Часть 26.
Водоросли колыхались, как длинные шелковистые волосы.
Иванов почувствовал острую боль в ушах и отпустил руку Марины, она, схватив его за жилет, подтолкнула вверх, знаком объяснив, что надо сделать. Он зажал нос, выдохнул, ему показалось, что из правого уха вылетел огромный воздушный пузырь. Боль прошла, оставив легкий шум в ушах.
Успокойся до поверхности всего несколько метров. Сделаешь вдох, надуешь жилет и всплывешь, успокаивал себя полковник. Контролируй себя и сохраняй спокойствие. Метрах в трех от него, грациозно, как русалка, плыла Цуканова.
Дно напоминало городскую помойку. Он аккуратно обплыл огромную гнилую корягу. Иванов повернул голову, ища глазами Марину, она успела отплыть на приличное расстояние. Мимо его лица проплыла стайка мелких серебристых рыбок. Мальки.
Про «экологическую катастрофу» он слышал, но думал, что «зелёные» преувеличивают масштаб «бедствия». Впереди, среди водорослей, что-то виднелось. Наверное, выброшенный с берега монитор телевизора. Он подплыл ближе. Он медленно выдохнул. Нашли. Личный автомобиль водителя автобуса. Практически целый. Коррозия «отыгралась» на номерном знаке, но он был читаемый.
Внутри, за рулем что-то было. Он видел через лобовое стекло, затянутое тонкой пленкой ила, человеческий силуэт. Бледный. Неподвижный. Кровь быстро за циркулировала по венам, сердце рвалось из груди, полковник часто задышал. Он нажал на ручку, рассчитывая, что она заблокирована, но против всех ожиданий дверь приоткрылась, днище слишком глубоко ушло в илистое дно.
Человек, вернее, что от него осталось, некоторые детали Иванов предпочел бы вовсе не видеть, долгое пребывание в воде превратило тело в адипиновый воск, проще говоря, в трупное сало, на ощупь напоминая мыло. Глядя в пустые глазницы, полковник отметил, что машина частично защитила тело от рыб и рачков. Он поведал не мало трупов, но не в «скафандре» и не на глубине.
Труп шевельнулся. Иванов отпрянул назад, ударившись головой о дверную раму, понял, что зацепился за что-то регулирующим подачу воздуха вентилем и ужаснулся. Он выронил фонарь, тот плавно опустившись на пол машины, осветил тело, приборную доску и потолок.
В ушах шумело, кровь стучала в висках. Он поднял фонарь и принялся крутиться на месте, зовя на помощь.
Маринка, ну где ты?! Куда запропастилась?!
Ждать помощи, сил не осталось, от оттолкнувшись ластами, поплыл на верх, через несколько метров, он уткнулся в корни деревьев. Он заметался, то в лево, то в право, но корни были повсюду. Фонарь вышел из строя. Внизу темнота. Главное не утерять «здравый разум»! Он здесь не останется. Освободившись от снаряжения, глотнув воздуха, он рванул вверх, раздался хруст, он протиснулся между корней в узкий лаз. Ещё, ещё, ещё, немного. Терпи, если хочешь жить.
Иванов наконец-то всплыл, раздвинув головой мусор, скопившийся у берега. Маска прилипла к лицу, как резинка вантуза к дну раковины. Что бы отцепить ее от лица, ему потребовалось задействовать обе руки. Он разинул рот, жадно глотая воздух, смешанный с каплями дождевой воды. Черт, как темно? Этого не может быть! Под водой я пробыл от силы минут двадцать. Он услышал рядом всплеск воды, Цуканова схватила его за руки.
- Что случилось? Говори! Что с тобой!
Полковник не отвечал, только крутил головой, тараща глаза в разные стороны. Он чувствовал, что с ним что произошло, но не мог понять, что именно.
- Марина, ты видишь меня?
Цуканова пристально вгляделась, полковник по-прежнему озирался по сторонам, не фокусируя взгляда на ней.
- Ты меня видишь? – повторил он еще громче, стараясь перекричать шум ветра, грозы и дождя.
- Ты, о чем?
- Я ослеп!!!
***
Он наблюдал за беспомощной парочкой аквалангистов, бесшумный и невидимый, как тень. Тень среди прочих теней. Они понятия не имели, что он так близко и все видит. Им в голову не приходило, что они на озере не одни. Он стянул кепку, чтобы капли дождя, охладили голову, почувствовав прохладу, улыбнулся, жадно сверкнув глазами в темноте. Полковник, ты слишком далеко зашел, а тебя об этом никто не просил….Ты сам выбрал свою судьбу.
Продолжение следует...
Начало здесь: