лихорадочно копалась в мозгу, выискивая наименее обидное оправдание, но в голове царила пустота, как будто кто-то страшный одним махом разогнал мысли и теперь они, напуганные, попрятались по тёмным закоулкам подсознания.
- Не знаю, - пролепетала Алиса, - вообще-то мне нужно идти…
- Не звезди. Никуда тебе не надо, - бесцеремонно оборвала бывшую подругу Ирка, с неожиданной силой схватила её под руку и в прямом смысле потащила к себе домой.
- Ира, да правда же, - Алиса безуспешно пыталась высвободиться из цепких оков её корявых худых рук.
- Сто лет не виделись. Неужели тебе даже не захотелось хотя бы узнать, что у меня случилось, как я живу вообще? - Внезапно остановившись, с укором спросила она и Репина смущённо замолчала.
Больше она не пыталась вырваться и покорно плелась, увлекаемая энергичной подругой. Женщины углубились в ту часть района, где Алиса бывала крайне редко, в непонятные тёмные подворотни. Незнакомые дома в зимних сумерках казались чужими, почти зловещими. Отогнав подальше неясный страх, Алиса поинтересовалась, скоро ли дойдут.
- Да всё, пришли, пришли, - зашипела Ирина с внезапной злостью.
Они подошли к небольшому трехэтажному дому, стены которого были выкрашены в дурацкий жёлтый цвет. Алиса с изумлением огляделась. Вокруг сплошным рядами стояли такие же дома, как близнецы похожие на этот, высоток не было видно совсем.
Репину мучило два вопроса. Как здесь очутились трёхэтажки, ведь хоть изредка, но по этим местам она пробегала и ничего подобного не помнила. И ещё, она что, спала, пока шли? Как ни пыталась вспомнить, каким образом женщины оказались среди домов недомерков, не смогла. Бред. Шли, шли по темным подворотням девятиэтажек и вдруг оказались здесь. Алиса встряхнула головой.
- Не помню таких домов, - немного растерянно улыбнулась Аоиса. Отметая мысли о том, что могла очутиться здесь в бессознательном состоянии, Репина решила сделать вид, что всё так, как и должно быть, просто она не узнаёт местность.
- Не парься, - махнула рукой Тюрина, - домой отправлю тебя на такси.
- Понятно. Но адрес-то хоть скажи. Не пойму, что за район, - настаивала Алиса, всё больше ощущая враждебность окружающей местности.
- Ой, какая недоверчивая! – Засмеялась Ирка и назвала улицу.
Репина удивлённо уставилась на подругу. Прожила в этом районе всю замужнюю жизнь, но такой улицы вспомнить не смогла. Странное какое-то название. Улица Печальных Мастеров. Женщина всё больше склонялась к мысли, что уходить надо прямо сейчас, но в этот момент Ирина бесцеремонно впихнула Алису в раскрывшуюся пасть подъезда. Женщин поглотила тьма.
- Что, лампочек нет?! – Возмутилась Алиса, начиная раздражаться. Издевательство какое-то! К чёрту старинную подругу, к дьяволу чаепитие с ней, к сатане разговоры по душам! Мысленно проклиная всё вокруг, Репина едва ли не наощупь поднималась по лестнице, держась за рукав Тюриной.
- Тс-с! Не кричи! – Раздался во тьме слишком злой для подруги голос. Алисе резко захотелось увидеть сейчас её лицо. Если тон такой, как же она выглядит? И зачем надо было тащить Репину к себе, если нет настроения?
Наконец, в полной темноте заскрежетал ключ в замке. Репина поразилась: как Ирка смогла найти замочную скважину? Вокруг царила непроглядная темнота.
- Всё, проходи, - без лишних предисловий, подруга втолкнула Алису в квартиру, перебив вопрос, вертевшийся у той на языке.
Вспыхнул свет, заливая маленькую прихожую, заваленную разным хламом.
- Я даже не знаю. Пойду, наверное, - при виде помещения, Алисе страстно захотелось вернуться обратно на улицу.
- Нет уж. Раз пришла – побудешь моей гостьей. Ты ведь хочешь узнать, что такое со мной случилось? - Вкрадчиво спросила она. - Откуда у меня это украшение? Ох, нехорошо заблестели глаза у Ирины, когда она небрежно ткнула себя в страшный шрам.
Не без опаски оглядываясь, Алиса сняла пальто, брезгливо примостила его на крючке возле неопрятных тряпок.
Они прошли в небольшую, провонявшую неприятным запахом, комнату. Алиса попыталась сравнить вонь с чем-то из своего багажа знаний и пришла к выводу, что в помещении несло старыми, полусгнившими половыми тряпками. Репину передёрнуло, но любопытство в очередной раз пересилило отвращение, и она перестала принюхиваться.
Хозяйка между тем стянула древнюю шубу, оставшись в видавшем виды фланелевом цветастом халате, ещё больше напомнив старушку. Потом засуетилась, поставила чайник на плиту, пригласила Алису за стол, застеленный клеёнчатой скатертью с вытертым от времени рисунком. На столе не было ничего, кроме тарелки с хлебными крошками, но Репина и так вряд ли стала бы что-то здесь есть, невзирая на возмущённое урчание в недрах живота – уж больно нехорошо в квартире пахло.
- Садись, дорогая, - Ирка пододвинула Репиной чашку с чаем. От горячей жидкости исходил вкусный аромат трав, к тому же Алиса сильно замёрзла, пока они шли – потому с большим удовольствием отхлебнула напиток. На вкус тоже было очень достойно, и Репина причмокнула от наслаждения, постепенно расслабляясь.Что она взъелась на подругу, пусть и бывшую, на самом-то деле? Несчастной женщине хочется общения, только и всего!
- Пей, пей, - ласково пропела Тюрина, - а я пока расскажу свою историю.
Она удобно устроилась на стуле напротив, опёрлась щекой о ладонь.
- Ты помнишь, я всегда могла закадрить любого парня?
Репина энергично закивала. Ещё бы забыть такое!
- Всё это началось с детства. Сперва неосознанно. Когда мне нужно было что-либо от окружающих людей, особенно мужского пола, я смотрела им в глаза и мысленно просила исполнить моё желание. И всегда, всегда папа, дядя и прочие родственники, а иногда и вовсе чужие дядьки покорно шли и делали то, что мне было нужно.
Шло время. Я подросла и вместе со мной повзрослели желания. Именно тогда я начала замечать странную тенденцию. Помню, в двенадцать лет мне очень сильно понравился один мальчик. Звали его Храмцов Витя, ему было четырнадцать, и он встречался с самой красивой девочкой из нашего класса: Корякиной Людой.
Я с ума по нему сходила. Его руки, губы, карие глаза – неотступно преследовали меня во время занятий. А уж когда я видела его на переменах возле Людки – душу начинала терзать чёрная зависть. «Мой будет!» - Решила я.
Как-то попался такой момент, когда мы стояли втроём: я, Людка и Витя. Я видела, что они изнывают от нетерпения, ожидая, когда я оставлю их одних, но нарочно тянула время, рассказывая какую-то совсем неинтересную длинную историю. А потом получилось само собой. В паузу мне удалось поймать взгляд парня, и я мысленно приказала: «Влюбись в меня!» Именно так и никак иначе.
Не знаю, что на меня нашло. Возможно, я просто хотела так пошутить. Понятно же, что не получится!
К моему огромному изумлению, Храмцов так и застыл, глядя на меня. Губы его едва различимо шевелились. На Людку парнишка не обращал никакого внимания, хотя она встревоженно заглядывала ему в лицо.
- Вить! Вить! – Корякина дёрнула парня за рукав.
- Чего тебе?! – Он отшатнулся от девочки с внезапной неприязнью.
Людка смотрела на него изумлённо раскрыв глаза, онемев от удивления. Я – тоже. Потому что в следующий момент Храмцов повернулся ко мне и с плохо скрываемым обожанием, произнёс:
- Хочешь, сегодня после школы домой провожу?
Тут у нас обеих отвисли челюсти. Правда, Людка отреагировала первой. Опомнившись, она развернулась и побежала прочь, размазывая по щекам брызнувшие из глаз слёзы. Проводив её ошалелым взглядом, я нелепо переспросила:
- Ты мне? – Я никак не могла поверить, что не сплю, даже довольно сильно ущипнула себя за тыльную сторону ладони.
- Ну конечно! – Ласково улыбнулся Храмцов. – Кроме нас с тобой тут больше никого нет.
Он равнодушно посмотрел на удаляющуюся спину Корякиной. Обалдеть! В этот день Витя проводил меня, договорились вечером сходить в кино. Так я заполучила себе первого парня.
Вскоре он мне наскучил. Оказался совсем не так хорош: под привлекательной внешностью скрывался нытик и маменькин сыночек. Впрочем, в жизни так часто бывает. Я его бросила без особых проблем. Он походил, пострадал, а потом исчез с поля моего зрения. Школу бросил. Слышала, он то ли спился, то ли под машину попал, а возможно и то, и другое.
С тех пор я начала экспериментировать. Все самые видные парни, неважно: во дворе или в школе, или потом в институте – все по моему желанию становились верными рабами, готовыми на что угодно лишь по одному щелчку пальцами. Но был у них всех, ты не поверишь, существенный недостаток. Они как будто лишались своей личности, становились безвольными. Полностью подчинялись мне. А это надоедает, знаешь ли. Хочется же мужика рядом, а не тряпку.
Поэтому бросала ухажёров без особых проблем. Те, с кем расставалась, вели себя по-разному, но в основном, начинали пить и потом совсем исчезали из поля зрения. Но многие, наверное, те, что посильнее или побывали под моим влиянием недолго – приходили в себя, женились потом и у них были счастливые семьи. Каюсь, иногда даже завидно становилось, так и подмывало вновь отработать свои чары.
Алису вдруг начало клонить в сон. Видно, в тепле разморило… А монотонный рассказ Тюриной убаюкивал ещё больше.
- Потом, ты знаешь, я же замуж вышла… За такого же «привороженного». Только так получилось, что я сама себя обхитрила, - горько усмехнулась Тюрина, - Баранов Вовка влюбился в меня без памяти. Да и как иначе? У меня только так, без сознания… Я же не думала, что симпатичный парень на самом деле такой дурак! Баранов – оказался натуральным бараном! Стал ревновать меня к каждому мимо проходящему мужику. Хорошо, детей завести не успели. Надоел он мне, как магазинные пельмени, если их каждый день есть -- прямо смотреть тошно, с души воротит.
Решила развестись, ушла из съёмной квартиры в родительскую. И тут, впервые в жизни, мой приворот сработал против меня же! Вовка совсем ополоумел! Проходу не давал, с работы подкарауливал, возле дома родителей.
Я не выдержала, собралась, да уехала, куда глаза глядят. Нашла себе славного парня по имени Гена, он меня полюбил без всяких приворотов. Стали вместе жить и так хорошо мне было впервые! А Вовка хитростью узнал у родителей, где обитаю и явился к нам.
Дома был Геннадий, пораньше с работы ушёл. Ничего не подозревая, открыл дверь, а там - Баранов с букетом роз. Когда, вернулась с работы домой, в прихожей царила темнота. Щёлкнула выключателем - ничего не произошло. Решив, что перегорела лампочка, я кое-как в потемках сняла куртку, кроссовки. Обула тапочки.
Направляясь в комнату, позвала Гену. Ответом была тишина. Наверное, ещё не вернулся с работы, решила я. Ничего не подозревая, распахнула плотно закрытую дверь в комнату и удивлённо остановилась на пороге.
Вокруг: на комоде, на компьютерном столе - стояли зажженные свечи. Промелькнула мысль, что возлюбленный решил устроить романтический вечер, я невольно улыбнулась. А потом увидела, кто сидит в кресле напротив, попятилась и вскрикнула.
Это был Баранов. На его лице играла довольная улыбка.
- Что ты здесь делаешь? - Я обрела дар речи. Тревога вспыхнула в душе ярким факелом. Гена!
- Твой хахаль на кровати, дожидается тебя, - словно отвечая на мой вопрос, Баранов улыбнулся ещё шире и ткнул в сторону спальни.
Только сейчас я разглядела, что он держит в руке окровавленный нож. Сердце едва не выскочило из груди:
- Гена! - Я кинулась в спальню, увидела безглазый труп на кровати и завыла, заколотилась рядом с телом любимого. Пол вокруг был залит кровью. Поверх багровых, остро пахнущих луж, сумасшедший Баранов раскидал лепестки роз.
- Ну что, дорогая, как тебе романтический сюрприз? - Послышался позади голос.
Я медленно повернулась. Рядом со мной, по-прежнему улыбаясь, стоял Баранов. Я кинулась на него, невзирая на то, что он был вооружён. Ярость выплеснулась из меня подобно жуткому смерчу, закружила, корежа и круша все вокруг. Баранов только успел взмахнуть ножом, но от души, видишь, как щеку распорол. Никакая пластическая операция не поможет. Морду надо менять полностью. Но я кое-что придумала. - Тюрина захихикала, всматриваясь в лицо подруги.
Веки Алисы совсем отяжелели, упорно стремились сомкнуться. «Да что со мной такое?» - Репина удивилась, но как-то вяло. Она всё ещё боролась со сном, когда до неё дошло, что Ира больше не сидит напротив, а переместилась чуть дальше. Теперь она стояла возле гладильной доски, что-то тщательно разутюживая со счастливой улыбкой.
Алиса с трудом открывая словно ставшие свинцовыми веки, вдруг увидела, что именно наглаживает Тюрина. Та, подняла какую-то тряпку и приложила к своему лицу. Ткань была с разрезами для глаз, губ и носа. Алиса присмотрелась – и сонливость смыло ледяной волной ужаса. То, что Репина приняла за тряпку оказалось кожей, снятой с чьего-то лица!
Задохнувшись от ужаса, Алиса хватала ртом воздух и силилась подняться с места. Но тело не слушалось. Руки и ноги словно опутали неведомые оковы.
Пока Репина пыталась справиться с парализованными конечностями, до её просыпающегося сознания стал доходить смысл произносимых Иркой слов:
- Я тебя как свою любимую подругу, мучить долго не буду. И лишнего не возьму, не бойся. Ну ванну надо будет сделать, без этого мне никак. Понимаешь, все эти желания из меня забрали жизненную силу, теперь вот восстанавливать надо. По молодости, да дурости не соображала, эх! Напропалую тратила энергию, думала просто так всё. Ан нет – платить приходиться за всё. Для лица-то я маску смастерила, видишь? Надену, чуток подгримирую – никто и не заметит моего уродства. А то же ни к кому не подойти – шарахаются! А мне теперь люди постоянно нужны. Иначе совсем захирею. Ты же не хочешь, чтобы твоя подруга загнулась, поможешь? – Отставив утюг, Ирка-ведьма повернулась к Репиной.
Та, от таких диких слов, окончательно пришла в себя, неимоверным усилием собрала волю в кулак, смогла совладать с конечностями и дотянуться до утюга.
- Конечно помогу! – Пообещала она и, размахнувшись изо всех сил, припечатала горячей подошвой здоровую сторону лица ведьмы.
Охнув, Тюрина осела на пол тяжёлым кулем.
Алиса не стала убеждаться, жива ли ведьма. Нелепо размахивая руками и ногами, она пыталась совладать со взбесившимися конечностями. Но кажется отрава, которой опоила её Тюрина – оказалась очень сильной. Не удержавшись, Репина упала рядом с распластавшейся Иркой, заскулила от охватившего её ужаса и на четвереньках поползла к выходу.
Пот заливал лицо Алисы, пока она добралась до прихожей. Плюнув на обувь и верхнюю одежду, женщина кое-как совладала с замком и вылезла в холодную, пахнущую затхлостью, темноту коридора. Руками ощупывая ступени, Репина ползла вперёд. Тьма, окутавшая её, казалась плотной, как ткань, дышала безмолвием и вонью старых половых тряпок.
Алиса ползла, потеряв счёт времени, иногда совсем переставая чувствовать свои конечности. В такие моменты Репиной начинало казаться, что сейчас из тьмы с воем выскочит ведьма и оседлает её. Алису захлёстывал такой ужас, что она, скрипя зубами, продолжала свою черепашью гонку.
Вдруг в лицо женщины пахнуло морозной свежестью, и она с новой силой рванулась к выходу. Дверь. Несколько торопливых движений вперёд – и ещё одна дверь. Открыв её, Алиса вывалилась в ледяную ночь. Ей показалось, что где-то очень далеко раздался долгий протяжный вой, от которого встали дыбом волосы на голове.
Отчаянно пискнув, Алиса заторопилась дальше, всё ещё ничего не видя вокруг. Наткнулась пальцами на заледеневшие ступени, ведущие наверх – и начала свой мучительный подъём.
Когда в очередной раз подняла руку – ступеней под ней не оказалось. Женщина выползла на улицу, пальцами вляпавшись во что-то мокрое и тёплое. Тут же на руку её наступил тяжёлый ботинок. Алиса вскрикнула от боли.
- Ого! Ни хера баба нажралась! – Услышала она над собой грубый голос.
Подняв голову, она увидела силуэт высокого мужчины на фоне звёздного неба и девятиэтажек.
- Помогите! – Прохрипела она, теряя сознание. В бешеном калейдоскопе перед Алисой завертелись звёзды, дома, незнакомое лицо…
Потом из круговерти выскочило перекошенная от ярости изуродованная физиономия Тюриной.
- Все равно до тебя доберусь! - Прокричала она и скрылась в пелене поднявшейся, метели.
Репина пролежала в горячечной лихорадке неделю. Когда пришла в себя, муж, который приходил к ней в больницу каждый день, рассказал о том, что произошло. Нашли Алису почти в полночь возле одной из высоток в соседнем районе. Репина была без обуви и верхней одежды. Судя по всему, она выползла из подвала, хотя дворник клялся и божился, что дверь была заперта на надёжный замок. Но она оказалась открытой. Ни одежду, ни обувь Алисы так и не нашли.
- Погоди, - с трудом вспоминая подробности, проговорила женщина, - там же были трехэтажные здания. Я ещё подумала, какое старьё. Стены у них были окрашены в жёлтый цвет, точно помню. Их там много было, таких домов…
Она перехватила встревоженный взгляд супруга и осеклась, поняв, что он не верит её словам. Или считает, что это следствие перенесённого стресса.
- Там была Ирка, мы когда-то дружили. Она потащила меня в гости, и мы оказались в том странном месте, - со слезами на глазах, произнесла Репина.
Муж отводил глаза и убеждал Алису, что всё это ей лишь привиделось. Он так и остался в твёрдом убеждении, что Репина, скорее всего, попала в руки каким-то гадалкам-шарлатанкам, которым была нужна её красивая бобровая шубка и дорогие зимние сапоги.
- Главное, что сама жива осталась! – с нескрываемым облегчением твердил он.
После выписки из больницы, Алиса провела собственное расследование, пытаясь установить истину и понять, что с ней произошло на самом деле. Но ничего не прояснилось, напротив, покрылось ещё большим налётом загадочности. Оказалось, Ирка исчезла много лет тому назад и никто -- в том числе её родители -- не знали о её местонахождении. Профили Тюриной в соцсетях тоже были мертвы много лет. Никакого загадочного района с невысокими домиками - в тех местах не было в помине, как, впрочем, и улицы Мастеров.
Репина даже собрала самообладание в кулак и сходила к тому дому, где её, полураздетую, на счастье, нашёл подвыпивший мужичок почти в двенадцать часов ночи, когда муж уже обзванивал больницы и морги. Как сказал свидетель, Алиса выползла из подвала, тем более дверь в него оказалась распахнута. Теперь на скобах болтался навесной замок внушительного вида.
Алиса огляделась по сторонам и спустилась вниз по бетонным ступеням. Душу охватила пронзительная и мгновенная тревога, как будто что-то сейчас должно было произойти. Со страхом озираясь, женщина всё же решилась приложить ухо к двери. Металл холодил кожу даже сквозь вязаную шапку. Не было ничего слышно, и Алиса нетерпеливо отодвинула край головного убора, прислонившись к двери голым ухом. Она почувствовала, как ледяной ком образовался в животе и с ужасом отпрянула от двери, потому что в глубине подвала ей послышалось бесконечно далёкое эхо:
-Доберусь! Берусь! Усь!
Стремглав, Алиса покинула страшное место. Больше искать кого-то или расследовать что-то ей не хотелось. Правда, пару месяцев спустя, когда кошмары стали будить её и мужа почти каждую ночь, Репина нашла в соцсети одного эзотерика и изложила свою проблему. Тот заинтересовался, предложил встретиться, обсудить всё подробнее. Вместе они даже сходили к зловещему подвалу, правда, побледневшая Алиса спускаться не стала.
Эзотерик смело пошёл к двери сам, приложил ухо, как когда-то это делала женщина, послушал. Потом со вздохом подошёл к Репиной:
- Ничего там не услышал, увы. Не хотите сами ещё раз послушать?
Ещё больше побледневшая, Алиса категорически отказалась.
- Ну, хорошо, тогда обсудим то, что с вами произошло, - мужчина, которого звали Герман, пригласил Алису на чашку кофе. Она вновь рассказала ему всю историю, старательно припоминая каждую деталь.
- Думаю, Тюрина была изначально сильной ведьмой, - задумчиво помешивая ложечкой кофе, вынес вердикт Герман, - возможно, она и сама об этом не знала, глупо используя силу впустую, как дурак, дорвавшийся до исполнения желаний. А потом поняла, что начала терять энергию, ушла в подполье и стала уже сознательно искать себе жертв. Может быть, она даже не планировала сначала убивать людей, но потом вошла во вкус, почувствовала, как хорошо ей становится от каждой новой жертвы. Вас она заморочила, отсюда и видения про невысокие дома и бесконечный тёмный коридор. Вряд ли она хочет, чтобы её нашли, вот и прячется, маскирует свое жилище. По поводу того, что именно она бы с вами сделала… Не думаю, что она съедает тела полностью.
- В моих кошмарах она угрожает, что доберётся до меня, - выдавила Алиса.
Герман смотрел на неё в упор, стараясь поймать взгляд. Барабанил пальцами по столу.
- Не знаю, - после долгого молчания, он пожал плечами, - мне кажется, надо отпустить ситуацию. Перестать бояться до зубовного скрежета. Вы уже сталкивались с ней и дали понять, что морально сильнее. Даже, если доберётся - что из этого? Вы смогли дать отпор один раз, наверняка справитесь и во второй. Найти её вы не можете. Так зачем отравлять себе жизнь? Живите спокойно. И знаете, на самом деле не думаю, что после такого отпора ведьма сунется к вам ещё раз. Она, хоть и ведьма, а тоже жить хочет.
Алиса задумалась, переваривая смысл речи Германа, потом подняла на того повеселевшие глаза.
- Пожалуй, так и сделаю! - Она с удовольствием отпила глоток капучино, который показался очень вкусным. Герман, конечно же прав. Остаток жизни бояться в ожидании Тюриной -- не вариант. Надо жить дальше. Ещё она решила про себя, что будет продолжать искать Ирку. Зачем? Чтобы остановить ведьму. Так, пожалуй, будет ещё лучше.
- Ну сердце ваше она бы точно съела! – Немного поразмыслив, продолжил Герман. Его очень заинтересовала эта тема. – И печень тоже, скорее всего. Опять же, кровавые ванны не вчера придумали…
Алиса невольно передёрнулась, представив, как бывшая подруга жадно вгрызается в её сердце. Хотя… Так ли редко это бывает на самом деле?
Друзья, подписывайтесь на мой канал, там вас ждёт ещё больше интересных историй!